Форум » Найденный фанфикшен & Рекомендации » Фанфики 503 [Morningafter] (2) » Ответить

Фанфики 503 [Morningafter] (2)

Admin: Фики, выложенные в этой теме, взяты с форума Morningafter. Автор: 503 Фандом: Linkin Park Большинство текстов в этой теме имеют высокий рейтинг, R/NC-17. Авторские примечания и комментарии (приведённые рядом с заголовками фиков) сохранены. Навигация по частям данной темы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11 («Внутри и вне помойного ведра»), 12 («Ангелы и Демоны»).

Ответов - 21, стр: 1 2 All

Admin: Навание: полицейские и воры АУ,полное АУ.Майк старше Чеса лет так на...7-8. Не редактировано почти - Капитан, это перешло все границы. Четвертый банк за последние шесть месяцев. Что будем делать? Мэр очень нами не доволен. - Я в курсе. - Майк…они взорвали несколько машин в жилом квартале, хорошо хоть ни кто не пострадал. - Это тоже мне известно. Майк Шинода, начальник отдела в этом участке, капитан по званию, возглавлял операцию по обезвреживанию и поимке одной из уличных банд, что уже почти год наводила свои порядки не гнушаясь любыми средствами: похищениями людей, убийствами, взрывами, шантажом. Майку было катастрофически важно поймать их главаря, чтобы самолично посмотреть ему в глаза и задать один вопрос – стоит ли эта война всех тех жизней, что его банда уже унесла? - Я думаю пора устроить новую облаву и внедрить к ним своего человека. - Они уже раскусили парочку. - Надо кого то, кто в этой банде и находится. Я даже думаю знаю, КАК нам это провернуть. - Что думаешь, Босс? - Думаю, что надо сдать ему кого то из первогодок, так и у нас информация будет. - Ты уверен, Босс? - Ты сомневаешься во мне, мой милый? Цепкий, ни чего хорошего не обещающий взгляд Босса вперился в мужчину. - Простите. - Так то лучше. - Ваше имя? - Честер Бенингтон – молодой парень ерзал на стуле. - Что вы делали на месте преступления? - Я…я не успел сбежать, как остальные. - Как давно вы находитесь в этой группировке, вы в курсе ее дел? - Я не буду отвечать без своего адвоката – наконец то собрался с духом парень. - А он у тебя есть? - Нет, но если я помню правильно, то вы обязаны мне его предоставить. - Джо, выйди – Шиноде надоело стоять за стеклом и слушать то, как допрашивают задержанного. - Слушаюсь. Майк присел на стул на против парня. - Меня зовут Майк Шинода. Я веду это дело. Ты в курсе, мой милый, чем именно занимается эта банда и что они уже успели наворотить? - Не совсем. Я там только несколько недель. - Они что, отпускают на такие задания птенцов? – удивился Майк, но тут же взял себя в руки – Я порылся в твоем личном деле, и в твоем возрасте оно у тебя не худенькое. Несколько приводов за угон, несколько за попытку ограбления, кое что по поводу краж магнитол. Вот только не пойму, почему тебя так и не посадили. - Связи хорошие – огрызнулся Чес. - Не хами, мальчик. В этот раз я тебе обещаю – тебя посадят. А с твоей мордашкой и невинным взглядом ты там будешь пользоваться очень большой популярностью. - Вы этого не сделаете – с ужасом глядя на копа. - Поверь мне, сделаю. Но… - Я так и знал, что тут есть подвох. Какое но? - Ты работаешь на нас. Нам нужно знать ближайшие планы твоей банды, имена тех, кто руководит. - Там ни у кого нет имен. Босса я ни когда не видел, к нему допускается только верхние эшелоны. А я к ним не отношусь, еще не выбился. - Ни чего. Пробьешься, если будет надо. Будешь докладывать мне лично все, что узнаешь. Я дам тебе мой телефон и адрес. - Я еще не дал свое согласие. - Куда ты денешься – улыбнулся Майк. - Вы что, смерти моей хотите? Если меня раскроют, быстро я умирать не буду, уж поверьте. - Не раскроют, не волнуйся. Ты смекалистый. Чес уходил из полиции матеря всех, на чем стоит свет. Ему очень хотелось жить, но при этом он очень дорожил своей шкурой. Шинода сидел в своем кабинете и перечитывал дело парня, которого только что подписал под черт знает что. У мальчишки был не плохой послужной список, при том, он был одним из лучших учеников в школе, лучшие сдачи экзаменов в университете по химии, физике и точным наукам, а дальше его дорожка пошла по наклонной. Алкоголь, бары, женщины, не те друзья и хорошая карьера ученого накрылась, лопнула, как мыльный пузырь. А еще эти глаза. Столько в них было не понятного. Темные, в обрамлении густых ресниц, проколотая нижняя губа, смущенная улыбка, четко очерченные скулы и красивое тело. - Черт – Майк закрыл папку с делом Бэнингтона – возьми себя в руки, идиот. Шинода предпочитал свой пол. Ни для кого это было не секрет, но при этом он не собирался это афишировать на право и на лево. - Первогодки, которые ни кого не знают. Сделать так, чтобы их взяли. Кого посадят, кого нет, не наши проблемы, сами знали во что влезают. Теперь поговорим о главном. Сдаем первые четыре операции, только не по полной. Вы знаете, ЧТО я имею ввиду, господа? – хищный взгляд чуть прищуренных глаз. - Да, Босс. - Молодцы. Приступаем. Главный план и его осуществление у нас еще впереди, мы должны быть к нему готовы и мистер Шинода тоже – глумливая улыбка на губах. - Привет – Чес ввалился в дом Майка – а у тебя не плохо – оглядываясь по сторонам. Он долго собирался с визитом к полуяпонцу. Что то было в этом чаловеке чарующее. То как он говорил с ним по телефону, то, как он общался при встречах в каких либо кафе, а вот теперь он пригласил его к себе домой. Бэнингтон долго крутился перед зеркалом, пытаясь понять – сидят ли на нем эти вещи, что он не доставал из шкафа тучу времени. Он привык ходить в более свободной одежде, а тут…тут захотелось чего то обтягивающего, соблазнительного, вызывающего. Майк жадно скользил взглядом по ладной фигуре, по так хорошо, туго обтянутой, тканью джинс, заднице. Боги, он хотел, желал этого мальчишку, этого осведомителя в стане врага. - Выпьешь? - Смотря чего – не вино улыбнуться и не забыть стрельнуть глазками, чтобы взгляд был расценен так, как должен был быть. Майк подошел к парню вплотную. - Играешь со мной? Не боишься, что встанет тебе боком? - Тогда зачем ты пригласил меня к себе? – с вызовом – Я же знаю, ты хочешь меня, я видел, как ты на меня смотришь. - Самонадеян? - В этом плане да – ухмылка и Чес впивается в губы мужчины. Они стали любовниками. Майк был весьма удивлен, когда в первый вечер понял, что парень под ним девственник, с другой стороны его это обрадовало. Ему хотелось поставить свои отметки на всем теле Чеса, хотелось, чтобы тот принадлежал только ему. Через несколько дней, Бэнингтон не вышел на связь, еще через пару Майк был готов лезть на стену. Честер появился только спустя две недели, еле живой. - Что случилось? – обрабатывая его раны, перевязывая ребра. - Меня заподозрили…блять, да больно же – прошипел он – но отпустили, поняли, что не я их сдаю…аккуратнее, придурок. Через месяц заключительная стадия операции. На нее идут все, включая Босса. Пока еще точно не известно где именно будет происходить и время, но я буду в курсе, я в первых эшелонах. - Ты видел Босса, ты знаешь кто это? - Пока еще нет, меня ему лично не представляли, но думаю, что скоро я буду знать кто этот человек. - Малыш – Майк сжал его в объятиях, но резко отпустил, когда парень закричал – прости, прости…и будь осторожен. - Я стараюсь, но боюсь ты меня угробишь раньше – хмуро глядя на любовника, успокаивая дыхание после вспышки боли. - Прости, ты же знаешь, что я люблю тебя. - Не знаю – буркнул Чес – ты ни когда не говорил мне об этом – в тайне про себя улыбаясь и радуясь такому повороту, он чувствовал, что сказанные слова искренние и от этого странное тепло разливалось по всему телу. - Теперь знаешь – Майк аккуратно прилег рядом со своим сокровищем, тихонько обнял его и стал вслушиваться, как выравнивается дыхания Чеса, как тот медленно проваливается в сон. - Последняя стадия включает в себя полномасштабный снос всех компьютерных систем в одном из зданий, им нужен полный доступ к хранящейся там информации. Эта инфа нужна для продажи. Когда за нее будет заплачено вся верхушка и даже первогодки будут обеспечены до конца жизни и покинут пределы страны – жуя сэндвич и запивая кофе. - Кто Босс? - Я не знаю. Мне не доверяют, мне даже не сказали время и место, меня все еще проверяют. - Забудь. Ты все равно туда не отправишься. - Почему это? – чуть не подавился юноша. - Я не хочу подвергать тебя опасности. - Хм, тоже мне защитник. Ты же там будешь, что со мной случится? Спустя несколько дней, Честер выдал все места и время проведения операции, но имен не назвал, только клички. - У них будто нет имен, все, как собак, друг друга называют. Идиотизм. - Ты не идешь. - Я обязан. Я не хочу, чтобы меня пристрелили, как дезертира. Точка. И не смотри на меня так, Майк. - Вы арестованы. Всем на колени, руки за головы. 12 человек, одетые во все черное, опустились на бетонный пол, заложив руки за голову. - Ребята, соберите их оружие – скомандовал Хан – и снимите с них маски. Несколько человек разоружили стоящих на коленях людей, стащили с их лиц маски. - Чес, поднимайся. Иди сюда. Бэнингтон, под хмурыми взглядами бывших подельников, поднялся и подошел к Майку. Он при всех поцеловал Шиноду и встал чуть позади него. - Доигрались мальчики – усмехнулся Хан. - Кто у вас главный? – Майк был не настроен шутить, но в толпе молчали – Повторяю вопрос, кто у вас главный? - Я, любимый – до боли знакомый и милый голос, сейчас сквозил ядом, а к затылку было приставлено дуло пистолета – а теперь попроси своих тренированных обезьянок опустить стволы и дать моим мальчикам свободу, иначе тебя будут соскребать с этих стен, Майки. - Чес? – не верящее. - Я дважды не повторяю, но для тебя сделаю исключение, пусть сложат оружие – звук снимаемого предохранителя. - Делать, что он говорит. Почти тут же, вся группировка была на ногах и полностью вооружена. - Вырубить и связать, всех в одно помещение, как и было спланировано. Одежду снять, чтобы не осталось ни одного передатчика. А этим я займусь сам – стальной голос, отдававший приказы, ни как не вязался с тем, как говорил Чес в компании с Майком. Взгляд цепкий, убивающий на месте, злой, губы сжатые в жесткую линию, ни один мускул не дрогнул на таком милом лице, когда один за другим полицейские падали без сознания. - Чес…я не понимаю… - А зачем тебе что то понимать? – свет погас в глазах Майка. - Босс, куда его? - Я сам им займусь. Действуем по плану. - Пришел в себя, спящая красавица? – глумливый голос рядом с ухом – Ну давай же, я так хочу, чтобы ты взглянул на меня. - Чес – во рту пересохло, а в голове нещадно гудело – Что происходит, что ты творишь? Майк дернулся, но понял, что он крепко привязан к стулу, руки связаны за спиной, ноги к ножкам этой «чертовой табуретки». - Я? Я только делаю то, что задумал и спасибо, ты мне так помог. Я думал, что просто обведу тебя во круг пальца, получу нужную мне информацию о том, что известно полиции о нас, но потом мне понравилось с тобой трахаться. - Только это? - А что, должно быть что то еще? Знакомые глаза смотрели с таким превосходством и с такой насмешкой, что в груди не приятно закололо. - Ты использовал меня? - Буд то ты меня нет – пожал плечами парень – Не волнуйся, когда все это закончится, я заберу тебя с собой. - Если я откажусь? - Ты умрешь – безразлично пожал тот плечами – Подделать документы и досье в ваших архивах очень просто. Все, что касается моей учебы, было реально правда, только вот я ни когда не был пай мальчиком. Ты видимо не открывал страницу, где написано про моих родителей? Судя по твоему лицу, ты даже не думал об этом. Копы, вы такие предсказуемые. - Перестань, я не хочу тебя слушать! Чего ты добиваешься? - Господства над миром, такой ответ тебя устроит? – и громко, звонка рассмеялся. Смех показался Маку таким приятным, из такого приятного прошлого. - Это глупый ответ. - А реальный я не собираюсь тебе сообщать. - Блять, отпусти меня и где мои люди? - В надежном месте, откуда они вылезут не скоро…или совсем не вылезут. - Что будет потом и где…где твои ребята? - Занимаются тем, что и было задумано. Конкретно в этом здании мы одни. Только ты и я. - Ты гребаный извращенец, ублюдок и моральный урод. - Между прочим, на счет извращенца, я бы мог поспорить. Ты же меня трахал, ты же меня затащил в койку…ну ладно, ладно, не смотри на меня так, я был совсем не против. Да в общем то – подходя ближе, пристально смотря в глаза любовнику, облизывая губы – я и сейчас не против того, чтобы твой член похозяйничал в моей заднице. Если бы Майк мог, то он бы сейчас крепко заехал Честеру по его роже, но руки были связаны. А тем временем этот гаденыш уже поглаживал внутреннюю сторону его бедер, смотря на то, как увеличивается выпуклость на штанах Шиноды. - Ты же хочешь меня, не отрицай. - Такого ни когда – сквозь зубы, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - А если так? И Чес меняется полностью. Перед Майком снова его милый мальчик, такой трогательный, со слегка потемневшими от желания глазами, покрасневшими скулами, ласковой улыбкой. - А если так, Майк? – знакомый, дразнящий голос, без этой стали и жестокости. Бэнингтон раздевается медленно, лаская себя, чуть вздрагивая от удачных прикосновений, постанывая, смотря, как заводиться Майк. - Мне больше нравится, когда это делаешь ты…но сегодня у тебя заняты руки. Чес стоит перед ним обнаженный, и Шинода не может оторвать взгляда от такого желанного тела, и собственное тело давно уже продало и предало полицейского. - Ты хочешь меня, Майк? Скажи и я весь твой, так ты хочешь меня? - Да, хочу, черт бы тебя побрал. Честер присел на корточки меж ног Майка и погладил его пах. - Мне так нравится, когда ты теряешь контроль, когда ты думаешь, что я его потерял – Чес говорил растягивая слова, будто мурлыкая, Майк простонал в голос – Приподними бедра – расстегивая ширинку и пуговицу, стягивая штаны вместе с бельем, опуская их как можно ниже, на сколько позволяли путы – Сегодня процессом управляю я – улыбнулся любовник. Не дожидаясь ответа или хоть слова, Чес взял возбужденную плоть Майка в рот и принялся интенсивно ее ласкать сосать. Он ни когда бы и ни кому не признался в том, что ему безумно нравилось чувствовать Майка во рту, что это доводило его до полного кайфа. - Чес…я сейчас… Громкий стон, стон разочарования, когда Бэнингтон выпустил его изо рта. Подняв свои штаны и достав из кармана смазку и презерватив, он вернулся к любовнику. Натянув резинку на гордо вздымавшийся член, нанеся на него смазку, Честер встал над Шинодой так, что член последнего оказался прямо на против входа в его тело. - Ты не готов, Чес. Не надо. - Я сам решаю, что хорошо, а что нет – проводя рукой со смазкой меж ягодиц – Я хочу так. Насаживаясь, кривясь от боли, но при этом глядя в глаза любовнику, смотря, как тот теряет контроль, толкаясь, как может, бедрами, стараясь побыстрее войти в эту манящую глубину. Когда Чес полностью пустил его в себя, почти садясь к Майку на бедра, он нервно выдохнул. Медленно приподнимаясь и опускаясь обратно, с каждым разом все наращивая и наращивая темп, хватаясь за плечи Майка, матерясь про себя, что они не обнажены, что он вынужден держаться за ткань формы, а не за обнаженную кожу. Все глубже, резче и чаще. Чес прогибается в спине, он хочет чувствовать любовника глубже, быть к нему ближе…А Майк хочет освободить руки, чтобы обхватить это изумительное тело, чтобы не дать ему сделать себе больно, чтобы пронзать его еще и еще, пока не кончатся силы. Под несколько взрывов в соседних зданиях их обоих накрывает оглушительный оргазм, стоны не слышно в грохоте крушения домов. Чес счастлив, Майк еще не пришел в себя. - Я люблю тебя, поедем со мной – жалобный голос, боязнь потерять того, кого любишь по настоящему, боязнь получить отказ. Шинода лишь кивает. С этим сумасшедшим, со съехавшей крышей парнем, он готов на все, что угодно. Теперь и навсегда.

Admin: Название: What I’v Done Я помню, как снимался клип на What I’v Done. Ты был безумно трогательный и веселый, носился по съемочной площадке и пытался влезть во все дела и замуты людей, что участвовали в съемках. Не знаю, откуда в тебе всегда столько энтузиазма. Потом приехала еще одна съемочная команда, но на этот раз снимали о том, как мы снимаем клип. Все происходило быстро и весело, времени о чем то думать не было вообще. Я не сразу уловил твои странные взгляды, взгляды которые рассчитаны только на меня, ни кто бы и ни когда не разглядел их. Меня тогда, как холодной водой окатило. Я застыл на какое то мгновение, а потом залился краской. Ты усмехнулся и снова куда то упорхнул. Черт…а я остался и понял, что возбужден, потому что ты всегда смотрел на меня ТАК, когда хотел меня. Пока отснимали какие то материалы с участием ребят, пока поднастраивали аппаратуру я пошел в автобус. Мне надоел вид этой пустыни, гул вертолетов, песок уже казалось скрипел на зубах. Я развалился на одном из сидений и прикрыл глаза. Наверное, я задремал, потому что не слышал, как ты вошел, но зато явственно почувствовал твою руку у себя на колене. - Отдыхаешь или ждешь меня? - Отдыхаю – я нарочно не открывал глаза, мне нравилось то ощущение полной изоляции ото всех с тобой наедине. Открой я их, то сразу бы понял, что мы на съемках и если бы окна не были тонированы, все бы уже давно нас видели. - Понятно – твой голос был как тягучая патока, меня просто обволакивало, а рука твоя уже переместилась мне на ширинку – а я думал, что ждешь меня – и он убрал руку. - Мааайк – я выгнулся, стараясь снова прикоснуться к ладони, я знал, что далеко он ее не отвел. - Значит ждал? – его горячее дыхание опаляет кожу на шее. - Я всегда жду тебя – приоткрывая веки, требовательно смотря на него… Шинода не заставляет себя долго ждать, целует меня властно и нежно. У нас всегда так – он заявляет свои права на меня, будто кто то может меня отнять…хоть я и женат. Он не ревнует к ней, но ко всему другому миру очень, это странный жизнерадостный человек. Он расстегивает мои джинсы и его рука проникает под ткань, лаская уже возбужденную плоть без препятствий. - Я видел вас с Ханом…когда вас снимали. Ты так хорошо смотрелся со стойкой, будто со стриптизерским шестом. Так завело. Я вдруг представил себе, как ты бы выглядел на сцене, в клубах дыма…почти обнаженный – движения становятся плавными, не торопливыми, а мне хочется большего и я начинаю жалобно постанывать. - Майк…прошу тебя…быстрее. - Мы никогда не занимались этим в автобусе…на съемках. Он подходит к двери и запирает ее. - Давай Чес, поднимайся. И я подчиняюсь. Встаю с сидения со всем своим достоинством наружу. Он резко поворачивает меня к себе спиной, заставляя наклониться и упереть руки в подлокотники второго кресла, что у окна. Я вижу как там, на улице, бегают и суетятся люди. Вон Хан что то объясняет режиссеру, Роб красуется перед камерой…а я тут, уже со спущенными штанами, с тремя пальцами в заднице, выгибаюсь и подставляюсь под Майка. Он входит резко, так что я вскрикиваю. Его рука зажимает мне рот и он начинает ритмично во мне двигаться, при этом не забывая отпускать сальные фразочки по поводу того, как ему хорошо во мне, какой я горячий и узкий, не смотря на то, что он трахает меня почти каждый день…если я не с женой конечно…хотя однажды он умудрился поиметь меня, когда мы семьями где то ужинали…прямо в туалете ресторана. Я слегка прикусываю ладонь его руки, стараюсь сдерживать восторженные крики, что вырываются из меня, когда он задевает мою простату…когда он входит особенно глубоко и резко. - Черт – шипит он – я так люблю твой голос, твои крики…кровать, когда ты извиваешься подо мной…ни чего – резкое движение бедрами и он замирает внутри меня – приедем со съемок и все будет по другому. Да, Чес? – он делает еще одно движение вперед, хотя он весь во мне и глубже не куда…я могу только простонать. Он убирает ладонь от моего рта. - Только не кричи громко, милый. Кладет уже обе руки мне на бедра и начинает движения в каком то бешенном ритме, в том самом, который я безумно люблю…я хочу кричать, но помню, что если нас не видят, то не факт, что не услышат. - Я просто не могу удержаться, когда ты рядом…Чеэээс – внутри меня бьет его сперма. От осознания того, как же все это порочно, пошло и грубо, когда тебя вот так вот, как шлюху, берут в автобусе, а там, за дверьми, полно людей…и что я завожу этого потрясающего мужика, как ни одна баба не сможет… - Теперь ты можешь…можешь кончить – его хриплый голос над самым ухом…и я взрываюсь. Мы выходим несколькими минутами позже. Приведенные в порядок, но более расслабленные чем были до этого. Ребята глядя на нас ухмыляются. Они давно знают про нас и не осуждают. Это ведь не просто трах…я люблю его, а он любит меня. Дэйв, хлопает меня по заднице… - Понимаю Шиноду – ржет он. - Да пошел ты – отшучиваюсь в ответ и бреду к площадке…скоро будут снимать всех…а потом меня и Майка. Так странно, всех по отдельности, а нас с Кенжи всегда вместе. Судьба. Пусть так и остается.

Admin: Название: чувства Он тихо вошел в гримерку. Его друг стоял замерев и тупо уставившись в пустоту. Казалось, он не замечал ни кого и ни чего во круг. Но это было ошибочно. Как только Майк обнял его со спины, запуская руки под рубашку, кончиками пальцев поглаживая плоский живот, он откинул голову ему на плечо. - Мне страшно. - Почему? – Майки коснулся губами мочки уха. - Просто страшно. - А по моему тебе еще и больно, но ты упорно молчишь, не рассказываешь. - Я не знаю почему, я запутался. - В чем ты запутался? – улыбаясь, глядя в отражение, как хорошо они смотрятся вместе, ловя взглядом взгляд любовника. - В себе, в тебе, в нас. Мне просто не спокойно от того, что я все ни как не могу понять, что нас связывает… - …столько лет – закончил за него Майк – Как только выходит новый альбом, как только мы куда либо едем в тур или еще что то, у тебя вечно такое вот случается – ласковая улыбка – не надоело, Чес? - Прости – он развернулся в его объятиях и уткнулся лицом в плечо. - Это не упрек, я просто не хочу, чтобы ты грустил. И ты похудел. - Я тебе таким не нравлюсь? - Я не к этому, просто надо себя беречь. Не для себя, так хоть для меня. - Не замечал, что ты любишь ребят в теле – усмехнулся вокалист. - Шутишь, значит идешь на поправку. - Просто не отпускай. - Ни когда. - Не хочу ни куда идти, так бы и стоял с тобой вот так вот, прям как сейчас, всю жизнь. - Замученный после концерта, потный, с охрипшим голосом? Бэнингтон, романтика из тебя так и прет. - Много ты знаешь о романтике – приглушенный смешок. - Да уж по больше тебя – слегка от сторонясь – Пошли, ребята ждут, нам пора. - Я так не хочу куда – либо ехать. - Я тоже, но надо. - Ты останешься сегодня со мной? – с немой мольбой в глазах. - Конечно – а в глазах столько обещаний, столько не высказанной нежности. - Почему? - Чес, не начинай. Я просто рядом, просто потому, что рядом. Вот и все. - Я рад – легкая улыбка. - А теперь пошли – почти невесомое прикосновения губ к губам – надо привести себя в порядок. У нас впереди долгий вечер и замечательная ночь. - Шинода? Тот обернулся в дверях…постоял немного и подошел к вокалисту обратно. - Ммм? - Я говорил тебе, что я… - Тссс, Чес…не надо, я не хочу это слышать. - Я просто…подумал, что может… - Я знаю это и так. Я тебя тоже.

Admin: Название: Bleed It Out - Майк, ты собираешься трахать меня после каждых съемок клипа? - Нет, но могу это устроить…и вообще ТАК вертеть задом перед камерой, ты думаешь, я железный? – стаскивая с любовника майку, швыряя куда то в сторону, расстегивая пояс штанов, пуговицу и молнию. - Майк – отбиваясь – Бля, Шинода…да остановись ты на минутку – хохоча в голос. - Ну что еще? – не довольно. Глаза горят не прикрытым желание, свои джинсы давно тесны в паху, а эта зараза еще и сопротивляется. - Ты забыл закрыть дверь. Майк поворачивается к двери и видит вытянутую физиономию Феникса. - Ну что ты уставился, будто только сейчас узнал о том, что эта сладкая задница – он хлопнул Чеса по предмету обсуждения – давно моя? - Простите парни, я наверное не вовремя. - Да уж – Штнода хлопнул перед носом Дэйва дверью и вернулся к Чесу. Вокалист смеялся, как сумасшедший. - Ты бы видел, какое у него было лицо, боже Шинода, давай по чаще показывать ребятам то, что между нами, прошу тебя…такие они забавные. - Сейчас я намерен дать им услышать, ЧТО между нами. Так что будь хорошим мальчиком и СТАЩИ НАКОНЕЦ С СЕБЯ ЭТИ ШТАНЫ!!! Бэнингтон хмыкнул и нарочито медленно стал стягивать с узких бедер не менее узкие джинсы, смотря на то, как Майки стягивает со скоростью урагана свою одежду. Стриптиз в исполнении Чеса Майк очень любил, но не сейчас. У них было всего минут 15 и потом в эту чертову дверь начнут ломиться все кому не лень. Нет, конечно Феникс их не пустит, но потом траблов не оберешься…да и по роже будет понятно чем эти двое тут занимались. Шинода помог любовнику раздеться побыстрее, просто бесцеремонно вытряхнув того из штанов. - Ну Майк, а как же красивая прелюдия перед занятием любовью? – Честер откровенно издевался над любовником, получая немыслимое удовольствие от того, что его возлюбленный так сильно его желает, что плевать хотел на все предосторожности. Именно этого эффекта он и добивался, крутя задом перед камерой...перед Шинодой. - Чес…я хочу тебя трахнуть, а вот в гостинице или где нибудь, где ни будет народу и Феникса за дверью, я тебя отлюблю по полной программе и с прелюдиями и со всем. Бэнингтон рассмеялся, но резко замолк, МС просто надоело пререкание, проще говоря он заткнул ему рот поцелуем. Майк приволок вокалиста сюда, чтобы насладиться его телом, может такая возможность в ближайшее время не подвернется. Толкнув Чеса к так удачно стоявшему столу, задирая его ноги себе на плечи, Майк стал надавливать головкой члена на сжавшуюся дырочку. - Майк…мне будет больно, ты же почти на сухую. - Фак – МС весь дрожал от возбуждения, потом посмотрел на Чеса и улыбнулся. Опустив ноги Чеса и присев возле него на корточки, он принялся работать ртом, не обращая внимания на то, как Честер пытается глубже войти в него, двигая бедрами. - Майк…нет, я хочу, чтобы…твою мать – кончая в рот любовника. Еще не успев придти в себя, Бэнингтон был бесцеремонно повернут к Шиноде спиной и распластан на столе. МС ногой раздвинул ноги рокера, пальцами одной руки раздвинул полушария ягодиц, и влажными от спермы самого Чеса пальцами другой руки, стал разрабатывать вход в столь желанное тело. - Это пошло…использовать в качестве смазки…мою же сперму – стонал Чес. - Ты хотел бы, чтобы я поимел тебя так? – шипя тому на ухо – Будет, как ты хочешь, детка…вот только доберемся до более удобного места. Больше не могу…потерпи, только не кричи. Сплюнув на руку и проведя по своему стволу, Шинода все таки попытался войти на тело вокалиста. - Расслабься, твою мать – шлепок по бедру. Немного усилий и он полностью внутри, Чес принял его с жадным чавкающим звуком. - Чес – начиная ритмично трахать– о боги, Чес… Бэнингтону больно, блядь, ему чертовски больно. Майк опирается руками о стол по обе стороны от Чеса и тот впивается в одну из них, чтобы не заорать. - Прости…ты же знаешь, сейчас будет легче… И он прав, еще пара фрикций, правильный угол и Честер сам подается назад, насаживаясь, вертя задом, как на съемках. - Это было здорово – наваливаясь всем телом, кончив глубоко внутри любовника. - Да уж…а теперь слезь с меня, боров. Кое как одевшись, с горящими глазами, с припухшими губами, они открывают дверь… Спустя пол часа к ним подходит Феникс… - Шинода, перестань так пялиться на его зад…у тебя чуть слюни не текут и прикрой чем нибудь руку, у тебя там такой укус горит. - Фак – но в этом слове нет ничего злобного, как оно должно было бы прозвучать…Майк смотрит на руку и не может скрыть глупой улыбки и мечтательного выражения на лице. Бэнингтон рядом хихикнув, двинулся в сторону туалета, на какое то мгновение он повернулся, вопросительно смотря на МС…потом нагнулся, будто завязывая шнурок, чуть покрутил задом и со смехом кинулся вон из съемочного павильона, услышав позади себя тихое рычание, понимая, что такому Майку ни чего не стоит завалить его при всех…

Admin: Название: ревность или как то так Жанр:романтика...в некатором роде Предупреждение:Майк садюга, а Чесу это нравица Из всех кто прислал свои демо с голосом, я сразу же выделил его. Не долго думая ему отправили сообщение, что хотели бы лично прослушать его…я представлял как выглядит этот парень, но даже в самых смелых мечтах не думал, что он так обаятелен. Мне было плевать на все, я хотел, чтобы он был в группе. Именно его голоса нам и не доставало, ребята со мной согласились сразу же. Прошло несколько месяцев, мы быстро сдружились с Чесом. Веселый и общительный он нашел подход к каждому из нас, хотя ко мне можно было и не искать, я был им болен. С самого первого дня нашего знакомства я понял, что хочу, чтобы он был моим и только моим. Ни когда в жизни ни кто не вызывал во мне таких эмоций. Жажда обладания росла с каждым днем, с каждой минутой, прожитой рядом с ним, но я старался держать свое порочное влечение к нему в тайне. Я просто не мог этого сделать, не мог разрушить это ощущение чистоты и невинности, не смотря на то, что для других Честер так не выглядел. Я терпел долго, как мог долго. Пока на какой то вечеринке не увидел, как Чеса лапает какой то мужик, а он при этом ни чуть не сопротивляется. Я почти озверел…я не смел к нему прикасаться, думая, что он просто отвергнет…а тут какой то подонок и он не против. - Нам надо поговорить – Бэнингтон смотрел на меня своими темными глазами. Ему явно было не по себе от того, что я стал свидетелем того, что его тянет к мужикам. Я пошел к выходу, он шел за мной, опустив голову. Я не обращал внимания на крики ребят, да и вообще ни на кого, я лишь хотел побыстрее уехать отсюда, остаться с ним наедине и наконец то взять то, что мне полагалось по праву. Как только мы вошли ко мне в номер, он начал оправдываться, хотя за время поездки он не проронил ни слова. - Майк я… - И долго ты собирался скрывать, что трахаешься с мужиками?– я злился, я хотел его, но не подходил…а он вел себя как шлюха – Сколько их уже поимело тебя, Чес? - Майк…это не так, я ни когда… Я не дал ему договорить, я просто вжал его в стену и стал жадно целовать. К черту все, если можно другим, то можно и мне. В конце концов, это я сделал его тем самым Честером Бэнингтоном, от голоса которого едет крыша у половины баб нашей планеты…и у меня. - Майк, что ты творишь…перестань – он пытался оттолкнуть меня, при этом прижимаясь сильнее, запрокидывая голову, подставляя шею для моих поцелуев и укусов. - Тебе нравится? – я положил руку на его ширинку, Чес был порядком возбужден, про меня и говорить не стоило. Мой голос охрип от желание, я был готов взять его прямо здесь. - Майк… Он постанывал в моих руках, прижимаясь ко мне всем телом. А я медленно сходил с ума от того, что представлял, как его лапал кто то другой, как это идеальное тело принадлежало кому то еще, кому то, но не мне. Я зверел с каждой секундой, пока раздевал его, пока ставил на нем свои клейма, засасывая кожу, кусая, царапая. Он стонал и извивался подо мной, он подавался и отдавался мне с такой страстью, что я больше не мог себя сдерживать. Резко перевернув его на живот, просто воткнув его лицом в подушку, я нанес смазку на свой член, смазал вход в его тело и вошел…мне было плевать на его боль, на то, что я его разрываю…меня душила звериная жажда обладания. Сейчас я мало был похож на человека. Его крики будили во мне что то не человечное, звериное…я сам себе напоминал в тот момент монстра. Он рвался из под меня, он умолял меня отпустить его, но я не мог, он наконец то был только моим. После этого я сомневаюсь, что хоть мужик прикоснется к нему. - Ты только мой, Чес – я поднялся с кровати и ушел в душ. Я был в сперме и крови, очень хотелось смыть все это с себя, а еще очень хотелось выпить. Когда я вышел, он все так же лежал на кровати, его плечи подрагивали от молчаливых рыданий. Я провел кончиками пальцев по его потной спине, прикоснулся к ягодицам, Бэнингтон дернулся, но шевелиться не рискнул. - Ты только мой – прошептал я ему еще раз на ухо, поднялся с кровати, оделся и спустился в бар. - А где Чес, я видел вы уезжали вместе – спросил Роб в холле, они уже вернулись с вечеринке. - Он пошел к себе, что то не важно себя чувствует. Барабнщик лишь кивнул и поплелся к себе в номер. Мне не было стыдно за то, что я сделал с Честером…я жаждал его, мои мысли и помыслы о нем были чистыми, а он оказался просто шлюхой…но теперь он принадлежал только мне. На завтрак Чес не спустился, он вышел только к моменту отъезда автобуса из этого города. Выглядел он не важно, да и двигался с трудом. Все сослали на его плохое самочувствие, только я и Бэнингтон знали в чем проблема. - Сядешь со мной. - Нет – не прикрытая ненависть в глазах. - Чес…не выводи меня из себя и если ты думаешь, что большое скопление людей мне помешает, то ты ошибаешься. - Майк – он умоляюще смотрел на меня. Я прошел в тур автобус и замер в проходе. Бэнингтон вошел следом и сел к окну. - Хороший мальчик – я усмехнулся, садясь рядом, проводя кончиками пальцев ему по шее. Он дернулся, но отодвинуться не решился. - За что, Майки? - Тсс, не надо говорить… Вскоре Чес начал получать удовольствие от нашего секса. Никогда не думал, что этот парень окажется мазохистом. Потому что то, что я с ним творил было просто форменным издевательством, почти всегда я брал его без подготовки…да я просто насиловал его и мне это доставляло удовольствие –терзать это тело, слышать хриплые стоны и крики, а главное знать, что он только мой. Даже Анна не могла дать мне того, что давал Чес и чего я хотел только от него…я хотел только его. - Майк, за что? – в очередной раз спросил он, лежа лицом в подушку, я ни когда брал его смотря ему в глаза, я не хотел видеть эту боль в потемневших еще сильнее от моего терзания, глазах. - Не плачь, все хорошо – я разминал его плечи, целовал его шею, поглаживал по ягодицам, трахал его пальцами…а он, как последняя шлюха, несмотря на боль, насаживался на них сильнее и резче, прося и умоляя о большем…и я давал это с большим удовольствием и звериным рычанием. - Только мой…мой! Когда я впервые увидел его с этой дамочкой, с его девушкой, то озверел тотально. Почти пол ночи я трахал его чуть ли не на сухую. Его крики были громче обычного. Утром ребята как то странно на нас косились, особенно на Чеса, по которому можно было понять одно – его явно долго мучили, хотя в сущности так и было. Когда он собрался жениться опять, я думал, что убью его. Он был моим, а теперь появляется какая то сучка и уводит его и он идет покорный, как баран на заклание. - Ты не женишься, Чес. - Почему это? – глядя с вызовом на меня, а мальчик то у меня осмелел, за юбкой то ни когда ни чего не страшно. - Потому что ты мой. - Нет, Майк…хватит, я больше так не могу. Ты истязаешь мое тело, мою душу…ты меня унизил, сделал своей шлюхой, хватит! – он развернулся и громко хлопнув дверью, вылетел из моего номера. С того дня я больше не подходил к нему, а Бэнингтон странно поглядывал на меня, будто ожидая подвоха, но я стал спокоен…нет, ни кто не знал меня с той стороны, с которой знал Чес. Для всех я был все тот же заводной добряк Шинода…и только один знал обо мне правду. Свадьба была очень приятной, я любовался им. Он, как всегда, был неотразим. Мне хотелось убить его новоиспеченную жену, но я держался и шутил, смеялся и говорил тосты вместе со всеми. Будь ты проклята…он все равно мой и он это знает, иначе бы не смотрел на меня пол вечера, думая, что я не замечаю этого. Он пришел ко мне сам. Молча разделся и лег на кровать лицом в подушку. Той ночью я трахал его еще жестче обычного. Я мстил ему за все те ночи, которые провел без него, а его тело охотно отзывалось на все мои прикосновения. - Ты законченный мазохист, Бэнингтон. - Да…и это ты сделал меня таким. Я не могу с ней…прошу сильнее. Я двигался в нем медленно, нарочито медленно. - Расскажи мне – резкое движение, достаточно болезненное – расскажи, почему ты не с ней? - Я думал…что я смогу, смогу без тебя – тихий всхлип – но ты мне нужен. - Почему, почему я тебе нужен, Чес? – еще резкое движение внутри и он вскрикивает, это еще больнее чем предыдущее. - Потому что я… - Скажи это и все будет по другому, просто скажи – шепчу я ему, покусывая нежное ушко. - Я твой – выдыхает он. Разом из меня уходит вся злость и ненависть, желание делать ему больно…сейчас хочется только ласки и нежности и видеть его громадные глаза, но не наполненные слезами боли, а удовольствием. Я выхожу их него, прошу его перевернуться на спину, морщась и постанывая от боли он делает это и мы встречаемся взглядами. Он насторожен и напуган, он не знает чего от меня ожидать, а я всего лишь наклоняюсь к нему и целую. Он не смело отзывается на это нежное прикосновение, робко отвечая, ожидая, что сейчас будет больно, что я опять придумал что то жестокое. - Я люблю тебя – слова сами срываются с моих губ, когда я смотрю в его глаза, в них удивление и не доверие. - Тогда почему ты делал все время больно? – он обижен, но не злится, он верит мне. - Потому что зверел, когда думал, что к тебе прикасался кто то еще… Мы занимаемся с ним любовью очень долго. Я впервые за все это время, что он в моей постели нежен. Мне больше не хочется причинять ему боль, я люблю его…он ответил мне взаимностью. Он любит меня, он мой. Утром я просыпаюсь от того, что чувствую на себя чей то взгляд. Он лежит, подперев голову рукой, и наблюдает за мной. Я лишь улыбнулся, кончиками пальцев коснулся его губ, он поцеловал их. Потом лег и уставился в потолок. - Я не спал ни с одним мужиком до тебя. А тот парень в клубе…в тот самый наш первый вечер…я хотел его оттолкнуть, потому что не придерживался той ориентации, как он подумал… - Но выглядел ты так, будто знал, как это, когда тебя трахают. - Да, знал – он поворачивает ко мне голову и в темных глазах, на самом дне, плещется боль, его голос становится совсем без эмоциональным, взгляд фиксируется на какой точке на потолке – я был подростком, этот мужик…часто приходил к нам, родители с ним хорошо ладили, они были друзьями. Когда я рассказал им они мне не поверили, а потом…потом все раскрылось как то само собой…они ругались, все спорили чья это вина, а потом развелись. Мне было 11. - Чес – он опять смотрит на меня – я не буду извиняться зато, что сделал с тобой, потому что я не считаю себя виноватым, даже если ты думаешь по другому. Но тому мужику, да и любому другому, если они попытаются сделать тебе больно…я просто оторву яйца. - Я тоже люблю тебя, Майки – он улыбается, а потом идет в душ. Странные у нас отношения. Я его насиловал несколько лет. Ну, не каждый день, хотя старался, а он…он меня любит. Вот теперь, я лежу на развороченной кровати, на которой явно просматриваются следы спермы и крови (все таки он любит, когда немного больно), прислушиваюсь к шуму льющейся воды в ванной и тупо улыбаюсь. Он меня любит, любит! А остальное не важно.

Admin: Название: я люблю Майка Райан Шак, довольно таки приятный на вид мужчина, с отличным голосом, но было некое НО... Честер Бэнингтон был давно и совсем уж безнадежно влюблен в своего одногруппника Майка Шиноду. Нет, вы не подумайте, его чувства были весьма взаимны, так что тут Райану очень не повезло. Парень, голос которого он считал чуть ли не идеальным, парень, который выступал с ними на одной сцене и сам попросил принять участие группу Шака в его сольном проекте…в общем был весьма недостижимой мечтой. А после того, как Чес и его жена снялись в клипе группы Шака…в общем тут сразу было понятно, кроме Талинды и Шиноды, Бэнингтону в этой жизни ни кто и не нужен. - И? - Что И? Чес. - Ты чем то не доволен, наорал на ребят, выставил всех вон, только на меня еще не окрысился, хотя думаю, что и это последует очень скоро. - Я просто устал и измотан. - Да ладно? – вокалист Линкин Парка прищурился – Ты не так давно стал таким раздражительным. Что у тебя случилось? - Да ни черта у меня не случилось! - Не ори на меня, придурок – тон Честера не терпел возражения, но при этом в глазах его горел огонек азарта, он хотел знать, что происходит с его другом. - Что у вас за отношения с Майком? – вдруг сменил разговор Шак. - В каком смысле? – Бэнингтон выглядел весьма удивленным такой смене разговора. - Этот японец очень странно на тебя смотрит, будто ты принадлежишь ему. - Что? - Блять, Чес…ну вот на хрен делать такое лицо, будто я тебя чем то шокировал? - Ну вообще то да – Бэнингтон уже подобрал свою челюсть с пола и полностью взял себя в руки. - А если серьезно – Райан надвинулся на рокера – ты бы мог переспать с мужиком? Майк Шинода шел не спеша по коридору студии. Он знал, что Чес за работой забывает обо всем, но на сегодня он запланировал им ужин и хотел быть уверенным в том, что Честер про него не забудет, а следовательно просто за ним заехать. Разговор Шака и Бэнингтона он услышал подойдя к двери студии. - Твою мать, Райан, убери свои руки, это уже не смешно. - А кто говорит о том, что я шучу? Майк резко рванул дверь и вошел внутрь. Картина, что предстала перед его глазами была весьма однозначна – Чес стоял прижатый к стене, над ним навис Шак. - Кхм, не помешал? - Шинода, а ты что тут забыл? – Райан явно был разочарован появлением МС.. - У нас с Чесом на сегодня запланированы дела и я хотел бы быть уверенным в том, что Бэнингтон об этом не забыл. - Фак, прости Майки, уже собираюсь. Хорошо, что ты заехал – отпихивая от себя Шака – я и правда забыл. Пока Чес собирался, Шак и Шинода сверлили друг друга взглядами. Темные глаза полуяпонца изучали музыканта перед ним. Ему явно не нравилось то, что он видел. Не менее презрительным взглядом его одарил и Райан. - Все, до завтра – Чес схватил Шиноду за рукав и потащил к выходу. - И давно он к тебе лезет? - Да я сам был в шоке. Ты не подумай, я не оправдываюсь, но ни чего не было и быть не могло. - Я знаю, Чес, я знаю…просто не люблю, когда к тебе проявляют столько внимания. - Завидно? – хотел поддеть Бэнингтон. - Нет, ревную – спокойно ответил МС и взглянул на любовника – сильно и весьма болезненно. - Собственник – фыркнул рокер, но в душе был доволен тем, как реагирует Майк. - Где ужинаем? - У меня. Анна уехала, так что я все заказал к себе. Не против? - Как я могу? Заняться любовью на твоем уютном, семейном ложе – темные глаза опасно сверкнули. - Маленькая зараза. - Не такая уж и маленькая – рассмеялся Чес и положил руку Шиноде на колено, проведя ею вверх вниз и снова вверх, замирая в области паха, смотря на то, как Майк сжал зубы – Я соскучился по тебе. - Я заметил, похотливый самец. - По моему я был самкой – удивился Чес, но тут же сощурился – отдаешь бразды правления сегодня мне? - Почему бы и нет…ты же давно этого хотел – улыбнулся Майк. - Что то ты больно покладистый…не порядок. Что задумал, Шинода? - Приедем, и ты все узнаешь. Довольный Честер вполз в студию. - Ну и как вчерашние дела с Майком? - Что? – пытаясь сфокусировать взгляд на говорившем. В голове гудело от утренней порции секса и все тело окутывала невероятная нега, думать ни о чем не хотелось, работать тем более. - Как говорю дела? – Райан подошел к Чесу и отвел в сторону ворот его рубашки, смотря на весьма впечатляющий засос – Так у вас только дружеские отношения? – хмыкнул он. - Отъебись – Чес ударил его по руке, сбивая со своего ворота – Не твое дело, не находишь? - Ну почему же…не мое то точно, но может стать моим. Ребята про вас знают? А фэны? - Тебе то какое дело? – рокер развалился на диване, прикрывая веки, спать хотелось чертовски. Сначала Шинода дал ему…но потом это японское чудовище укатало его так, что Чес забыл как его зовут и откуда он родом, а утром Майк продолжил. Он был ненасытен. Да и виделись они к тому моменту впервые за месяц…в этом плане виделись, конечно. - Соскучился – расплылась довольная мысль в голове и такая же довольная улыбка по всей роже. - Чес! Ты придешь сегодня в себя? - А? Слушай, не ори. Я лучше пойду, от меня толку ни какого. - Пока не ответишь на мои вопросы, ни куда не пойдешь. - Сейчас ребята придут, пропусти – Чес напрягся, Шак явно намеревался добиться того, чего хотел. - Не придут, я на сегодня дал всем отбой. - В чем причина? - Хотел остаться с тобой, наедине. Не против, надеюсь? - Против, конечно. - О боги, Бэнингтон, я же не прошу тебя со мной трахаться. Я просто прошу тебя ответить на некоторые вопросы. Ты спишь с ним и, что думают ваши ребята по этому поводу? - Я его люблю, а остальное ни кого не касается и – останавливая поток мата Райана – ребята в курсе. - Да ладно и Феникс тоже? - Фе – фе был первым, Хан пару раз проехался, потом заткнулся. Уж не знаю, чем ему пригрозил Шинода, Роб и Брэд вообще в это не лезли, им было по фигу. Удовлетворил свое любопытство? - Только часть. - Да отъебись ты – Бэнингтон оттолкнул от себя зарвавшегося мужика. - Черт…Чес, просто один поцелуй. - Отъебись – тихое рычание. - Фак – отходя в сторону, но не оставляя в мыслях предпринять хоть что то, чтобы затащить Чеса в койку. Инцидент был временно забыт. Но, при встрече, и Шинода и Шак, не особо дружелюбно друг на друга глазели. Все было как всегда, но иногда между ними вспыхивало напряжение, особенно, когда в комнате появлялся Честер. - Блять…Чес, что в тебе такого, что самцы во круг тебя начинают драку? - Хан, ты о чем? - Сначала это был Шинода с Дэйвом, теперь Шинода не может поделить тебя с твоим Шаком. - Он не мой. - А я образно – хохотнул Джо. - А что Феникс и Майк ругались из – за этого? - Еще как, просто тебе не говорили причину. - Идиотизм. Словно мы на необитаемом острове и я единственная телочка на всю округу. - Где эти гребанные Julien-K? – Шинода ехал на какой то тачке, напоминающую машинку, что ездит по полю для гольфа, он двигал по громадному плацу, где со всех сторон стояли тур автобусы разных группы, но кого бы он не спрашивал, ни кто не мог ему ответить. Одна из групп все таки дала кое какую наводку, где можно найти электронщиков. - Шак, что ты черт тебя дери творишь? - Я всего лишь хочу попробовать. - Попробовать? Так найди себе хаслера и упробуйся, я то тут при чем? - Так я тебя хочу. - Обалдеть, какая новость. Об этом разве, что газеты еще не пишут. Все, отвали я сказал. Шинода не был хорошим мальчиком, он не стал стучатся в автобус друзей, он просто распахнул дверь и вошел внутрь. Его ни кто не заметил. Чес был увлечен тем, чтобы не дать другу забраться слишком далеко под его майку и присосаться к его шее, а Райан был увлечен тем, чтобы сломить сопротивления Бэнингтона. - Райан, ты думаешь своей бошкой? Я не хочу тебя, сказано тебе – отвали. - Чес, только один раз и об этом ни кто не узнает. - Ты уверен, что ни кто об этом не узнает? – Чес замер в руках вокалиста другой группы. - Да, точно тебе говорю. - А вот я нет и даже если и так, я тебя все равно не хочу…у меня только на него и встает. - Гонишь, я же чувствую. Шинода стоял и прислушивался к разговору. Ему хотелось выдать свое присутствие, но при этом хотелось дождаться развязки – согласится Чес хоть на что то или же нет. Ему было это важно. - Бля, Райан…я думал, что ты оставил все это в прошлом, ну чего тебе стоит от меня отстать, а? Я же с тобой работать потом не смогу…и Майку пожалуюсь. - И что он мне сделает? - Отшлепает – хохотнул Чес. - И часто вы играете с ним в такие игры? - А вот это уже не твое дело – моментом собираясь от нахлынувших воспоминаний. - Что в нем такого, Честер Бэнингтон, что ты не можешь пойти даже на один маленький эксперимент? - Сказать тебе по секрету? – Чес наклоняется вперед и обдает горячим дыханием ухо бредового насильника – Люблю я его. - Иди ты в жопу, Бэнингтон – Шак отпускает его и плюхается на ближайшую койку – Нет в тебе духа авантюризма. - Ага, и духа блядства, кстати, тоже. - Вы уладили свои проблемы, ребята? – Шинода вышел в полоску света. Чес покраснел, Шак тоже…но уже от стыда. - Тогда бери свой зад, Райан и пошли играть, нам предстоит вздуть одну зарвавшуюся компанию подвыпивших рокеров. - Все таки я тебя ненавижу, Шинода – протягивая руку. - Я тебя тоже – пожимая ее, и улыбаясь в ответ на улыбку со стороны Шака. - Он хорош? – шепотом, чтоб Чес не услышал. - Тебе и не снилось – Майк довольно улыбается, глядя на своего любовника. - Эй, вы что же там, уже меня обсуждаете, сволочи? - А то – весело смеясь все дружно покинули тур автобус Julien-K.

Admin: Название:страхи и желания Это было мерзко. Ни когда в жизни он не чувствовал себя на столько мерзко. Он стоял под душем, еле стоял, если быть честным и тер себя губкой, до красна натирая кожу, стараясь смыть, выдрать из памяти это гадкое чувство прикосновений этого мужика. Как он мог ему верить, как он мог ему поверить? Чем он заслужил такое с ним обращение? Немые слезы, яростные движение губкой по телу, стараясь содрать кожу, содрать эти болезненные воспоминания о том, что к нему прикасались потные мужские руки, лапали, тискали, наслаждались его сопротивлением, а он…такой маленький, беззащитный. Но он ни кому не скажет. - Больно – тихий стон. - Честер? С тобой все в порядке? – взволнованная мать за дверью. Чес уже несколько часов не выходит из душа. - Да мама – кое как справляясь с голосом – все в полном порядке. А потом все закрутилось и завертелось. Его позор, его тайна стала известна. Он стал посмешищем в глазах других, хотя это только он так думал. Он отворачивался от друзей, считая, что они лишь насмехаются над ним, он полностью ушел в себя, потом был развод родителей и еще один сильный удар по психике. Чтобы хоть как то не утонуть в этой своей боли и самобичевании, ведь он считал, что развод произошел по его вине, Чес ударился в музыку. Что может быть лучше – наркота, бабы и конечно же тяжелая и порядком дерьмовая музыка, которую лабали ребята обдолбавшись и упившись всякого дерьма. Бросить все ему помог только один случай, а тогда Честеру казалось, что лучшего и придумать нельзя. Куча телочек, что сами прыгали в постель, куча друзей, а главное дури и колес, сглаживалось все изрядным количеством алкоголя. В тот день, Бэнингтон закинулся парой таблеток, утопив все это в хорошем количестве спиртного. Кайф наступил спустя минут 15 и унес в свои сокровенные дали. Туда, где только Чес мог быть, где только ему было место, куда не было доступа посторонним людям. Липкие, холодные и трясущиеся руки привели молодого парня в себя. Над ним нависал один из его дружков и похабно улыбался. - Ну же, Чес – шептал он, обдавая Бэнингтона перегаром – перевернись, детка. - Что…что тебе надо, придурок? – пытаясь отмахнуться от назойливого друга, но сил почти не было, эйфория снова утягивала в те места, где ему было хорошо не только телом, но и душой. - Давай же…я так хочу тебя. Эти слова будто отрезвили Чеса. Он попытался вырваться, но в его состоянии это было не так то легко. - Да что ты ломаешься, будто целка на заклании. Все будет хорошо, просто расслабься. Такие знакомые слова из такого страшного детства. Чес кричал как резанный, воспоминания тяжелой воной обрушались на обдолбанный мозг, показывая снова и снова картины пережитого ужаса. Его друг моментом отвалил и попытался привести парня в себя, но Бэнингтон отбрыкивался что то крича, будто бы был в другом мире. Его и без того громадные, чуть подслеповатые глаза, были раскрыты во всю и такой страх и отчаянье плескались в них, что товарищ, не состоявшийся любовник, испугался за душевное состояние парня. После этого случая, Чес решил покончить с наркотой и выпивкой и всерьез заняться тем, что ему нравилось больше всего – музыкой. Когда поступило предложение стать участником нового коллектива, он незамедлительно вылетел на место сборов. - Представляю вам Честера Бэнингтона, именно его вокал был одобрен всеми участниками группы – представил его Брайан, человек, который согласился как то помочь новому проекту, с достаточно оригинальным звучанием и не плохой политикой. Чес кивнул, а БиТи продолжил - Это Бред – сологитарист, Джо Хан или, как он любит, чтобы его называли мистер Хан – наш Ди Джей, Дэйв, в простонародье Феникс – бас гитара, Роб – ударные и великий Майк Шинода – МС, так же гитарист и идейный вдохновитель группы. Честер поочередно пожал руки всем ребятам, улыбаясь скромно и застенчиво. Он думал, что это будет больше похоже на прослушивание, а почти в одночасье его взяли в состав группы. Но больше всего его поразил Майк Шинода. Что то в его улыбке было располагающее, доброе, трогательно заботливое и ободряющее. - Откуда родом? – раздался первый вопрос. - Парни, да что вы налетели на него с вопросами то? Дайте ему хоть немного привыкнуть к нам. А то мы то с вами знакомы, а он только прилетел – музыканты сидели в баре и пили пиво за успешное начало сотрудничества. А в том, что проект будет успешен – ни кто не сомневался. - Спасибо, Майк…все в порядке – он улыбнулся Шиноде – я родился в Фениксе, Аризона. - О, слыш Фе, хороший должно быть город – рассмеялся Роб. - Ты считаешь меня хорошим парнем, Роб? - Я? Тебя? Неэээт, я еще не на столько пьян. - Тебе есть где остановиться? - Нет – Чес отрицательно мотнул головой – я сразу из аэропорта на студию. - Если хочешь, можешь пока остаться у меня, пока что то себе не найдешь. - Спасибо, Майк. Шинода ехал в такси, рядом полусидя полулежа развалился не совсем резвый Чес. Что то в этом парне зацепило МС, что то привлекало и манило. В нем было больше от ребенка, нежели от взрослого человека и эти глаза за стеклами очков, скрывающие Бэнингтона от мира или мир от него. - Красив…чертовски красив. Интересно, это мои японские гены, мать их, сказываются? – думал Майк и впоследствии эта мысль возвращалась к нему сотни тысяч раз, но он так и не смог перешагнуть через начинающуюся дружбу, ни тогда ни потом. Линкин Парк, так назывался их проект, стал набирать оборот за оборотом. Награды, вручения всего и по всем статьям. Клипы, концерты, гастроли. Несколько месяцев в туре, потом студия и новый альбом. На отдых и разные мысли времени просто не оставалось. Но при этом то, что началось с простой симпатии, стало перерастать в огромную дружбу. Теперь Чес не мыслил и дня, чтобы не позвонить Майку и не узнать, как у того дела, тоже самое было и с Шинодой. - Да пошел ты – ржал Майк, он развалился в номере Бэнингтона с пивом руках. - Нет, я блять серьезно, вот скажи мне, ты ни когда не думал о том, что этот проект мог бы быть не удачным? - Чес, ну вот скажи мне, чтобы я еще по твоему делал, если бы не пел и не играл? Ты то понятно. - Я? И что? – нагло глядя в глаза другу – Что, Майки? - Был бы стрептизером. Отличное тело…в каком нибудь гей – баре – МС рассмеялся, но резко заткнулся, увидев как побледнел Чес – Чес, Чейзи? Но Бэнингтон не слышал его. Будто это происходило не давно, а именно в этот момент – тяжелое дыхание мужчины над ним, тяжелое тело на нем и эта адская боль, что раздирает его…грязь, мерзость, тошнота от того, что ты ни чего не можешь поделать… - Майк…ты не мог бы уйти? - Чес, прости, я сказал, что то не то? – Шинода поднялся с дивана и подошел к рокеру, когда его рука легла тому на плечо, Честер резко вскочил на ноги и глядя на Майка, как затравленный зверек снова попросил того уйти. – Не могу, пока ты не объяснишь в чем дело – Майк был напуган, но это его лишь бесило. Он видел что, что то не так и он ни чем не может помочь другу. - Просто уйди – почти крича. Майк стоял и смотрел на мечущегося по комнате Чеса, казалось он пытался найти угол в который может забиться и не вылезать оттуда. Тогда МС принял одно единственное для себя решение. Он подошел к Чесу и прижал его к себе, заключая в сильные объятия. Бэнингтон вырывался, что то кричал, а потом обмяк и расплакался. Вся та боль, что он испытывал при воспоминании о том, что с ним произошло, все то, что накопилось внутри, дало наконец то выход. А Майк стоял и нежно гладил его по спине, не говоря не слово, просто содрогаясь при мысли о том, ЧТО могло послужить такой вспышке и, что же случилось у рокера в прошлом, если у него такая реакция на простые шутки. - Я ни кому не говорил об этом, о том, как это было на самом деле. Со мной и психологи работали и мать все выспрашивала, а я просто не мог – голос был бездушный, ровный, без оттенков эмоций, это больше всего напугало Майка и он прижал Чеса еще ближе к себе, крепче сжимая хрупкое тело в своих объятиях – мне было тошно от самого себя, тошно от того, что я такой, что ко мне тянуло таких вот ублюдков, а хуже всего было то, что он был другом моих родителей. Он взял то, что хотел, сминая мое сопротивление. Я долго тогда пытался отмыться от него, от его прикосновений, запаха, я постоянно чувствовал его тело на себе и…в себе. - Я не знал. - Этого ни кто не знал. Даже сейчас заходя в душ, я стараюсь тереть кожу сильнее, потому что на мне все еще его запах. Я старался скрыть все это тату. Те, что на запястьях…там были синяки от его рук, на пояснице были его руки, когда он…в общем были – рокер вырвался из объятий ошарашенного МС и отошел от него, глядя пустыми глазами куда в сторону – Он всегда будет со мной. Это воспоминание, этот мужик. Я стараюсь не думать, но иногда паника накатывает и я снова становлюсь тем маленьким мальчиком, которого грубо и жестоко выдернули из детства, выкинув в реальность этого мира. Майк хотел помочь, но не знал как он может это сделать. Он любил Чеса, тот был одним из самых близких друзей. - Оставь меня одного. Мне просто необходимо побыть одному. - Ты уверен? – Майк подходит и кладет руку на плечо Чеса. - Да. Я буду в норме. Прости, что вывалил все это на тебя, просто иногда сил молчать уже не остается. Шинода ушел не сказав ни слова, сейчас Чесу это было не нужно. - Майк, блять, Шинода, проснись – Чес тряс его за плечо. У них обоих давно уже было заведено, что если на двери не висит табличка «Не беспокоить», то дверь в номер будет открыта, чтобы у каждого была возможность придти, если что то гложило. - Отвали, придурок, я сплю – Майк перевернулся на другой бок и засунул голову под подушку. - Ну, Майки…я прошу тебя. - Ненавижу тебя, Бэнингтон – Майк сел в кровати, протирая свои глаза и стараясь привыкнуть к миру вокруг – Мне снился такой заебательский сон, а тут ты. - Я лучше сна – парировал Чес и плюхнулся в койку рядом с Майком. - Давай выкладывай, что там забрело в твою голову и вали отсюда. Пока я добрый. - Вот такие вот нынче пошли друзья – шмыгнул носом Чес и обхватив Шиноду за шею, повалил его кровать – я придумал…моя проблема. Я знаю, как от нее избавиться и ты мне в этом поможешь – Чес серьезно смотрел на МС. - Ты уверен, что я справлюсь и что я именно тот, кто тебе нужен? - А кто мне еще нужен? – удивленно. - Хороший психолог и пинок под зад, чтобы не мешал нормальным людям спать. - Майки!!! - Хрен с тобой, говори, что ты там надумал? Они редко возвращались к проблеме Честера, но когда говорили о ней, то старались как то решить, найти выход и Майк был на все готов, чтобы Чесу стало лучше. Он не раз замечал, как Бэнингтон старается уйти от тактильных контактов, даже с одногруппниками, как он пересиливает себя и старается выглядеть не принужденным, а потом его трясет и он заливает все свои переживания алкоголем. - Трахни меня. Забравшись куда в свои воспоминания, Майк не сразу осознал, что именно сказал рокер. - Что? – и так не широкие японские глаза сузились еще сильнее – Ты, блять, понимаешь, о чем ты меня просишь? Бэнингтон уверенно закивал головой и прикусил нижнюю губу. Когда то там было кольцо пирсинга и Чес часто теребил его, теперь кольца нет, а привычка покусывать нижнюю губу, когда он взволнован или задумчив, осталась. - Майк, пойми…я так не могу. Я скоро с себя живого кожу сниму, помоги мне, Майк, я умоляю тебя. - Чтобы ты потом так же сдирал с себя мой запах, мои прикосновения? Ну уж нет – МС столкнул с себя совсем охуевшего рокера и пошел в сторону ванной – черт, теперь я точно не усну. - Майк…Кенжи – Чес прижался к его спине – Я прошу тебя. Только ты, только с тобой я могу сделать это. Только тебе я доверяю, ты единственный мужчина, которому я могу сказать, что люблю, и это будет правдой. - Чес…это глупая затея. МС убрал руки рокера и, шагнув в ванну, закрывая за собой дверь. Включив воду и встав под струи прохладной воды, он был готов выть в голос. Он хотел Чеса, хотел так, как не хотел даже Анну, как ни одного человека на этой планете, но только не так, не так, как предлагал Честер. Это должно было быть по их обоюдному согласию, а не потому, что Чейзи Чес вдруг решил избавиться от призрака прошлого. - Чес? – Майк замер в проеме двери ванной. На нем было только одно полотенце, опоясывающее бедра. - Прости…я не знаю, наверное это глупо, но я решил попросить тебя еще раз – он лежал обнаженный на кровати Шиноды, только уголок одеяла прикрывал его пах. - Я же сказал, чтобы ты забыл про эту идею – хотя взгляд скользит по нагому телу, а свое собственное тело принялось жить своей жизнью. Нет, Майк часто видел Чеса обнаженным, но не лежащим в полумраке комнаты у себя в кровати, да еще и голым, таким, мать его, соблазнительным. - Чести, ты сам не понимаешь на что ты нарываешься – голос слегка подрагивал и звучал, как то зловеще. Чес поежился от пробежавших по спине мурашек и лишь кивну, откидывая в сторону последнюю преграду, выставляя себя на показ Шиноды полностью. Громадный, хищный зверь, которым уже не был МС, двигался плавно и осторожно, он не должен был спугнуть добычу, желанную столько времени. - Потом не говори, что я тебя не предупреждал. Майк опускается рядом с рокером на кровати сдергивая с бедер полотенце и швыряя его куда то в сторону. Шинода, словно ребенок, который дорвался до давно желаемой игрушки. Теперь он миллиметр за миллиметром исследовал тело, что было в полном его распоряжении. Нет, он не был ласков, он не был нежен, он был просто в меру аккуратен с тем, что сейчас принадлежало ему. - Майки… Майк! – Чес извивался под ним, пытался хоть как то вырвать руки из стальных захватов Шиноды. Тот силой удерживал их над головой рокера. - Что, Майк? – темные от желания глаза – Что то не то? – облизываясь. Но Бэнингтон лишь тянется к губам МС, желая получить хотя бы тень ласки. - Прости – Шинода выпускает его руки из захвата – прости, я не знаю, что на меня нашло. Он сползает с тела Честера и садиться на край кровати, обхватывая голову руками. - Майки – Чес за его спиной, обнимает, поглаживает плечи – все хорошо. Я хочу этого, я правда этого хочу…я хочу тебя. Утром Чес потягивается в постели и замирает, ощущая рядом обнаженное тело. Воспоминания о проведенной ночи лавиной хлынули сквозь его память. - Чес? – сонный голос Майка – Ты в порядке, парень? – Майк внимательно вглядывается в чуть подслеповатые глаза друга. - Нет, у меня нахрен все болит, затекла рука, на которой ты с пал и – он слегка двинулся – саднит в заднице. Ты уверен, что ни чего там не забыл? Шинода лишь усмехается и откидывает одеяла оглядывая свое тело. - У меня все на месте, если только ты не стал использовать какую либо игрушку, после того, как я с тобой закончил и уснул. - После того, как ты со мной закончил…я, блять, даже двинуться не мог. - Тогда в душ – МС поднялся с кровати, но руки Чеса моментом притянули его к себе и рэпер рухнул обратно на кровать – какова хрена? - Продолжим в душе, Майки? – руки скользят вдоль теля МС, к его паху. - Смотрю ни мой запах на твоем теле, ни мои прикосновения не вызывают у тебя не приязни – слегка срывающимся от частого дыхания голосом. - Я хочу быть весь в твоем запахе, чтобы от меня разило за километр, что я собственность Майка Шиноды. - Тогда отрывай свой великолепный зад от кровати и марш в ванну. Майк наблюдал за тем, как Честер потягивается в кровати, плавно поднимается и слегка кривясь идет в сторону ванной. Шинода доволен. Больше приступов не будет, больше у Чеса нет проблемы…только как теперь справиться с проблемой Майка? Ведь, если на Чеса кто то посмотрит своими масляным глазками и попытается дотянуться своими сальными ладошками, он не выдержит, сорвется и убьет. Значит надо, чтобы было видно – Честер Бэнингтон личная собственность Майка Шиноды, а уж как это сделать Майк знает. Словно хищный зверь, МС проследовал в ванную комнату за своей законной добычей, которой он ни с кем больше не намерен делиться.

Admin: Название: игры A/N: о любви речи нет,достаточно жестокий и жесткий Майк,но я его таким люблю. Какое то время мы с ним не виделись. У каждого были свои проекты, свои семьи, свои дела. Дела группы пока не обсуждались, так что все занимались тем, чем хотели, не мешая друг другу. Мы собрались в студии, для обсуждения записи нового альбома. У всех поднакопилось материала, который не был нужен в сольных проектах, но он был хорош, так что его спокойно можно было использовать в группе. Я думал, что челюсть у меня отвалится со сто процентной уверенностью, когда он вошел в комнату. Вместо мешковатых широких джинс, на нем были джинсы в обтяг, держащиеся на бедрах, подчеркивающие его ноги и задницу, выставляя жадным взорам все, что только хотелось разглядеть в прошлом под трубами, вместо футболки, что всегда была на пару размеров шире, была рубашка, как вторая кожа, плотно облегающая его торс. Но, что больше всего бросилось в глаза, так это его взгляд, улыбки, жесты. Он будто пытался соблазнить всех, но при этом ни кого и все это было настолько не осознанно, что на него было не возможно злиться, когда его рука достаточно не двусмысленно скользила по твоей спине, когда он трогательно заглядывал тебе в глаза, а потом медленно облизывал губы кончиком языка. Даже Феникс не злился, когда Чес прогибался в спине, как кошка, потягивался, а потом бросал на него такой взгляд, что будь Бэнингтон бабой, Дэйв бы его тут же трахнул. Но в каждой шутке есть доля шутки и каждые игры надо уметь вовремя заканчивать и прекращать, Чес же аигрался, хотя я не думаю, что но сам понимал на что нарывается. Мне всегда было сложно контролировать свою ярость, свои эмоции и некоторые инстинкты, по этому, меня очень часто считают заторможенным, лишь потому, что мне приходится держать себя в руках, чтобы просто не сорваться, тотальный контроль так сказать, который иногда дает сбой. В тот день он дал сбой так же, я сам не понял как это произошло. Мы писались в студии, все было как всегда, Чес пел, Брэ что то лабал на гитаре, Феникс ушуршал говорить по телефону со своей благоверной, я что то ковырял в компе, Джо не было, а Роб барабанил палочками по столу, при этом читая какую то очередную хрень. Чес подошел ко мне со спины, оперся на мои плечи, слегка их размял. Я ему был за это благодарен, потому что все тело нещадно затекло от нескольких часов сидения, пусть и в удобном кресле, но за компом. Я блаженно закрыл глаза, когда почувствовал на своей шее его обжигающее дыхание, он что то сказал мне, его губы слегка задевали чувствительную кожу. Или этот парень издевается, или он реально не понимает, что творит. Я лишь помню, как его громадные глазища с испугом и каким то интересом смотрели на меня, когда я прижал его к стене и прошипел что то на тему того, чтобы он играл, но не заигрывался и, что у всего есть предел, и у моего терпения, далеко не ангельского, предел уже пройден и в следующий раз он получит именно то, на что нарывается. Ни кто из ребят ни чего не понял, я думаю, что я сам до конца тоже не понял все произошедшее, но меня это ни разу не беспокоило. Я только кинул, что репетиция и все остальное на сегодня закончено, взял куртку и вышел из студии, хлопнув на последок дверью. Внутри меня бушевало пламя, я хотел порвать этого зарвавшегося мальчишку и показать ему, что люди, которые с ним в реальной жизни, это не стадо фанатов, что жаждут тебя, твоей сексуальности, твоего тела, что не стоит так играть со мной. Если он хотел доказать себе, что его могут хотеть все, то он доказал. Я его хочу. Только потом я полностью осознал, что Чес делал все это не специально, просто то, чем он был на самом деле, то, что все это время дремало, наконец то пробудилось и стало просто бить изо всех щелей, грозясь затопить не только его, но и близких к нему людей. Только теперь я начал понимать наших поклонников, которые готовы на все, ради него, которые просто тонули в море его энергии и сексуальности. Боги, как же я хотел, чтобы я этого ни когда не понимал. Честер Бэнингтон, сам того не желая, выпустил наружу всю свою силу, при чем ту, которой обычно наделены женщины, при этом пробуждая во мне то чудовище, которое я столько времени контролировал, а теперь контроль был потерян. Последней каплей было полное прослушивание записанного материала. Я сидел на диване, рядом сидел Чес, ребята расселись кто где, все были предельно сосредоточены. Нам нужно было понять добились ли мы того, чего хотели от всего альбома или что то надо было переделывать. Сосредоточены были все, кроме меня, потому что рука Чеса легла мне на бедро, а дальше он кончиками пальцев стал водить ею вверх – вниз, почти доводя руку до моего паха, а потом опускаясь к колену и все это делалось на внутренней стороне бедра, что не могло не завести. Я внимательно посмотрел на него, но тот не обращал внимания ни на меня, ни на то, что он делал. Чес не вкуривал, что он творит. Я перехватил взгляд Феникса, он ухмыльнулся и опять прикрыл веки, а я же сидел, боясь пошевелиться. Мне хотелось наорать на Бэнингтона, чтобы он перестал, но с другой стороны мне это безумно нравилось. Чудовище внутри меня обрело полную свободу и все, что оно хотело, так это, вот это вот чудо рядом. В голове возникла идея, и я улыбнулся, прикрыл веки и стал наслаждаться процессом. - Ура, парни мы это сделали! – Роб встал со своего места и обвел всех ошалевшим, но довольным взглядом. - Это надо отметить. - Фаррелл, тебе лишь бы нажраться. - А то – хохотнул Феникс. - Тогда можно завтра ко мне? – Чес улыбнулся, сияя как новогодняя елка и в комнате сразу стало душно, при том не только мне – Талинда уезжает сегодня, так что дом в полном нашем распоряжении. О, я жаждал этого вечера, я лишь улыбнулся, посмотрел, как только мог не коварно и кинув всем на прощание, что то типа до завтра, вышел из студии. У меня в голове крутилось только одно – я хотел Честера Бэнингтона, своего лучшего друга и самую соблазнительную штучку, которую я когда либо имел радость лицезреть в этом поганом мире. Значит, оставалось лишь купить все, что мне для этого понадобиться. Вечером следующего дня, мы сидели у Чеса, бухали и делились мыслями о том, каким мы видим наш тур, какой сингл выпустить первым и все в таком духе. Я уже хотел отказаться от своей затеи, подумав, что может, во всем виноват мой не дотрах, хотя при чем тут он, у нас с Анной все хорошо и регулярно, как вдруг рука Чеса легла на спинку дивана, позади меня, кончиками пальцев он коснулся моей шеи стал ее поглаживать в области затылка. При этом ни на секунду не прерывал спора с Робом. Меня бросило в жар, потом в холод, я моментом вспотел, во рту пересохло. Если бы ребят не было бы рядом, эта зараза уже давно был бы подмят под меня и затрахана до смерти. Чес взглянул на меня, ища поддержки в каком то вопросе. Он улыбнулся, как то томно и при этом медленно прикрыл веки, слегка закатывая глаза, проводя кончиком языка по губам. Твою то мать! Я поднялся с дивана, видимо слишком резко, потому что вызвал недоумевающие взгляды ребят и пошел на верх. Мне нужен было срочно принять холодный душ, иначе мне будет просто срать на ребят, я трахну Чеса у них на глазах. - Майк, Майки? Что то случилось? Я распахнул дверь комнаты, в которую успел зайти и втащил Чеса внутрь. Он где то по дороге потерял свою футболку, теперь моему жадному взгляду не мешал этот не нужный для моих планов кусок ткани. - Майк? – он удивленно посмотрел на меня, а потом я резко развернул его лицом к стене, придавливая своим телом, трясь об него пахом. - Ты же этого хотел, ведь так? - О чем ты, Майк? – он пытался вырваться, он не мог не чувствовать как сильно я возбужден. - Ты все время провоцировал меня, заигрывал, вел себя как шлюха, которая хочет, чтобы ее трахнули. Я прав, ты этого добивался? - Майк…я не понимаю о чем ты говоришь – он еще раз дернулся – прости, я наверное чем то обидел тебя…Майки, отпусти. - Не могу, теперь не могу, Чес – я провел носом по его шее до затылка, втягивая его запах, жадно и ревностно сохраняя его на дне своих воспоминаний. Я слишком хорошо понимал, что, то, что сейчас произойдет, навсегда изменит отношения Честера ко мне, но мне было плевать, мой демон требовал удовлетворения. Удерживая его весом своего тела, я руками содрал с него штаны вместе с бельем, опуская их чуть ли не до щиколоток. Чес дернулся и попытался вразумить меня, но это было бесполезно. Как только моим жадным рукам удалось добраться до его задницы, сжать ее в своих ладонях, кусая при этом его шею, я понял, что пропал, что теперь я полностью и всегда буду зависеть от этих обольстительных бедер. - Ты довел меня до этого состояния, только ты Чес. - Майк, ты пожалеешь об этом, не надо – мне казалось, он был готов расплакаться, но я то знал, что на самом деле это именно то, что ему нужно, что один раз почувствовав себя в таком положении, он всегда будет хотеть еще. - Не бойся, это я – Майк, я не причиню тебе боли. Достав из кармана своих штанов смазку, я открыл ее зубами, потому что просто не мог оторвать вторую свою руку от поглаживания ложбинки меж ягодиц. Чес что то говорил мне, но я заметил, как он старается придвинуться к той руке, что ласкает его сильнее. Сам того не желая, он хотел быть трахнутым. - О боже – я выдохнул это ему в затылок, как только один из моих пальцев сломил сопротивление его мышц и проник внутрь. Там было тесно, жарко, стенки сжимали меня, стараясь вытолкнуть инородный предмет, когда я представил себе, что скоро там окажется мой член, вот вот готовый взорваться от напряжения, я чуть не кончил. Пришлось брать себя в руки. Когда внутри него уже спокойно двигались три пальца я чуть отошел назад, Что вы думаете, вместо того, чтобы попытаться вырваться, Чес двинул бедрами назад, делая шаг, отступая от стены, прогибаясь в спине, давая мне больший доступ к своему телу, к своей узкой заднице, которую я собирался поиметь. Нет, у меня не возникло и намека на нежность, даже его покорность возымела другой эффект, а когда он простонал, я понял, что больше сдерживаться не могу. Расстегнув свои штаны свободной рукой, я сжал свой член и прошипел сквозь зубы от того, как же сильно мне хотелось воткнуть себя в это тело. Чес повернул голову, темные глаза затуманены желанием, ротик чуть приоткрыт, он сам насаживается на мои пальцы, прося этим больше, чем он сейчас получал, но его - Майки добило меня окончательно, больше ни о чем не думая, я вытащил свои пальцы и пока мышцы не успели опомнится, я вломился в это тело, которое мне сейчас так откровенно предлагали. Если ребята до этого сидевшие в низу не предполагали, чем мы тут занимаемся, то сейчас стало понятно на все сто – крик Честора, мой сдавленный стон, как только кишка сжалась во круг меня…бля, это было просто божественно. Я трахал его, впиваясь зубами в плечо, рыча, как зверь, вламываясь в его нутро, совершенно не заботясь о том, что испытывает он, мой друг и любовник, но, судя по тому, как он вилял задом, ему тоже было не плохо, хотя об этом я не думал, мне было все равно, если честно. Я как зачарованный смотрел на то, как мой член исчезает и появляется из его задницы, как он блестит от смазки, как блестит от пота такая красивая спинка со множеством татуировок, как он изгибается в моих руках, как он стонет и просит дать ему большее и я даю ему это, просто насаживая его со всей дури на свой раскаленный член. Если вы думаете, что это гонка продолжалось очень долго, то это не правда, на долго меня бы не хватило, я слишком сильно хотел его. Когда я кончил и кончил он, я вышел из него. Лишившись опоры, он опустился на пол, потом свернулся в клубок, как новорожденный младенец и тихо заплакал. Я опустился рядом с ним на колени, уже одевшись, но с каким то безумием в глазах, я это знал, сейчас я выглядел как сумасшедший, как маньяк. Я раздвинул его ягодицы и погладил его там пальцами, двумя войдя внутрь и вытащив их обратно, я приблизил их к глазам – на пальцах была кровь и семя, мое семя, которое сейчас вытекало из развороченной задницы, напоминая и мне и ему, что отныне наши отношения совершенно другие. Я спустился вниз к ребятам, они меня встретили молчанием. - А где Чес? – поинтересовался Бре. - Он не спустится – и я так глянул на нашего гитариста, что он подавился пивом и как то резко стал собираться в сторону дома. Они все встали и стали резко собираться, а я лишь улыбался про себя. Я получил то, что я хотел и получу большее, потому что отныне задница Чеса принадлежала мне и столько еще удовольствия она доставит мне в будущем, а главное еще его ротик. Я собрал кое какой мусор, сгреб пустые бутылки на кухню, унес тарелки и убрал в холодильник еду, осталось только привести слегка в порядок диван и кресла. Я подумал, что можно это сделать завтра, как вдруг услышал шаги на лестнице. Я повернулся и посмотрел на спускавшегося Честера. Он был в халате, на нем сверкали капли воды, он явно был после душа. Что, смывал следы моего насилия, пытался отмыться от меня, как от того мужика, что поимел тебя в детстве, что будет сейчас, когда ты пришел в себя? Бэнингтон выглядел, как будто увидел приведение. Он был бледен, под глазами были синяки, его слегка покачивало и явно знобило, он не знал куда ему смотреть, но лишь бы не на меня. Постояв на ступеньках, он решительно слетел вниз. Я думал, что сейчас он даст мне по морде, будет обвинять меня в том, что я его изнасиловал и, между прочим, будет абсолютно прав, у него даже свидетели есть…но вместо этого он повис у меня на шее, прижимаясь ко мне всем телом, целуя в шею, шепча что то неразборчивое. Лишь когда я пришел в себя от шока того, что все еще стою на ногах, что меня не повалили на пол и не пинают ногами…я разобрал слова, что он все это время повторял - Я хочу еще, Майки. Сделай это со мной еще. Вот так и начались эти странные отношения. Мы по прежнему лучшие друзья, но чаще я использую Чеса в качестве своего любовника. Он многому уже научился и часто ведет себя, как настоящая заправская шлюха, не уступая ни одной из них в умении соблазнить и ублажить своего мужчину. Про любовь мы не говорим, это глупо. Ни какой любви между нами быть не может, просто я даю Чесу то, что он желает, а тот в ответ платит мне тем же. Но иногда я ловлю на себе его странные взгляды, будто он хочет о чем то спросить, но так и не решается. Но это уже другая тема и в сущности его проблемы.

Admin: Название:когда ты проснешься...когда ты спишь Фэндом:кому как понравица,но я думал про LP Пэйринг:Майк/Чес,POV Майка,но опять таки без имен,можно представить кого угодно Рейтинг:все пристойно Предупреждение:вообще это просто так,зарисовочка,ни чего полноценного Когда ты проснешься, за окном все так же будет июнь, солнечные лучи скользнут по твоему лицу, ты сонно улыбнешься и приоткроешь свои веки. А я в этот момент буду выскальзывать из твоего номера. Словно вор, я пытаюсь украсть хоть часть тебя, хотя бы частицу твоего тепла, но все это когда ты спишь. Когда ты проснешься, ты потянешься в кровати, а я буду сидеть за дверью твоего номера, и душить в себе немые слезы, потому что не могу больше жить в таких мучения – я люблю тебя. Но я могу тебе говорить это, только когда ты спишь. Когда ты проснешься, теплые струи утреннего душа будут прикасаться к твоему телу, лаская своей утренней прохладой, до конца пробуждая тебя. А я могу позволить себе это, лишь когда ты спишь, когда твое одеяло чуть сбивается и приоткрывает мне желанное тело с такой нежной кожей. Я бы мог ласкать тебя вечно, но только когда ты спишь. Когда ты проснешься и сходишь в душ, ты оденешься и спустишься вниз ко всем нам и я буду жадно разглядывать тебя, при этом не давая ни кому возможности увидеть это. Это видит лишь ночь, когда ты спишь. Когда ты проснешься, ты не вспомнишь ни одного моего слова, ты будешь свеж и как всегда улыбаться, даря свое тепло не только мне. Я один в этом мире среди подлости и предательства, только ты у меня и остался. Нет, всех много, но такой только ты один. Злое солнце не дает мне насладиться твоим обществом, даже пока ты спишь. Я вижу, как первые его лучи окрашивают горизонт в светлые тона. Небо светлеет почти на глазах и гаснут звезда за звездой, оставляя мне так мало времени. Я все ни как не могу остановится, говорю и говорю тебе о том, что ты не один, что я рядом, что я буду рядом всегда. Пусть даже лишь в те моменты, когда ты спишь. Ну вот, мне пора. Я лишь слегка прикасаюсь к твоим губам. Я могу сорвать твой поцелуй, только во сне. А когда ты проснешься ты и не вспомнишь об этом. Как всегда в тумане бреду в сторону двери, почти прикасаясь к ее ручке, слегка нажимая… - Опять так и уйдешь не узнав, как же я просыпаюсь?

Admin: Название: покажи мне любовь - Майк? – Бенингтон сощурился, без очков все выглядело размытыми пятнами. Чес вылез из ванной, где провел больше часа и хотел уже лечь спать. В комнате было достаточно темно и он сперва не заметил сидящего в тени Шиноду. - Ты смешно выглядишь, такой испуганный – что то в голосе МС заставило рокера занервничать. - Что ты тут делаешь? – он нашарил на прикроватной тумбочке очки и быстро нацепил их на нос. Казалось, что такая маленькая деталь, как эти два стеклышка, будут хоть какой то защитой. - Да вот…просто хотел пожелать спокойно ночи…лучшему другу – поднимаясь, нарочито медленно, направляясь в сторону двери. - Спокойной ночи? Я не совсем понимаю, Майк. Шинода улыбнулся у самой двери и вышел вон. Пол ночи, Честэр вертелся и крутился на кровати, ему не давало покое поведение Майка в последнее время. Он стал замечать, что МС как то странно себя ведет по отношению к нему, а сегодня вообще завалился в его номер, пока тот был в ванной. Нет, конечно он и раньше приходил к Чесу, но не так, как сегодня. Обычно это были дружеские визиты, они частенько пили вместе пиво и трепались обо всем на свете…особенно Чесу понадобилась поддержка Майка, когда вышла вся это не приятная история с бывшей женой…вся эта грязь, развод и ругань. Шинода поддержал его, как обычно поддерживают лучшие друзья. Но потом все стало меняться. Бэнингтон замечал странные взгляды, будто Майк его изучает, рассматривает и в такие вот моменты Чес чувствовал себя распятой и вскрытой лягушкой на столе студента – садиста. Честэр дернулся и подскочил в кровати. - Успокойся, это всего лишь я – глаза Майка и так темные от природы, приобрели в темноте какой то магический, неприятный свет. - Что…что происходит? Уже пора вставать? - Нет…я просто зашел посмотреть как ты тут…один – только сейчас Чес понял, что легкие прикосновения вырвавшие его из сна, не прекратились. - Майки – рокер попытался отодвинуться, но у него ни чего не вышло. - Знаешь, я много думаю последнее время. Много и все мои мысли о тебе, о том, что тебе пришлось пережить, как ты с этим справился и не утратил этой своей чистоты. - Чистоты? – Чес хлопал ресницами, прищуривался, пытаясь получше разглядеть МС – Последнее время, Майк, ты ведешь себя странно. Ты меня пугаешь. В прошлый раз я чуть не поседел, когда вышел из ванны и услышал твой голос, сейчас ты, вот так вот, прокрадываешься ко мне в номер…трогаешь меня… - Мне нравится прикасаться к тебе – Шинода лишь пожал плечами, казалось, что его ни сколько не заботит то, что он ведет себя не как друг. - Я хотел бы поспать, ты не мог бы оставить меня одного? У нас завтра концерт и интервью. - До завтра, Чес – рэппер провел кончиками пальцев по губам вокалиста и вышел вон. Утром все было как всегда и Майк вел себя как обычно, только Чес замечал, как иногда тот странно на него смотрит, но это было мельком, потом его взгляд снова становился нормальным. - Он меня пугает, Хан. Я так больше не могу, я стал бояться засыпать. - Мне постеречь твой сон, Чести? - Нет, бля, связать Шиноду в его номере и дать мне наконец то выспаться. - Чес, приди в себя, это же Майк…он сам свяжет кого хочешь. - Бля, Джо, помоги мне. - Если ты просишь о помощи МЕНЯ, то дела явно дрянь – рассмеялся ди – джей. - Мягко говоря. - Что ты тут делаешь? - Можно потише, а? Он все же спит. - Хорошо, я спрошу по другому – тихое шипение, глаза стали узкими полосками – Какого дьявола ты тут забыл? - Пошли выйдем – Хан бесцеремонно вытолкал Майка из спальни и они оба присели на диван в гостиной номера Бэнингтона. МС сверлил друга ненавистным взглядом, что творилось в его голове было известно одному Богу, и Хан почему то знал, что ни чего хорошего для него там нет. - Майк, он стал тебя бояться, ты пугаешь его. Объясни ему в чем дело…или объясни мне, я найду как ему рассказать. - Это только мое дело, мое и Чеса, тебя оно не должно касаться. Ты не ответил мне на вопрос, что ты делаешь тут? - Меня попросил Бэнингтон, сказал, что боится спать один из – за тебя. Шинода поднялся и направился в сторону спальни, Хан последовал за ним. Чуть приоткрыв дверь, Майк замер в ее проеме. Узкая полоса света, лишь слегка выловила из темноты тело спящего Честэра. - Посмотри на него…я до сих пор не могу понят, как его жена могла так с ним поступить? Хотя, кто знает кто на самом деле был виноват. Это сложно, занимать чью то позицию. Но он такой хрупкий, такой трогательный. Сначала я просто обнимал его по ночам, прижимал к себе, потому что ему было плохо, он просил меня остаться. Ему не нужны были слова, ему просто нужна была поддержка и именно моя. Однажды я проснулся ночью, он спал на животе, одеяло давно сбилось, было жарко…такая доступная шея, мягкие линии тела. Я впервые тогда прикоснулся к нему по другому. Я был словно зачарован…очарован им. - Ты пугаешь его. А мне пора спать. Джо не стал говорить ни чего, не стал ни как комментировать то, что он услышал. Ему было достаточно взглянуть на Майка, который в процессе рассказа смотрел на Чеса, чтобы понять, что тот испытывает на самом деле – влечение, злость на себя, на Чеса, слепое желание обладать, защитить ото всего и всех, сомнения в том, что эти чувства правильны… Чес проснулся на удивление бодрым. Ночью ему показалось, что он слышал какие то голоса из гостиной номера, но решил, что это просто приснилось. Этой ночью он спал просто как убитый, не зная о том, что Майк провел с ним большую часть времени его сна. - Хан, спасибо, что остался у меня…я так чертовски хорошо поспал. Джо лишь кивнул, криво ухмыльнулся, отвесил пару сальных шуточек и принялся за свой завтрак. Шинода перестал вести себя, как отморозок и жизнь группы вновь вошла в свою колею. Больше ни каких ночных визитов, ни каких не нужный прикосновений и странных, вводящих в ступор, взглядов. - Парни, у нас проблемы со вселением в отель. - Ну? - В общем, кто то что то напутал и…наш заказ аннулирован. Нам предоставили номера, но они двухместные. Так что вопрос прост – кто с кем вселяется? - Бля, я так и знал, что мне не удастся нормально помыться. - А не фиг ихтиандрить, Чести. - Пошел ты Хан. - С тобой хоть на край света. - Щаззз, я буду с Шинодой. Майк, ты не против? МС пожал плечами, взял ключ от одного из номеров и направился к лифту, Чес отправился за ним. - У меня все болит, последний перелет был издевательством. Бэнингтон вынырнул из ванны в одном полотенце. Теперь же он стоял и тупо смотрел на свою кровать. - Что ты так на нее уставился? Майк, уже почти раздетый и с полотенцем на перевес, взглянул на друга. - Она маленькая – почти хныча. - Хочешь мы их сдвинем и она будет большая? – в тон ему произнес МС. - Да, хочу. - Тогда двигай, а я пошел в душ. - Ты занял почти всю постель, подвинься. - Боги, Чес, ты можешь не вертеться, я хочу спать. - Нет, не могу. Мне мало места… - Да я всего лишь сплю на своей половине, отвали, Бэнингтон. - Но мне не удобно, у меня затекли все мышцы. - Твою мать – Майк внимательно посмотрел на вокалиста – Я тебе массаж, а ты мне даешь спокойно поспать, по рукам? - Я знал, что ты не устоишь перед моим очарованием. - На живот, руки по швам – рыкнул Шинода, поднимаясь и нашаривая свою сумку, чтобы достать хоть какой нибудь крем. Рокер под ним постанывал и расслаблялся. Его мышцы действительно были будто стянуты в тугой ком. - Расслабься, больно не будет – шептал Майк, разминая затекшие плечи, спину, поясницу, слегка приспуская белье, чтобы был лучший доступ. Горячая кожа под руками, тихие стоны, упругие ягодицы и собственный член, что разместился меж аппетитных полушарий и такие забытые ощущения. Майк понял, что возбуждается. - Все, Чес, я устал, давай спать. - Ну Майки, ну еще чуть – чуть, ты так здорово это делаешь. Бэнингтон слегка поерзал под ним, а потом резко замер, почувствовав, как нечто горячее и твердое упирается ему в задницу. Он сам не ожидал от себя такой прыти, но вот он уже смотрит расширенными от удивления глазами в глаза МС. Майк все так же продолжал восседать на нем. - Быстро же ты сообразил – взгляд Шиноды вновь стал, как тогда. Он устал бороться со своим желанием, подавлять в себе все эти эмоции. Пригвоздив рокера к кровати всем телом, он яростно впился в его губы, заставляя укусами приоткрыть столь сладкий на вид рот, чтобы уже языком исследовать его глубины. Честэр под ним извивался и на сколько хватало сил, пытался оттолкнуть МС, но тот был сильнее. - Нет, Майки…нет! - Что нет? Думаешь, я железный? Я просил тебя просто лечь спать…но ты же упертый как баран – впиваясь в так давно манящую шею, оставляя свой след, помечая свою территорию. - Майки, умоляю – Бэнингтон дернулся под ним еще раз. - Как бы я ни хотел, но я уже не могу остановиться – Шинода умоляюще смотрел на вокалиста – просто позволь мне показать, что ты достоин любви, что ты любим. Честэр внимательно смотрел своими потемневшими еще больше от страха глазами…а потом откинул голову на подушки и расслабился, позволяя другу делать все, что тому заблагорассудится. - Ты не пожалеешь. - Я ни когда не жалел о том, что с тобой – тихо ответил рокер – Просто ни когда не думал, что… - Я просто люблю тебя, доверься мне. - Тогда покажи мне ее...свою любовь... Чес не помнил, что было до того, как Майк вошел в него. Все было похоронено в приятных, сводящих с ума прикосновениях, поцелуях. Даже, когда Майк заставил его облизать свои пальцы, а потом…потом ввел их туда, Чесу все еще было хорошо, удивительно хорошо, если не обращать внимание на то, что чужие пальцы хозяйничают в твоей заднице…но они приносили столько удовольствия поглаживая и задевая что то внутри… - Не дергайся, потерпи. - Ты говорил, что больно не будет…ты лгал мне. - Не веди себя, как истеричка…сейчас все пройдет. Майк кое как удерживал парня под сбой на месте, боясь, что если он дернется еще пару раз, то точно причинит себе боль еще больше. - Люблю тебя…прости, ну потерпи немного – по щекам любовника катились слезы. Рокер лишь всхлипнул и кивнув, разрешил Майку двигаться. Первое движение и крик прорезает тишину комнаты, Бэнингтон выгибается дугой, стараясь как можно дальше отползти от боли, но Майк упорно удерживает его на месте, продолжая все глубже и глубже проникать в столь желанное тело. Пара резких движений и МС падает любовнику на грудь, тяжело дыша, изливаясь глубоко внутри. - Прости…я так давно этого хотел, что не смог…не смог сдержаться – целуя искусанные губы, прося прощения за причиненную боль. - Все в порядке – у Бэнингтона сорван голос. Шинода скатился с него и тупо уставился в потолок. Он представлял себе их первую ночь не так, он хотел подарить ласку и нежность, доставить удовольствие, которое Чес доставил ему. Голова Бэнингтона устроилась у него на груди, мягкая ладошка опустилась на груди в области сердца, легкое прикосновение губ к коже. - Все будет хорошо, не переживай. - Я хотел… - Я знаю, чего ты хотел…у нас еще столько времени впереди, ты мне еще покажешь…любовь. Свою любовь, Майки.

Admin: Название: поменяться ролями - Эй, Чес…что то у тебя с голосом в последнее время. Может надо по ночам меньше кричать…ну или хотя бы реже ходить к Шиноде, особенно перед выступлениями? - Хан…получишь в грызло – мимо прошел Майк, даже не взглянув на Бэнингтона. - А что я такого сказал, правда ведь. - Не лезь туда, куда не просят. Ты ни хрена не знаешь – Шинода был спокоен, как танк. - То есть, ты хочешь сказать, что не спишь с нашим красавчиком вокалистом? – вмешался Дэйв. - А вам не по хер кто с кем спит? – парировал Роб. - Спасибо – кивнул в его сторону Майк – хоть один человек в здравом уме. При этом разговоре Чес стоял, как громом пораженный. Вся группа была осведомлена об их с Майком отношениях? Тогда…какова хрена он не в курсе того, что они в курсе? - Придешь? – стоя в фойе отеля, спросил Майк. - Не думаю…для меня немного неожиданно, что все в курсе…и что мы такие громкие. - А мне нравится, что ты громкий – усмехнулся Шинода, глядя, как Честэр заливается краской. - Я подумаю…прости, Кенжи, мне надо подумать обо всем этом. - О чем? – напрягся МС. - О нас…о том, что нас связывает. - Ты опять надумаешь черт знает что…пошлешь меня к чертям и сам же вернешься обратно, тебе не надоело? – начал заводится парень. - Майк… - Что Майк? Иди ты к черту со своими страхами…будто мне не чего терять – и уже направляясь в сторону лифтов – убью Хана…а лучше нет, отрежу его длинный язык – входя в лифт и с ненавистью нажимая кнопку так, что чуть вдавил ее окончательно в корпус лифта. - Слушал бы ты всех поменьше, Чес – мимо прошел Брэд. Прошла еще неделя тура, Шинода уже лез на стену – Чес к нему так больше и не приходил. Это придурок решил, что их отношения портят всю работу в группе, не смотря на то, что Майк считал совершенно по другому. - Ну что ж, Чести…хочешь поиграть, значит поиграем. Анна знала о некоторых его слабостях мужа к своему полу, видимо сказывались, по этому больших скандалов из того, что Майк мог оттрахать какого нибудь мальчишку, она не делала. Главное, чтобы это была не женщина. На одной из пати после концерта, Майки взглядом зацепился за одного парнишку, тот достаточно не однозначно на него пялился. Не долго думая, Шинода подкатил к фанату. - Привет. - Доброй ночи – улыбнулся тот. - Почему один и скучаешь? - А я сюда пробрался совершенно случайно, вот и один, друзей не пустили. - Тогда присоединяйся ко мне. - Вы серьезно? – не верящее глядя на МС. - Очень даже – прошептал Майк, наклоняясь к парню, чувствую, как дрожь прошла по юному телу, смотря, как туманятся глаза. - А где Шинода? – Чес оглядывался по сторонам в поисках друга. - Он уехал – странно усмехнулся Хан – И не один. - В смысле не один? – не понял вокалист. - Снял себе кого то и уехал – пояснил Феникс. - Кого? – напряжение в голосе. - Ребята, не мучайте парня…он снял себе мальчика и свалил в номера, что тут не понятно, Чести? – пояснил Роб. Друзья опять разошлись кто куда, а Чес так и замер с бокалом в руке, не верящее смотря в одно точку. Он молча поставил бокал на барную стойку, развернулся и вышел вон. Улица встретила его криками фанатов, что тусовались у клуба, но Честэр лишь мельком глянул на них, сел в машину и отправился в отель. Комната Шиноды по привычке была не заперта. Бэнингтон вошел внутрь, прошел по холлу, к спальне и замер около двери…из – за нее раздавались характерные стоны. Чес закусил нижнюю губу, нажал на ручку двери и тихонько приоткрыл ее. В тусклом свете звезд и не полной луны, тело Майка выглядело просто великолепно. Мальчишка под ним извивался, подаваясь на зад всем телом, стараясь глубже вобрать член МС. Шинода резкими движениями вдалбливал себя в податливое тело, изредка кусая плечо и шею, он рычал, как это было обычно перед оргазмом. Честэр стоял и, чуть ли не плача, смотрел на всю развернувшуюся перед ним картину. Майк издал гортанный рык и повалился на парня под ним, который кончил несколькими мгновениями раньше, протяжно простонав. Вокалист вломился к себе в номер тяжело дыша, слезы душили, а в глотке застрял неприятный ком, который мешал дышать. Куча вопросов, ни одно ответа в голове…и понимание того, что он сам виноват в этом, Майк не железный и он любит трахаться. - Всем доброго утра – Шинода был доволен. За последнее время у него ни кого не было, а спускать в душе ему порядком надоело, а тут подвернулся этот мальчик…Майк оторвался по полной. Бэнингтон выглядел не лучшим образом – лицо осунулось, под глазами темные тени, а сами глаза больше не горят…что то изменилось. - Чес, ты чего? – Майк подошел к вокалисту. - Ни чего…просто плохо спал. МС на это заявление пожал плечами и сел завтракать. Ребята решили не лезть в те отношения и в тот скандал, который явно назревал, так что доев, они дружно встали и удалились с поля боя. Шинода вопросительно посмотрел на Чеса, после того, как удивленным взглядом проводил участников коллектива. - Что то стряслось? Я что то пропустил? - Да нет – проговорил Чес – пока ты трахался ни чего ровным счетом не случилось. - Тогда в чем проблема, почему все ведут себя так, будто назревает война в группе, а я и не в курсе? - Солидарность, мать их – пробубнил Бэнингтон – все в порядке, Майк…надо собираться, скоро ехать. Он вышел из – за стола и пошел в сторону лифтов, не замечая того, как довольно улыбается Майк, провожая его взглядом. Прошло еще несколько недель. Чес все больше и больше зверел, т.к. Шинода даже не скрывал от него то, что периодически снимал себе мальчика в клубе и ехал с ним гостиницу. Бэнингтон с каждым днем становился все более и более раздражительным, гроза была не за горами, все это чувствовали и старались держаться от вокалиста как можно дальше, кроме Шиноды, ему на оборот было нужно, чтобы Чести взорвался. Последней каплей был еще один вечер после концерта. Майк стоял и о чем то разговаривал с Ханом, когда в клуб вошел очаровательный парнишка и первым делом направился к Майку. Обхватив того за шею и прижавшись, он страстно поцеловал. От увиденного, у Бэнингтона аж потемнело в глазах. Стиснув в руках бутылку пива, стараясь не зашвырнуть ее или не разбить о голову наглого парня, он продолжал наблюдать за разворачивающейся картиной. Майк же тем временем, прижал парнишку к себе еще ближе и что то зашептал. Тот залился краской, что было заметно даже при тусклом освещении клуба, за тем МС повел его к выходу. Чес поставил бутылку и вышел следом, но не успел, Шинода уже проскользнул в машину за пареньком и двинулся в сторону отеля, Бэнингтон сел в такси и поехал следом. Когда он, наконец то, добрался до отеля и прошел до номера МС, прошло достаточно много времени. Нетерпеливо дожидаясь того, когда лифт остановится на нужном этаже, Чес заводился…у него накипело на душе порядочно, хотя осознание того, что виноват сам не покидало, он все равно винил по большей части Майка. Доведя себя до состояния полного озверения, Бэнингтон вошел в номер Шиноды. Он в бешенстве распахнул дверь спальни и замер…Майк обнаженный лежал на кровати, меж его ног, еще одетый, трудился мальчишка. Шинода стонал в голос, запустив руку в вихры парня направляя и задавая любимый ритм. Чес встал у постели и не обращая внимания на удивленный взгляд МС и опешившего парнишку, он просто отволок второго в сторону, всучил ему двадцатку на такси, вытолкнул за дверь в холл и запер дверь в номер. С коварным видом, с глазами налившимися яростью он вернулся обратно в спальню. - Что то не так, Чести? – Шинода нагло улыбался. - И ты еще спрашиваешь? – стягивая на ходу одежду и приближаясь к постели – Какого хрена ты творишь, мать твою? Трахаешь все, что движется…а я уже не удел значит? - Ты сам послал меня, Чести, или ты уже не помнишь? - Помню…и помню еще кое что. Наваливаясь на Майка, жадно целуя его губы, врываясь в рот, сражаясь своим языком с языком МС за первенство. - Смотрю, ты и правда соскучился – Майк тяжело дышит, слишком он скучал по этому безумному парню. - Даже не представляешь на сколько – переворачивая Майка на живот, ложась сверху и постанывая от трения о ложбинку меж ягодиц МС. - Чес…мать твою, ты же не собираешься… - Именно это я и собираюсь – разводя аппетитные половинки в стороны и приникая языком к сжатой дырочке. - Твою мать…Чес – выгибаясь и постанывая в голос. - Что Чес? Я слишком многое спускал тебе с рук, Кенжи…пора платить по счету, а он очень длинный – вводя один палец в узкое отверстие – Как же я хочу тебя – трахая уже двумя, кусая за плечо, шею…спину. - Да трахни уже…или и с этим будешь собираться еще несколько недель? – Майк усмехается…и чуть ли не кричит во всю глотку, когда вместо пальцев в него проникает и достаточно резко, член Бэнингтон. Не давая опомнится МС, вокалист начинает ритмично его трахать, на сколько позволяет еще не совсем расслабившееся тело. - Что ты там говорил, милый? - Ни чего – сквозь сжатые зубы – садюга хренов. - Я тоже тебя люблю – увеличивая напор и амплитуду…почти выходя, оставляя лишь головку внутри и резко врываясь обратно. - Твою мать…Чес – Майк уже подается назад, стонет и вскрикивает каждый раз, как Чес задевает простату. - Поднимись – Чес вышел из столь желанного тела и поставил Шиноду на 4 кости – так будет гораздо лучше – кусая за плечо. Он вновь разводит ягодицы в сторону, наблюдая за тем, как сжимается от желание колечко ануса, как оно до сих пор не закрылось, желая его возвращения. - Боги…Кенжи, ты просто великолепен – кончиком пальца дразня отверстие – как же долго я терпел. Шинода закусывает угол подушки, чтобы не кричать и не начать умолять Бэнингтона вернуться…а вокалист и не торопился, он как завороженный смотрел на то, как его палец то исчезает то появляется из такой желанной задницы. - Майк – сил сдерживаться больше нет и он одним толчком входит внутрь и уже не останавливаясь сильными толчками вдалбливает себя в тело любовника – отпусти подушку…я хочу тебя слышать. Шинода подчиняется, он старается не кричать слишком громко, но это не получается…слишком велико наслаждение, слишком давно Чес не был таким…таким животным, Майк очень соскучился по силе своего возлюбленного. Валяясь рядом на кровати, тупо глядя в потолок и глупо улыбаясь, Майк наслаждался теплом тела Честэра. - Я думал, что мне придется переебать пол страны, чтобы ты наконец то пришел ко мне. - Член стер бы – усмехнулся Чес, поворачивая голову к любовнику – надо чаще тебя трахать…ты тогда такой милый и нежный становишься. - Скотина – глядя в довольные глаза любовника. - А то, ты сомневался. - Останешься или опять сбежишь к себе, чтобы ни кто не подумал дурного? - Останусь…теперь останусь – проводя кончиками пальцев по небритой щеке МС – Знаешь…раньше было удобнее. - Что ты имеешь ввиду? - Когда у тебя были волосы по длиннее, в них можно было запустить руки и трахать тебя так. - Смотрю, активная роль тебе нравится куда больше, чем стонать подо мной? - Мне нравится все, что связано с тобой…но когда умоляешь трахнуть тебя и подставляешься словно шлюха…заводит – Бэнингтон поцеловал Майка. - Пошляк…и скотина. - Я уже это слышал сотни раз. Засыпали тесно прижавшись друг к другу, слушая размеренное дыхание, чувствуя биение своих сердец, которые стучали в одном, только им понятном, ритме. - Майк? Парнишка, что был выставлен так бесцеремонно Чесом стоял в фойе. - Что ему от тебя надо? - Чести, не веди себя, как ревнивая жена. - Я хуже, Шинода…я ревнивый муж. - Трахнув меня пару раз ты уже считаешь себя моим мужем? – МС с интересом разглядывал любовника, будто видел его впервые. - Значит, буду делать это регулярно – Бэнингтон хлопнул Майки по заду и пошел в сторону фаната – Что тебе надо, мальчик? - Я хотел поговорить с Майком – с вызовом глядя в глаза вокалисту. - Он не будет с тобой говорить – и наклоняясь, шепча в самое ухо – он вообще больше с тобой ни чего не будет…и не доводи меня до бешенства. - Да кто ты такой? – возмущенно. - Я Честэр Бэнингтон, вокалист Linkin Park’а…и по совместительству тот, кто трахает Шиноду, так что держи свои потные ручонки от моего мужика подальше. - Чес…мы опаздываем, хватит с мальчиками заигрывать. Брезгливо глядя на парня в последний раз, Бэнингтон вышел из отеля. - Мой – прошептал он, садясь рядом с любовником – ни кому не отдам – сжимая ладонь МС. - Да я ни куда и не собираюсь – с нежностью глядя в глаза вокалиста – но в первом же отеле укатаю так, что сидеть долго еще не сможешь. - Жду…очень жду

Admin: Название: признавая… Фандом: Linkin Park Ошибки не правил, не когда было, сорри. Очередная автограф сессия. Ты сидишь и с деланной улыбкой на лице пописываешь протянутые тебе клочки бумаги, блокноты, билеты, руки, диски, постеры и все в таком духе. Украдкой смотря на того, кто рядом, кто стал за эти годы тебе ближе всего, кто занимал большую часть твоих мыслей. Очередной фанат протягивает диск и ты автоматический подписываешь его, но парень не отходит, а лишь внимательно смотрит на тебя. Ты улыбаешься, как бы спрашивая – что еще? - Вы меня не так поняли. Это Вам. - Что это? Диск с твоими трэками? - Нет, с Вашими. Это запись с концерта Rock am Ring. Ты все так же не понимающе смотришь на него. - Просто посмотрите…посмотрите какой ОН там. Парень разворачивается и уходит, а ты тупо смотришь ему вслед, берешь диск и убираешь в сумку. Странно. Все до чертиков странно. Уставший, заваливаешься на кровать. Сил нет ни на что, но сон все ни как не идет. Встаешь и идешь в душ, но и это не помогает. Тогда ты открываешь свой лэп – топ и тупо смотришь в монитор, не понимая на кой хрен ты его вообще открыл? Тут память услужливо подкидывает сцену во время раздачи автографов. Достаешь из сумки диск и начинаешь его просмотр. Парень просил обратить внимания на НЕГО, но кого имен он имел ввиду? И тут, когда просмотр доходит до Braking The Habit, ты понимаешь, КОГО именно он имел ввиду. Ты просматриваешь концерт еще и еще, потом снова и опять по кругу. Ты удивляешься, как ты до этого не замечал ни чего? Вот он стоит, двумя руками придерживая микрофон, вот он носится с микрофонной стойкой, то он скачет, что то пританцовывает…его взгляд где то за гранью, ощущение, что он слеп, как крот, но при этом ты знаешь, что он смотрит куда то в себя. И тебе становится безумно страшно от того, что же он там в конечном итоге может найти, увидеть, разглядеть. А ты все это время, как дурак, улыбался и наслаждался его голосом, своей игрой, толпой фанатов. Дурак, какой же ты дурак. Смотришь на часы – всего лишь 2 утра. Выключаешь машину, поднимаешься с кровати идешь к нему. Ты знаешь, что он не спит, ты в это уверен. Дверь в номер не закрыта, это ты тоже знал, так же как и то, что он ждет тебя…хотя, наверное, уже отчаялся дождаться. Так и есть, он в душе, стоит, уперев руки в стену, подставляя гладкую спину под мощные струи. - Давай я помогу тебе – обнаженный присоединяешься к нему. Он лишь вздрагивает, но потом расслабляется от твоих умелый прикосновений, от твоих ласковых поглаживаний. Гель для душа с легким цитрусовым ароматом. Тебя это немного раздражает, ты любишь его собственный запах, но сейчас это такие мелочи. Водишь губкой по его спинет, опускаешься ниже, приседаешь на корточки и проводишь губкой по ногам. Поднимаешься и просишь его повернуться к тебе. Он не хотя это делает, и ты замечаешь, что его глаза слегка покраснели. Это все лишь из – за воды, утешаешь ты сам себя, ты боишься предположить то, что он мог плакать, из – за этого бы возникло столько вопросов: почему, из – за кого он проливал эти слезы и, что послужило причиной, как давно он вот так вот стоит тут, под теплой водой и роняет соленые кристаллы своего сердца в воду? Ты вспоминаешь, как ему несколько дней назад было плохо, как ты утешал его в гримерке после какого то концерты. Ты намыливаешь ему грудь и опять опускаешь ниже, он вздрагивает, но все так же безучастно стоит, позволяя тебе делать все, что ты захочешь…лишь закушенная губа, говорит о том, что он принимает участие в этом процессе не только, как кукла, марионетка. Ты моешь его, потом насухо растираешь гостиничным полотенцем и наспех вытираешься сам. Он покорный и какой то сломленный. У тебя не приятно свербит в мозгу. Ты знаешь, кто виноват в этом, в ком причина, но ты всячески гонишь эту мысль… Бережно, словно ребенка, укладываешь его в постель, не решаясь лечь рядом. - Я ждал тебя…думал ты не придешь – тихий шепот, но ощущение, что он просто кричит. - Чес…прости. - Я так хотел, чтобы ты пришел – он не замечает твоих слов, он ни чего сейчас не замечает, его глаза грустные и ощущение, что они стеклянные, как у тех игрушек, которые сейчас все упорно покупают – большие, грустные, стеклянные глаза. И ты не можешь пройти мимо не пожалев, не посочувствовать им. Сейчас, в твоих руках, он именно такая игрушка. Тебе страшно, ты сам сделал его таким, нн зависим от тебя, а ты приходишь к нему лишь когда желание берет верх. - Кенжи? - Ммм? – ты ложишься рядом с ним поверх одеяла, которым он укрыт. - Иди ко мне, мне холодно без тебя. Тебя не надо просить дважды, ты мягко скользишь к нему, прижимаясь всем телом. Ты ласков и нежен с ним, нет этой звериной похоти, которая обычно руководит тобой. А он не произносит не звука, ты можешь понять, что ему хорошо, лишь по горящим глазам, по тому, как изгибается под тобой его тело, как он подается тебе навстречу, желая отдаться тебе полностью. - Почему…ты сегодня так нежен, Кенжи? Вы лежите рядом, тела уже почти остыли от любовной утехи. Он давно не называл тебя так, обычно либо Майк, либо Шинода…ну и еще куча эпитетов плюсом. Твое второе имя редко слетало с губ твоих одногруппников, с его губ. - Потому что я люблю тебя. Он не повернулся, но ты ощутил, как напряглось его тело, как неверие в услышанное заставило его сердце забиться чаще, кровь бежать быстрее, раздувая угли надежды, зажигая еле теплящейся ее огонек. - Ты ни когда раньше… - А теперь хочу говорить это всегда. Ты перекатываешься на бок, подпираешь голову одной рукой и смотришь на него. Он изменился за эти годы, а ты даже не обращал на это внимание. Он просто был рядом, был рядом всегда, а ты воспринимал это, как должное, не заботясь о его чувствах. Ты даже запретил ему говорить о своих чувствах, ты запретил ему говорить о любви, ты не хотел, не желал слышать эту избитую фразу – я люблю тебя. Ты помнишь тот день, когда он впервые сказал это тебе. Ты разозлился, но скорее на себя. Для тебя он был просто очередным увлечением, развлечением, ты не хотел чего то большего, а сейчас…ты осознал, что слышать эти его признания, говорить ему это было самым правильным. Честэр внимательно посмотрел ему в глаза и…улыбнулся. Такой нежной улыбки Шинода ни когда не видел, не видел его глаза такими. - Спасибо, Майки. - Прости меня…за это все. Ты кладешь голову ему на грудь и закрываешь глаза, он обнимает тебя и счастливо улыбается. Ты не видишь его улыбки, но ты знаешь, что это так. - Я так долго ждал этих слов – шепчет он – не надеялся даже. - Вот такой вот я не предсказуемый. Напряжение прошедших дней уходит, растворяется. Он поглаживает твое плечо кончиками пальцев, от приятного ощущения этого тепла дрожь пронзает твое тело и ты слышишь такие забытые, но словно вырезанные ножом в памяти слова - Не отпускай. - Больше ни когда.

Admin: Название:Манекен Предупреждение:больная фантазия автора,что хочу то ворочу Бутылка пива, включенный телевизор, а он сидел и тупо смотрел на столик перед собой. Столик, на котором лежал фотоальбом с его фото. Протянув руку и взяв бутылку, он поднес ее ко рту и сделал внушительный глоток. Поставив тару обратно, он потянул галстук, что казалось сейчас удавкой сковывает его горло, расстегнул верхнюю пуговицу белоснежной рубашки…посидев еще несколько секунд он снял пиджак. Фото за фото, вся его жизнь до сегодняшнего дня…вот он в подгузниках, еще «ходящий пешком под стол», вот он улыбается и видны первые зубки, что только только прорезались и так далее…а далее ему 15 – у него ирокез, драные джинсы, какая то непонятная футболка и кеды, накрашенные ногти только красят, а не портят. Вот ему 18, он только поступил в колледж, ирокез сменился на так называемые иглы, драные джинсы на что то более бесформенное, футболки прежние, мешковатые и придающие колорит, заставляя думать о том, что же за тело скрывается под этими тряпками. А теперь…последняя страница – он в костюме, галстук сдавливает горло, костюм не дает двигаться как ему всегда нравилось, улыбка…вот что главное. Больше улыбки нет. Нет той искренней, настоящей, живой, ее просто нет. Так он сидит не первый раз. Каждый вечер он приходит с работы, ест, садиться в гостиной, достает альбом, ставит бутылку с пивом и смотрит фотографии. Иногда, так же как сегодня, он включает фоном телевизор. Он и сам не понимает, что но пытается найти на этих картинках, что в разное время запечатлели кусочек его жизни, но что то там должно быть, он уверен. Что то, что не дает ему покоя уже третий месяц, если не больше. Вся его жизнь стала обычной, ни чем не примечательно, просто серой и только какая то картинка, что постоянно ускользает от него, не дает ему окончательно слиться с оттенками серого этого мира, самому стать таким. По дороге домой он очень часто заходит в торговый центр. На эскалаторе он поднимается на третий этаж и проходя мимо разнообразных витрин идет в полюбившуюся ему кофейню, чтобы выпить свою чашку кофе с не свежим круасаном, который почему то не был продан утром. Домой торопиться не хочется, там все равно ни кто не ждет, даже нет цветов, которые надо было бы полевать. Он и сам не понимает, когда он успел стать таким нелюдимым и почему он положил к ногам Бога под именем Бизнес всю свою жизнь, все свое веселье, всех своих друзей. Обычный маршрут, работа, улица, стоянка, машина, дорога к дому, торговый центр, вот он опять поднимается на третий этаж, бредет сквозь разношерстную толпу людей, щурясь от яркости и цветных пятен витрин…стоп! Два шага назад. Он проходит внутрь магазина и кончиками пальцев касается одежды – вот широкие джинсы, сумасшедшей расцветки футболка, кроссовки, кеды, здоровые гады…вся его жизнь, вся его юность и детство собраны в этом магазине. - Вам помочь? – услужливый парень в зале улыбается, но это так фальшиво. - Нет…я просто посмотреть – такая же фальшивая улыбка в ответ и он разворачивается и уходит прочь. Даже не заходя в свое кафе, он просто слетает по эскалатору, почти бегом на стоянку, домой, только домой. Запереться там и не выходить на улицу. Слишком больно окатило волной воспоминаний. Он приходит обратно спустя восемь дней и опять заходит в тот самый магазин. Что то его туда манит, что то, что не дает покоя его больному мозгу. Только спустя четыре месяца он понимает – манекен, каких сотни по всему этажу, во всех магазинах одежды и не только. Что то в нем не правильное, слишком у него живое лицо и нарисованные глаза смотрят не сквозь, а на тебя, прямо на тебя. И улыбка…не фальшивая, искренняя, будто тот кто создавал это чудо знал, что такое одиночество, что так иногда необходимо, чтобы рядом был кто то, кто просто может улыбнуться, протянуть руку и провести кончиками пальцев тебе по щеке, не говоря не слова сказать, что все хорошо, что он или она рядом, что все еще будет, а потом просто прижать к своей груди и баюкая словно младенца шептать о том, что ни когда тебя не отпустит и не предаст, что всегда будет рядом. И пусть это будет ложь, но самая нужная в такой момент. Он приходил снова и снова. Он смотрел в лицо манекена и улыбался, потому что ему казалось, что он нашел того, кто ему симпатизирует, кто не оставит его. Да, он не думал, что это было не правильно, что он был похож на психа…ему было все равно. И вот, в один из вечеров, прежде чем пойти в свое кафе, он зашел в магазин, подошел к манекену и проведя кончиками пальцев тому по лицу прошептал - Как бы я хотел, чтобы ты был живой и был со мной. В здании коротнуло свет, на секунду все погасло и снова загорелось. Парень вздохнул и вышел вон, не заметив не большую трещину, что осталась после его прикосновения на гладком пластике белого лица. - Бля! - Что случилось? - Да ты посмотри. Только утром все было в порядке, какой то козел опять испортил манекен. У него трещины по всей роже, да еще плюс к этому краска начала отходить. - Видимо это опять шпана, что то плеснула. - Ну и фиг с ним, он все равно мне ни когда не нравился. - Почему? - Слишком…живой что ли – парень пожал плечами и начал убирать манекен с витрины. Отнеся его в подсобку он свалил его на коробки и вышел вон, закрывая за собой дверь. Ему было ужасно не комфортно. В 11 вечера свет в здании погас, закрылись двери главного и боковых входов и выходов, весь центр погрузился в сон, лишь охранники ходили меж этажей и магазинов, иногда заглядывая в ту или иную витрину. Ни кто и не подозревал, что в магазине модной молодежной одежды, в подсобке, корчась на коробках, превозмогая боль, оживает манекен. Крошка за крошкой сбрасывая уже с живой кожи пластик, что слоями отколупливался и больно отрывался, падая на пол. Манекен рыдал, когда пластиковые пластины при попытке моргнуть отслоились и темные, почти черные глаза впервые взглянули на мир живо. Улыбка боли и радости отразилась на красивом лице. Ему пожелали жизнь, он кому то нужен, в нем была необходимость. Он живой. Майк Шинода, один из известный фотографов, сидел в своем громадном доме, и матерился сквозь зубы. Ему прислали новый заказ и обещали весьма хорошие деньги, но он все ни как не мог подобрать модель. Всех, кого но уже успел отсмотреть и отснять не удовлетворяли его видению. А еще эти дурацкие сны, не дававшие ему сосредоточиться на работе. Сделав внушительный глоток, Майк снова взглянул на свою левую руку, где на безымянном пальце, переливаясь камнями, поблескивало кольцо. Много раз Шинода пытался стянуть его со своей руки, но у него не получалось. Кольцо появилось на его пальце после одной из гламурных вечеринок, в ту же ночь, когда он напился в первые в жизни до такой степени, чтобы просто упасть не раздеваясь на кровать и умереть. Тогда же ему впервые приснился этот странный сон. Человек, со странным, потерянным и таким по детски наивным взглядом, всматривается в его глаза, пытаясь отыскать в них теплоту и поддержку, но не видит ни чего кроме пластика и нарисованных глаз. Прикосновения к лицу Майка, как огонь обжигающе…и так хочется потереться щекой об эту нежную ладонь и только тогда Шинода понимает, что он обычная кукла, манекен. И каждую ночь сон будто бы продолжался. Майк помнил все, что происходило с ним там, в другом мире, по ту сторону реальности. То, как однажды человек горько улыбнувшись, пожелал, чтобы манекен стал живым и Майк ожил. Когда он проснулся утром, то обнаружил, что все его тело будто бы скручено судорогами, будто боль сна передалась в реальность. Впервые Шинода не вышел на работу по состоянию здоровья. - Если бы найти человека…с таким же взглядом. Блядь! – стакан полетел в стену. Голова уже шла кругом, времени почти не оставалось, а модель так и не была предоставлена заказчикам. Модель, которая удовлетворяла бы и тем, кто платит и тому, кто фотографирует, в данном случае ему, Майку. Прослонявшись по дому еще некоторое время и поняв, что делать ему все равно не чего, Шинода отправился в клуб. Он давно не был в обычном простом клубе, не замутненном дымом марихуаны и жаркими продажными девками на любой вкус. Сегодня ему хотелось просто отдохнуть от знаменитостей и их суеты. Не приметная внешность дала ему возможность полностью раствориться в толпе молодежи. - Да стой ты, идиот. - Отпусти. Майк насмешливо смотрел на развернувшуюся картину по среди танцпола. Двое парней о чем то спорили, обрывки их разговора долетали и до Шиноды. Они оказались парой и тот, что стоял к Майку спиной, судя по всему, застукал партнера с кем то другим. - Я не намерен больше терпеть это – вырываясь и пролетая мимо Шиноды. От увиденного, тот чуть не подавился только что заказанной выпивкой. Кинув деньги на барную стойку, Майк рванулся за убегавшим парнем. - Стой…подожди – он схватил парня за руку и развернул к себе. Они стояли в паре метров от входа в клуб. - Кто ты? – неуверенно начал парнишка. - Я…я – Шинода заикался – меня зовут Майк…я фотограф и – он судорожно начал рыться в карманах в попытке найти визитку. Его имя было достаточно известное – Вот – протянул он прямоугольник белого картона. - Майкл Шинода? - У меня новый заказ…ты не хотел бы попробовать себя в роли модели? - Я? – громадные темные глаза, казалось, стали еще больше и еще темнее. - Если сможешь, приходи завтра к 11 на студию, адрес там указан. Я бы сделал пару пробных снимков – уже более уверено проговорил Майк – мне кажется, что ты идеально подходишь для рекламы новой коллекции Ve’Cel. И, прости, а как твое имя? - Честэр, Честэр Бенингтон. Я постараюсь завтра, но не буду вам ни чего обещать. Чес развернулся и пошел прочь. Ссора с бойфрендом как то сразу забылась. В голове роились мысли о том, что вот он возможно шанс избавиться от серого мира своего существования и наконец то окунуться в мир красок и этот фотограф…Бенингтон слышал о нем, имя Шиноды было очень известным, Чес ни когда бы не подумал, что ему предложат быть моделью, да еще такой крупного лейбла, как Ve’Cel. Чес пришел домой и рухнул на диван. Этот вечер полностью истощил его. Несколько месяцев назад он познакомился с Райаном, но тот оказался кобелем и старался трахнуть каждую мало мальски симпатичную задницу, что весьма бесило и огорчало Чеса. Но самое большое разочарование посетило Бенингтона, когда в очередной поход в торговый центр он не обнаружил тот самый манекен, когда он наконец то понял, что был влюблен в образ милого парня, которого изображал кусок пластика. И вот сегодняшний вечер…Майк Шинода, копия, живая копия куклы, которая так сильно запала в сердце молодого человека. - Идти или нет…черт – обхватывая голову руками – почему все так сложно в этой чертовой жизни… Утро. Майк носится по всей комнате и пытается подобрать что же ему сегодня одеть. Ночью ему опять приснился этот долбанный сон. В этот раз ему снилось, как оживший манекен вышел из подсобки, где превозмогая боль он становился человек. И как в темноте магазина он услышал голос, который говорил ему о том, что человеком он стал ровно на год, что ему дают жизнь и возможность быть тем, кем он и сам хотел. Но при этом, если в течении года, но не найдет того, по чьему желание он ожил, того, кому он действительно нужен, то он снова станет куклой, но на этот раз он отправится на свалку. А чтобы не ошибиться и найти именно того человека, ему на палец было надето кольцо и снять его может только тот, кто подарил жизнь. Майк снова задумался обо всем том, что ему сниться и снова попытался стянуть кольцо со своего пальца…но, как всегда, потерпел неудачу. Кольцо спокойно прокручивалось, но упорно не хотело покидать своего места. В студии Шинода нервничал еще больше, чем дома. Время на часах уже давно перевалило за полдень, но молодого человека все еще не было и Майк потерял уже всякую надежду, когда дверь в студии скрипнула и на пороге появился весьма смущенный Чес. - Простите…мне просто надо было отпроситься с работы…раньше ни как не мог. Шинода просиял, улыбка сама расползлась на его лице, в ответ на оную парень на против тоже робко улыбнулся. - Так – начал Майк – вон там вы можете переодеться – он указал на дверь в противоположной от Чеса стене – и быстро ко мне, у меня все уже готово. - А больше ни кого не будет? - В каком смысле? - Модели или еще какие претенденты? - Надеюсь, что нет и, что ты именно тот, кто нам подойдет. И хватит болтать, очень мало времени осталось. На самом деле Шинода врал, времени было много, претендентов тоже, но он не хотел ни кого. Он видел в этой рекламе только Чеса. Почти весь день Майк снимал Чеса, а тот только и успевал, что менять позы и одежду. Сначала Бенингтон чувствовал себя весьма не уверенно, но с каждой новой вспышкой его зажатость, его сомнения куда то пропадали, в нем открывалось что то новое, появлялась уверенность в том, что он сделал все правильно придя на пробы. Майк тоже уловил то, что Чес стал вести себя более раскованно, не зажимаясь, и стараясь выполнить его указания максимально точно. А потом что то произошло, что то пошло совершенно странно. В какой то момент их взгляды пересеклись и Чес, замерев на несколько секунд, вдруг понял, что ему очень хочется пококетничать с этим человеком. Майк слышал звуки затвора своего фотоаппарата, но видел лишь Честэра. Бенингтон уже не мог понять куда его понесло, но то, что это было так, он не сомневался. Эти жадные взгляды, что бросал на него фотограф, такие обжигающие и такие манящие. Честэр был готов стонать от того, какие эмоции в нем вызывал Шинода. Сессия на кровати окончательно добила новоявленную модель. Сам того не понимая, пылко смотря на Майка, одна рука Чеса легка к себе на пах и слегка сжала. Волна дрожи прошла по телу Шиноды, который продолжал и продолжал снимать кадр за кадром. Чес изгибался на этой кровати, уже второй рукой забираясь себе под футболку, кидая опаляющие взгляды на фотографа, не понимая, как тот еще держит камеру в руках. - Иди ко мне – не выдержал он. Шинода, казалось, только этого и ждал. Словно голодный зверь, он накинулся на Честэра, срывая с него одежду, приникая губами к разгоряченной, чуть солоноватой коже груди. - Майк…Майк – как в бреду шептал Чес, словно раненый зверь метаясь по кровати от удушающих поцелуев и сводящих с ума ласк. Шинода толком не помнил, как он разделся и как он раздел Чеса, но отчетливо помнил тот момент, когда обнаженное тело прижалось к такому же обнаженному и горячему телу под ним, какие сладкие стоны слетали с припухших от поцелуев губ Бенинтона. Честер под ним такой податливый, жадно принимающий каждое его движение, подмахивая и вскрикивая при каждом удачном толчке. Майк впился ему в плечо, потом резко вышел из Чеса и перевернул того на спину, закидывая ноги себе на плечи и снова врываясь в тело парня, впиваясь тому в губы и начиная резкие, сводящие с ума обоих движения. Голова Честера покоилась на груди Майка, тот бездумно смотрел в потолок и курил. Фотографии, он был в этом уверен, были именно тем, что было нужно заказчику, но вот что теперь делать с Бенингтоном? Он же не сможет отпустить его от себя, но вот хочет ли Чес того же. - Красивое кольцо – новоявленная модель и любовник Шиноды крутил кольцо на пальце фотографа – Можно посмотрю? – и не дожидаясь ответа он стянул металл с пальца Майка. - Как…как ты это сделал? – Майк аж подскочил на месте – Я уже несколько месяцев не могу снять его с руки… Голова закружилась и Майк провалился в вязкую темноту, где то вдалеке, словно через слой ваты он слышал крики Чеса, чувствовал, что его трясут…но почему то это было не важно. - Прошел год…ты справился. А теперь просто живи – голос шел со всех сторон. словно в этой темноте по всему невидимому периметру были расставлены динамики. - Майк? Майки? Шинода медленно приоткрыл глаза и непонимающе посмотрел по сторонам, прежде чем вернуть свой взгляд на лицо Чеса. - Что это было? – еле выговорил он. В горле пересохло. - Принести воды? – не дожидаясь ответа, Чес спрыгнул с кровати и помчался к столику, на котором стоял графин с водой – На, выпей – возвращаясь и протягивая стакан – Ты меня напугал. Майк сделал несколько глотков и улыбнулся. Честер забрал стакан из его руки и поставил рядом с кроватью, снова ложась рядом с Майком. - Что будет дальше? - Дальше ты будешь знаменит, тебя будут терзать куча студий и хороших компаний, предлагать контракты и так далее. - Я не про это – Чес покраснел – я про нас. - Про нас? А что с нами? – Шинода чувствовал, как напрягается парень рядом с ним, как волна сожаления и неверия поднимается из глубин его души, негодования и обиды – Я просто надеялся, что ты будешь со мной – прошептал Майк, увлекая Чеса в один из самых головокружительных поцелуев. Ve’Cel полностью одобрила выбранную Майком модель. Успех рекламы и продажи этой линии одежды, именно данной коллекции, что рекламировал Бенингтон, превзошли самые высокие ожидания владельцев брэнда. Как и говорил Майк, контракты и предложения посыпались Чесу со всех сторон, его приглашали самые известные журналы, с ним хотели работать самые именитые фотографы, но Чес отказал всем и каждому, заявив во всеуслышание, что если хоть одна компания захочет видеть его, Чеса, лицом их продукции, то только один единственный фотограф имеет право запечатлеть его образ на фото, фотограф и любовник – Майкл Шинода.

Admin: Название:нет,просто еще один вариант того как это могло быть Пэйр:стандарт, но это POV Феникса Мне не было сложно с этими ребятами. Все они были какими то родными и близкими и я, как то не задумываясь над тем - не совершаю ли ошибку, покинул свой старый коллектив и перешел в ту, новую тогда для меня команду. Бреда я знал и так, с остальными сдружиться не оказалось проблематично. Обоятельные парни, мечтающие о славе музыкантов, мечтающие о том, чтобы занять положенное им место на музолимпе...и да, я был таким же, как и они. Я помню, как началось наше хождение по студиям, как перед нами закрывали двери, как нам издевательски улыбались в лицо, отказывая в очередной раз...и я помню, как все сильнее и сильнее расстраивался именно ТЫ. Майк Шинода, обоятельный, жизнерадостный, привлекательный, дада, именно привлекательный. Ни когда не относил себя к людям, к мужикам, которым сможет понравиться особь своего же пола, но с тобой было все по другому. Твоя жизненная позиция, твой аптемизм, твоя теплая улыбка и немного застенчивый вгляд манили и притягивали, к тебе не возможно было относиться отрицательно. Ты всег был солнечный и радушный, ты старался не унывать и постоянно всех подбадривал, но за этой маской ни кто не видел, как же тебе тяжело держаться, как тебе тяжело держать все внутри и не выдать этой своей все возрастающей неуверенности, что может быть все зря, что у нас ни чего не получится. В такие моменты, когда на дне твоих удевительных, темных глаз вспыхивал этот огонь паники, эта скорбь, мне хотелось подойти к тебе, обнять и говорить о том, что все это только начало, что скоро станет легче и все у нас получится. Но я не решался, я боялся того, что ты оттолкнешь, я боялся своих чувств к тебе, я боялся, что если о них кто то узнает...не важно, я просто боялся. Мне пришлось на какое то время пропасть из жизни группы, т.к. у меня были обязательство перед моими предыдущими коллегами по цеху, надо было отыграть концерты в их составе и только потом я мог полноценно считать себя свободным от них и полностью в команде Linkin Park. Мое сердце щемило каждый раз когда где то я что то слышал о вас, я все время думал о том, как ты там, справляешься ли и не иссякли ли еще твои силы, чтобы тянуть и поддерживать всех нас, хоть физически меня с вами и не было. Мое возвращение...меня просто трясло от предвкушения того, что скоро я сново окунусь в омут твоих глаз, в тепло твоей улыбки, в яркий смех. Я решил для себя, что будь что будет, но я просто обязан попытать свое счастье, я обязан поговорить с тобой, вдруг из этого что то выйдет, но я опаздал. Я не сразу уловил, что меж тобой и нашим вокалистом что то изменилось. Просто это что то витало в воздухе, но не бросалось в глаза. Лишь потом, несколько дней спустя, я стал замечать его украдкой брошенные в твою сторону взгляды, его мимолетные прикосновение и огонь в твоих глазах, когда дело касалось твоего Чеса. Да, именно тогда я понял, что ты отнине принадлежишь ему, а он тебе. Я срывался, пил, пытался сломать кому нибудь голову, но где то в глубине души понимал, что это мне не поможет, что я сам все испортил и сам упустил свой шанс. Когда ваши отношения стали явными, когда их просто стало сложно скрывать от участников коллектива (а произошло это несколькими годами позже), я узнал правду...Чес просто сделал тогда первый шаг. В тот момент, когда нам предложили контракт, но убрать тебя из группы в качестве вокалиста, а сделать просто клавишником...Чес пришел к тебе вечером, к тебе замученному и расстроенному, сломаному и подавленному и просто предложил помощь и поддержку, она же и вылилась потом в то, что было меж вами сейчас и это чувство крепчало с каждым новым прожитым витком нашей группы. Чес чувствовал каждое изменение в твоем настроении, он подстраивался под тебя, словно глина в руках мастера. Он помагал тебе, а ты помогал ему вылазить из всего того дерьма, куда его закинула жизнь. И ВЫ справились, да именно ВЫ. Теперь говорить о ком то из вас в отдельности было очень глупо, даже в сольном проекте, во время тура, ты умудрился утащить Честера с собой. И сейчас я тупо сижу в своем номере, слушая как за стеной ты и твой любовник придаетесь любви, не стесняясь того, что по другую сторону от вашего номера, в противоположную от меня, наверное так же пытается уснуть Бордон. Вам все равно, вы вместе, а я сижу и тупо бью кулаком в подушку глотая немые слезы, потому что это Я должен быть сейчас с тобой, Я должен быть тем, кто будет ласкать твое тело, согревать твою душу, Я, не ОН. Прокусывая до крови губу я тихо поскуливаю, понимание того, что я сам упустил свой шанс до сих пор не дает мне покоя и что винить я могу лишь свою трусость.

Admin: Название:нет,очередной бред очередной загон или просто исправленный старый файл - Майк. - Оставь меня в покое, не хочу ни чего о тебе больше знать. - Майк…прости, я не думал, что зайдет так далеко – молодой человек подошел к дивану, на котором сидел его друг и возлюбленный. - Я даже не знаю, как тебя зовут по настоящему – парень вымученно улыбнулся и посмотрел на собеседника. - Честер, меня зовут Честер. - Очень приятно познакомится, Честер – истерично хохотнул Майк, и снова обхватил голову руками. - Прости меня, умоляю тебя – Чес присел на корточки перед Майком – Я сделаю все, чтобы ты только простил меня. - Тогда убирайся из этого дома, я больше ни когда не хочу тебя видеть. - Только не это, Майки – Чес схватил его за колени, вцепляясь в ткань штанов – все, что хочешь, но не прогоняй меня. Я люблю тебя… Они познакомились несколько месяцев назад. Майк Шинода был адвокатом и душеприказчиком некоего господина, который скончался тремя днями ранее. В его обязанности входило оглашение завещание перед родственниками и друзьями, а так же проследить за тем, чтобы все было выполнено согласно условиям, которые оставил усопший при своей жизни. - Простите, я опоздала – молодая девушка вошла в комнату. - Будьте добры, кем вы приходились покойному? - Я была его женой. - Это не правда – тут же поднялся шум и гам – Он не был женат, это все не правда. - Вот документы – спокойно ответила незнакомка – Я являюсь его законной супругой и намерена оспорить завещание. - Этого не придется делать, вы тоже в нем указаны. Как раз, за несколько минут до странного появления девушки, все друзья и родственники удивились тому, что в бумагах также указана особа, имя которой ни кто ранее не слышал, так же как и Майк не слышал про эту девушку от умершего богача. Как водится во все времена, ни кто из родственников не хотел терять такой большой куш, что отдавался не известной жене и волокита затянулась на несколько недель, пока наконец то не выяснилось, что назвавшееся именем Черри девушка, действительно являлось женой умершего. За эти недели Майк все больше и больше приходил к мнению, что он влюбляется в молодую вдову. Красивая, стройная, гибкая, большие темные глаза, обаятельная, по детски трогательная улыбка и мягкий голос. Девушка же всегда улыбалась комплиментам со стороны молодого адвоката, но не принимала цветы и любые другие оказанные ей знаки внимание, стараясь не давать и намека на то, что между ними может что то быть большее, чем просто сотрудничество и знакомство. - Вы останетесь в нашем городе? - Пока да, потом хочу продать дом и уехать отсюда. - Вам у нас не нравится? - Да нет, не в этом дело…просто я люблю большие города, а тут все такое маленькое. Вроде бы вышел на улицу, прошел до магазина и уже на другом конце города. Это все не для меня. - Понятно – Шинода погруснел. - Может…вы согласились бы сегодня со мной поужинать? Я совсем ни кого тут не знаю, да по всей видимости нравлюсь только вам… - Да, конечно – получилось слишком поспешно, что вызвало смех у вдовы – Простите – смутился Майк. - Вы такой трогательный. Раскланявшись и договорившись встретиться в семь вечера, Майк ушел. А Черри села на кресло и чуть было не завыла в голос. Все то, что начиналось как банальная игра, интрижка, которая ни к чему не обязывала, вдруг превратилось в настоящее, живое, трепетное… - Я люблен – молодая девушка сняла парик, и вот уже в доме с окнами на красивую аллею сидел молодой парень. Честер Бэнингтон был из бедной семьи. Когда ему было около 11 лет, его родители развелись и оставили парнишку самого разбираться в своих делах, ни кто из родителей не хотел заниматься его воспитанием. С горем пополам, Чес окончил актерские курсы, но в нормальные театры его не брали, ему все больше и больше приходилось играть в уличных постановках, на которых, как известно, много не заработаешь. Его труппа приехала в этот город совсем не давно и успела дать лишь одно представление на главной площади, во время ежегодного карнавала. Именно там Честер и увидел того мужчину, за чью жену он сейчас себя выдавал. Просто напившись, мужчина рассказал Чесу, что не так давно женился в тайне ото всех, потому что жена была молодая, а его семья ждала когда же он умрет…он сделал это на зло, чтобы оставить львиную долю своего имущества именно молодой супруге, но та внезапно скончалась и, что теперь делать он не имел представления. Лишь потом в замутненном алкоголем мозгу у пьяного магната возникла идея, почему бы Чесу на его похоронах не сыграть роль умершей супруги? И внешне, что касаемо черт лица и по фигуре, Чес был похож на погибшую Черри. Услышав сколько денег он получит в случае удачного расклада, Бэнингтон не задумываясь согласился, а чтобы подстраховать новоявленную «жену» от правосудия, ныне умерший мужчина составил еще одно завещание, которое отдал на хранение в сейф, где так же объяснялось, что все разыгранное представление о его свадьбе и молодой жене лишь последняя его воля, но все деньги, завещанные супруге, переходили в полное распоряжение Честера. Так что у Чеса сейчас оставалась самая малость – взять деньги и исчезнуть, но…он был влюблен и в кого, в мужчину, адвоката и душеприказчика его «мужа». Именно, из – за этого Честер так и не смог уехать, как он планировал, раньше из города. То, что молодой мужчина проявлял к нему интерес, было видно с самого начала. По первости Бэнингтона это забавляло, он оттачивал свое актерское мастерство на молодом человеке, пока однажды не пришел к мысли, а что было бы, если бы этот парень его поцеловал, какие были бы его губы на вкус и так ли он не уверен в постели, как и в ухаживании за ним, такой же он робкий или все же страстный? Все эти мысли тогда так завели Чеса, что он, воспользовавшись своим одиночеством в доме, принялся ласкать себя, думая и фантазируя о том, как бы этот адвокат мог бы его взять…только после наступления оргазма, пришло страшное понимание того, что он кончил мечтая о мужчине, что он…влюблен в мужчину. Дальше дни полетели за днями, Чес все больше и больше времени проводил с Майком, улыбаясь тому, но все еще боясь раскрыть свою тайну, по этому, когда мужчина предпринял попытку залезть «девушке» под юбку и получил по рукам, Чес с гордо поднятой головой поднялся с дивана и указал Майку на дверь. - Я порядочная, мистер Шинода. Теперь прошу вас покинуть этот дом. - Прости – в душе Майка царил хаос – прости, я совсем обезумел…не сдержался. - Прошу тебя, уйди, я хочу побыть одна. Майк, грустный и разбитый, оделся и покинул дом той, в которую был влюблен. А Честер тем временем сел обратно на диван и предался ласкам. Он прокручивал и прокручивал в голове то, как Майк не смело положил руку ему на колено, как он целовал и покусывал его шею, как рука скользила по внутренней стороне его бедра, а сам он, Честер, млел от прикосновений и желания продолжить, но уже в постели…очередной сильный оргазм выкинул Бэнингтона из реальности на некоторое время. На следующий день Шинода стоял на против входной двери и раздумывал о том, как бы сейчас произнести все то, что он целую ночь прокручивал в соей голове. В одной руке он сжимал букет цветов, в другой не большую коробочку обитую бархатом. Майк был готов на все, только бы эта прекрасная женщина не покинула его. - Привет – сонная улыбка на идеальных губах. - Доброе утро – адвокат уставился влюбленными глазами на предмет своего обожания – Можно мне войти? Я бы хотел кое что у тебя спросить…в общем это важно. - Конечно – Чес пропустил парня внутрь. Шинода встал по среди гостиной, казалось что он собирается с мыслями и с духом. А потом резко повернулся к «Черри», чем рассмешил «девушку». - Ты так странно себя ведешь, такой забавный – и Чес снова рассмеялся. - Я…я хотел бы, чтобы ты вышла за меня за муж – почти на одном дыхании выпалил Шинода. Улыбка с лица Бэнингтона моментом сползла, теперь уже он стоял и судорожно пытался найти слова, но у него не получалось. - Майк…я не могу… - Почему? - Ты не все обо мне знаешь…прости, уходи. - Я черт возьми люблю тебя и думаю, что я имею права знать, почему ты мне отказываешь – Шинода начинал заводиться. Эта женщина просто играла с ним. А что в этом такого? Это наверное безумно забавно приехать в маленький городок, охмурить какого нибудь провинциала, а потом кинуть его с растоптанным сердцем и надеждами, которые будут валяться в грязи деревенских дорог и уличные псы будут дальше драть все это на еще более мелкие части. - Я хочу знать почему? – отшвыривая кольцо в сторону, куда то туда же полетели цветы. Шинода сделал шаг к избраннице и хорошенько встряхнул ее за плечи – Почему? – уже шепотом. - Я не могу тебе рассказать – Честер смотрел умоляющими глазами и слегка со страхом. - Прости – Майк сделал шаг назад – прости, я не знаю, что на меня нашло…я лучше пойду. Весь день прошел для обоих, как в тумане. Чес слонялся по дому, думая о том, что он просто обязан рассказать Шиноде правду, а Майк пытался работать в своей конторе, но допускал промах за промахом, после чего понял, что поработать ему не удастся и лучше пойти домой и напиться в одиночестве. Так он и сделал. Стук в дверь, вывел Майка из задумчивости и состояния уныния, в которое он впал. Он только успел распахнуть дверь, как у него на шее повисла Черри. - Прости меня...я дура, прости меня. Майк прижимал "девушку" к себе и млел от счастья. Вот она такая близкая, родная, желанная и она рядом, рядом с ним. Теперь все будет по другому, тепероь все будет намного лучше. Но Чес отошел от Майка, проходя в квартиру. - Присядь...я должна тебе кое что рассказать. - Я не хочу ни чего знать, это все равно не изменит моего отношения к тебе. - Боюсь, что изменит - Чес протянул руку и ухватил Майка по выше локтя - сядь, прошу тебя. Шинода присел на край дивана и с любопытством посмотрел на свою избранницу. Что может быть такого в прошлом у этой девушки, что может изменить его отношение, его любовь к этому созданию? Шинода внутренне улыбнулся - ни чего! - Майк...ты должен прочитать вот это. Я не думал, что – Чес замялся, отдергивая руку с протянутым документом от потянувшегося к нему Шиноде – просто…прежде, чем ты это сделаешь…я просто хочу, чтобы ты знал, что все это для меня не было игрой, что я люблю тебя. Как только последние строчки осели в голове Майка, тот вскочил со своего места и принялся кричать, при чем, что именно он кричал Бэнингтон не слышал, он тупо стоял по среди комнаты, смотря в пол. - Почему ты молчишь, мать твою? – Майк снова, как в прошлый раз, схватил парня за плечи и встряхнул – почему? - Майк. - Оставь меня в покое, не хочу ни чего о тебе больше знать. - Майк…прости, я не думал, что зайдет так далеко – молодой человек подошел к дивану, на котором сидел его друг и возлюбленный. - Я даже не знаю, как тебя зовут по настоящему – парень вымученно улыбнулся и посмотрел на собеседника. - Честер, меня зовут Честер. - Очень приятно познакомится, Честер – истерично хохотнул Майк, и снова обхватил голову руками. - Прости меня, умоляю тебя – Чес присел на корточки перед Майком – Я сделаю все, чтобы ты только простил меня. - Тогда убирайся из этого дома, я больше ни когда не хочу тебя видеть. - Только не это, Майки – Чес схватил его за колени, вцепляясь в ткань штанов – все, что хочешь, но не прогоняй меня. Я люблю тебя… Чес уезжал из этого города с полными карманами денег, но с разбитым сердцем и растоптанной душой, хотя сам понимал, что винить в этом он мог только себя. С появлением денег в его жизни стали происходить кардинальные изменения. Теперь он мог оплатить более квалифицированные курсы, жить в хорошем районе города и в конце концов он получил, хоть и не большую, но роль в престижном театре, а дальше его карьера стала расти, словно гриб после дождя. - Честер – знакомый, но слегка забытый голос среди сотни голосов его поклонников. Чес просто не мог не узнать его. Бэнингтон повернулся в сторону говорившего. Майк стоял в толпе людей и улыбался, глядя на актера, Честер же боялся поверить собственным глазам. - Майк – прошептал он – Майк! – уже более громко. Он просто сорвался с места, наплевав на всех кто во круг, на поклонников и поклонниц, на репортеров и просто зевак, он кинулся в объятия Шиноды. - Прости меня…я такой дурак – Майк прижимал хрупкое тело Честера к себе, боясь отпустить его, нарушить это хрупкое единение.



полная версия страницы