Форум » Найденный фанфикшен & Рекомендации » Фанфики 503 [Morningafter] (5) » Ответить

Фанфики 503 [Morningafter] (5)

Admin: Фики, выложенные в этой теме, взяты с форума Morningafter. Автор: 503 Фандом: Linkin Park Большинство текстов в этой теме имеют высокий рейтинг, R/NC-17. Авторские примечания и комментарии (приведённые рядом с заголовками фиков) сохранены. Навигация по частям данной темы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11 («Внутри и вне помойного ведра»), 12 («Ангелы и Демоны»).

Ответов - 11

Admin: Название:сетевой роман или что то в этом роде Пэйр:беннода Статус:завершен Предупреждение:АУ и очень не приятный Фе,а так же полный мой бред и парни ко всему этому н самом деле не имеют ни какого отношения. Честер и Майк познакомились в чате. Они не помнили, с чего начался их первый разговор. Но стали общаться все чаще и чаще. Сначала, это было на виду у всех, дальше они ушли в приват, а потом и, вовсе, в свои аськи, минуя чат и просто наслаждаясь общением друг с другом, в приватной обстановке. - Я думаю приехать, – заявил он по скайпу. - Когда планируешь? Время для меня найдешь? - Майк, я только из-за тебя и еду. В моей глуши нет ни одного нормального парня, с которым можно было бы поговорить о таттушка, пирсе и нормальной музыке. - Ни кого? - Тут все заморочены на дорогих тачилах и бабах с ногами от ушей. Это же полный абзац. - Я тебя понимаю, в какой-то степени, у меня тут только пара-тройка человек, с которыми можно нормально провести время. - Да? А я думал, что у вас художников, есть некие коалиции, где вы собираетесь стайками и перетираете темы какие краски лучше использовать. - А ты язва, – рассмеялся Майк. - Я знаю. О, прости, брат, но мне пора бежать, отец зовет, – и Честер отключился. Шинода облокотился о спинку кресла и прикрыл веки. Ему нравилось общаться с этим парнем, ему нравился голос собеседника. В какой-то момент Шинода хотел попросить фото своего нового друга, но ему показалось, что это будет как то по пидорски, что ли. На кой хрен ему просить фотку парня? Тем более, что Чес собирается приехать и приехать именно к нему, к Майку. Бэнингтон же тем временам сидел около своего монитора и тупо смотрел в экранную заставку. Он и сам не понял, зачем сказал этому парню, что собирается приехать в гости. Честер не скрывал того, что он гей. Не скрывал ни от кого, кроме Майка. Тот ему сразу понравился и Чес уже нарисовал себе в голове, как должен выглядеть человек, который обладает таким поистине волшебным голосом, мягким искренним смехом. Бэнингтон не знал, как он расскажет Майку о своих пристрастиях, как он расскажем ему, что влюбился в него, что хочет его… - Так, вот про «хочет», пожалуй, лишнее, – Чес отдернул сам себя - надо еще придумать, где он будет жить в городе Майка, а там как карта ляжет. Через две недели, Честер Бэнингтон сидел в самолете и смотрел на проплывающие под днищем облака. Майк должен был встретить его в аэропорту и Шинода отказался от всех предложений Чеса остановится в хостеле, гостинице или в студгородке и в приказном варианте выдал Бэнингтону о то, что он, Бэнингтон, будет жить у него, у Майка. Шинода был из обеспеченной семьи, так что по окончании университета, он стал жить отдельно в своей собственной квартире. - У меня полно места, – вещал он Честеру по скайпу, – так что хватит гнать и притаскивай свою задницу ко мне. - Я не хочу тебя стеснять… - Какой стеснять? – удивился Майк. – У меня три комнаты и две ванны, отличная просторная кухня, даже кладовка есть, так что ни каких «стеснять» не будет. - Ох, с тобой не возможно спорить. - Я знаю, чувак, так что до завтра. - До встречи, – Чес отключился и снял наушники. Это все определенно выходило за рамки разумного. Если Майк ему бы не понравился в реальной жизни, то Чес бы просто исчез, спрятался в своем номере и под покровом ночи умотал бы обратно в свой штат. А тут такая подстава. Шинода же потирал руки от удовольствия. Он определенно был не готов к тому, чтобы Честер хоть пару минут находился в городе без него. - Ты не влюбился случаем, Майки? – мерзко хихикал его близкий друг – Дэйв. - А может и так, что ты будешь делать? - Фу, Шинода, я же шутя, – рыжий парень звучно смеялся и делал большой глоток из своего бокала с пивом. - Я серьезно. Мне нравится его голос и однажды я… - Избавь меня от подробностей, приятель, – словно мельница, замахав руками, попросил Фаррелл. И Майк заткнулся. Запоздало он подумал, что не стоит рассказывать Дэйву о том, как он записывал их разговор с Честером о девушках и как исступленно ласкал себя, вырезав из записи стоны Чеса, подражавшего в тот момент какой то порно актрисе, прокручивая их на повторе, пока не обкончал себе руку и слегка попав на компьютерный стол. - Не буду, Фе, не буду, – радуясь тому, что в клубе достаточно темно и не видно, как горят его уши и пылают щеки. Бэнингтона слегка знобило. Он понимал, что это из-за нервного напряжения. Спускаясь по трапу, он до бела костяшек пальцев, сжимал руку на лямках рюкзака. Они с Майком ни когда не виделись, Честер знал только, что тот на половину японец и это все. Он боялся, что Майк его не узнает или, что Шинода разочаруется в своем приятеле из сети. - Чес! – Бэнингтон достал очки и посмотрел в ту сторону, откуда раздался голос. До этого он видел лишь размытые пятна, а теперь все приобрело четкость. – А ты не говорил, что носишь очки. Это был Майк, определенно это был именно Шинода, его голос Честер бы не спутал ни с чьим другим. - Привет, – смущенно, парень оказался красивее, чем Честер себе представлял. - Блин, чувак, я так рад, что мы наконец то встретились и, что ты решился приехать. Я бы, наверное, еще долго тянул кота за хвост, – Майк обнял своего друга и вещал ему, вещал и вещал, а Бэнингтон стоял в этих мужских объятиях и жадно ловил аромат Майка, запах его кожи, легкий аромат мятного шампуня и хорошей туалетной воды. - Бля, ты меня сейчас задушишь. - Упс, – рассмеялся Шинода и слегка покраснел. – Ладно, чего стоим то? Пошли, я отвезу тебя домой. В машине ехали молча. Оба переваривали встречу и то, что внешне оказались более привлекательными, чем рассчитывали. Майк, вообще то, ни когда до этого не думал о парнях, кроме, как о дружбе с ними. Но сейчас, он готов был пересмотреть свои жизненные приоритеты. - У тебя кто то есть дома? – спросил Шинода, бросая быстрый взгляд на Честера и снова возвращаясь к дороге. - Нет, не так давно разошелся, – отмахнулся Бэнигтон. - Почему? – Майк выглядел удивленным. - Оннннна…она была тупа, как пробка и с ней не возможно было говорить, только секс и все. - Вау, парень, да ты просто уникум. - Это еще почему? – Честер искренне надеялся, что Майк не заметил его заминку при разговоре о поле своей второй половины. - Ну, – почесав в затылке, – я к тому, что давно не встречал парней, которые хотят по мимо хорошей фигуры еще и наличие мозга у подружки. - Просто, иногда, очень редко, хочется валяться на диване и обсуждать с любимым человеком, например кино того же Кустурицы или еще что то серьезное. - Ты любишь Кустурицу? - Ээээй, Шинода, мы с тобой обсудили по скайпу три фильма точно, и как ты думаешь, люблю ли я после этого его фильмы? - Прости, – японец рассмеялся и стал выруливать с большой дороге на подъездную, рядом с шикарной высоткой. - Ты тут живешь? – присвистнул Бэнингтон. - Угу, – как то не уверенно и слегка сконфужено. До квартиры, почему то, шли молча. Каждый был погружен в свои мысли. Честер сейчас думал о том, чтобы он делал, если бы мог себе позволить квартиру в таком доме и таком районе, а Майк о том, что ему очень сильно хочется поцеловать эти красивые, капризные губы и узнать на самом деле какого это, когда Честер стонет и такой же у него потерянный взгляд, когда он приходит в себя после оргазма, как сейчас, когда он стоит такой задумчивый и не замечает того, как покусывает нижнюю губу, играя с колечком в ней? - Чести – тихо, чтобы не спугнуть свое наваждение. - Ммм? – Бэнингтон слегка вздрогнул и в глазах вновь зажегся интерес к окружающему. Ему только что показалось или Майк, правда, назвал его Чести. - Просто хотел привлечь твое внимание, а то ты куда то выпал. - О, прости, – усмехнувшись и, как показалось Шиноде, слегка расстроено. – Просто задумался о том, как бы сложилась моя жизнь, живи я в таком доме. - Это заслуга моих родителей и мне приходится много работать, чтобы не ударить в грязь лицом перед ними, доказать, что я достоин тех денег, которые они в меня вложили. - Так ты не просто повеса, который проматывает состояние предков? – удивился Бэнингтон. - Нет, – открывая дверь в свою квартиру. – Та галерея, где я работаю, она полностью моя. Я сам создал ее и сам оплатил все, что в ней делалось. Просто я пошел работать еще на первом курсе и откладывал деньги. - Я поражен до глубины души, – заходя внутрь за хозяином дома. - Это звучит как то пафосно, не находишь? И оба рассмеялись, напряжение, что царило меж ними, стало потихоньку спадать. - Это твоя комната, моя рядом, – открывая одну из дверей. – Если хочешь, то можешь выбрать другую, она дальше по коридору. - Да нет, все просто отлично, – входя внутрь и кладя рюкзак на кровать. – Меня все устраивает. - Вот и здорово. Ты очень устал? - Нет, а что? - Я подумал, может ты переоденешься или что ты там собирался делать после перелета, и мы отправимся гулять? Погода просто супер, а сидеть дома мне очень не хочется. - Не проблема, – Чес пожал плечами. – Душ и я весь твой. - Было бы не плохо, – подумалось Майку, но он лишь кивнул и закрыл дверь, оставляя гостя наедине с самим собой. - Он гей, – вещал Феникс, глядя на Честера, что стоял у барной стойки и ждал своего заказа. - Не мели чепухи, – отмахиваясь от друга. - Да посмотри на него, я тебе говорю – он гей. - С чего ты взял? – на этот раз откровенно смотря на своего нового приятеля, жадно разглядывая обтянутую тканью фигуру. - Как это с чего? – не унимался Фаррелл. – У него джинса в обтяжку, он не скрывает своих рук ходя в майке, а то, как он стреляет глазками, словно девушка, особенно в твою сторону, все просто орет о том, что он гей. - Ты пьян, Фе. Отвали. Шинода следил за тем, как Честер берет свой бокал и идет, улыбаясь, к ним. Как ему преграждает дорогу девушка и что то шепчет, слегка приподнявшись на мыски, чтобы дотянуться до ушка Чеса и тот кивает ей в ответ, заливисто хохоча. Шинода помрачнел. - Представляете, эта цыпочка сказала, что давно не видела такого парня, как я. - Что она имела ввиду? – удивился Дэйв. - То, что я не стесняюсь показывать свои прелести барышням, – вильнув бедром. – Давая им разглядеть товар перед покупкой. А то, как только снимают парни свои мешковатые тряпки, а там и смотреть не на что. - И что ты собрался делать? – встрял Шинода. - В каком смысле? – наконец таки усаживаясь на свой стул. - Ну, она же явно предложила тебе переспать с ней. - Если у нее с собой справка о том, что она ни чем не больна, то я бы трахнул ее, – пожав плечами, ответил Бэнингтон. - Вау, какой ты у нас брезгливый. А резиной пользоваться не пробовал? - Резинка не всегда защищает, даже от беременности, – парировал Чес и, отсалютировав бокалом, сделал глоток. Они были пьяны, когда возвращались домой к Майку. Смеясь и поддерживая друг друга, они ввалились в квартиру и чуть не рухнули в прихожей. - …нет, и ты представляешь, она меня отшила, – закончил Майк, вызвав у Честера новый приступ хохота. Стянув одежду в своей комнате, Майк решил, что надо запастись таблеточкой на прикроватной тумбочке и стаканом воды…нет, воды можно побольше, потому что утром будет сушняк, пиздец, какой сушняк. - Чес? – Шинода устало улыбнулся. - Вот, решил налить водички, чую проснусь ночью от нехватки жидкости в организме. - Ты еще способен толкать такие умные речи? Надо было тебя напоить сильнее, – улыбаясь и проходя мимо, доставая с полки кружку и наполняя ее фильтрованной водой из кувшина. - Я еще и не на такое способен, – как то странно улыбаясь. Бэнингтону вдруг показалось, что он почти Бог, что он сейчас в своем состоянии опьянения, может сделать все, что угодно и он сделал. Сделал шаг и поцеловал гостеприимного Шиноду. Тот опешил, а потом потянулся за ускользающими от него губами, захватывая в свой плен, потянув зубами за колечко пирсинга, вызывая тихий, почти жалобный стон Бэнингтона. - Вкуснее, чем я думал, только много виски и сигарет, – кончиками пальцев прикасаясь к своим слегка опухшим губам, проговорил Шинода. - Ты представлял наш поцелуй? - Да, – кивнул Майк и мягко улыбнулся. - Но я думал, что ты натурал. - Я тоже так думал, пока не познакомился с тобой, – притягивая к себе. Честер переваривал эту информацию несколько секунд, а потом положил свои ладони по верх рук Майка на своих боках и двинул их ниже, кладя их на свои ягодицы и чувствуя, как Майк их грубо сжимает и мнет. - Это потрясающее, я хочу, чтобы ты снял их, – дергая за ткань трусов. - А ты не торопишь события, Майк? - Ты так думаешь? – неуверенно глядя в глаза Бэнингтона. - Я не… Шинода не дал ему договорить. Он присел на корточки и рывком стянул белье до колен Чеса. - Что ты делаешь? – взвизгнул тот, но не получил ответа. Майк пристально смотрел на его пах, на не очень большой, но весьма красивый член. - Я хочу попробовать его, – скорее себе, чем кому то другому прошептал Майк и провел языком по всей длине, обхватывая губами красную крупную головку. - Майк, – охнул Чес, чувствуя, как ноги подкашиваются от удовольствия. Утро было поганым. Голова болела, а во рту была Сахара, в которой разом издохло стадо каких то животных, язык прилип к небу и не желал отлипать. Майк застонал и чуть двинулся, замерев, услышав около себя такой же стон. - Моя голова, – просипел Чес и повернулся в сторону друга, который расширенными от удивления и шока глазами, пялился на обнаженного Бэнингтона. События пьянки медленно всплывали в голове японца. Он отсосал у Честера, хреново конечно, но он это сделал. И Бэнингтону это понравилось, судя по тому, что тот бурно кончил залив лицо Майка своим семенем. Память услужливо подкинула вкус их первого поцелуя – сигареты и виски. - Твою мать, – прошептал Майк и вылетел из постели. - Майк, я… Но договорить Честер не успел, японец пулей понесся в ванную комнату, где его и стошнило. Когда Шинода вышел, после того как принял душ и долго чистил зубы, он застал Честера пакующим свои вещи. - Уезжаешь? – удивленно. После холодной воды в голове прояснилось и Майк уже жалел о своей реакции, что не смог сдержаться и по всей видимости очень обидел друга. - Мне показалось, что ты не очень будешь рад меня видеть, после того, что произошло. - А что произошло? – изумленно смотря на друга. - Твоя реакция… - Придурок, – привлекая парня к себе. – Это не из-за тебя или что то в этом роде, – вдыхая запах туалетной воды Бэнинтона. – Мы вчера пили виски, а мой желудок его не принимает ни под каким соусом. Если мне не было плохо ночью, то в любом бы случае стало плохо утром, после того, как я проснулся. - Но я подумал, что это из-за того, чем мы занимались, после того, как вернулись домой. - А мы ни чем таким и не занимались, – хитро улыбаясь, – но я бы хотел это исправить, – расстегивая штаны на партнере. Для своего первого раза Майк справился очень не плохо, а под конец прелюдии и вовсе вошел в раж, заставляя своего любовника изгибаться и извиваться на постели от удовольствия. - Ни когда не думал, что это может быть так приятно, – оглаживая упругие половинки, шептал Шинода. - Что именно? – Чес часто-часто дышал, он посмотрел на Майка из-за плеча, при этом стоя на четвереньках. - Что, лизать кому то задницу, будет так чертовски приятно, – вновь раздвигая ягодицы, засовывая свой язык внутрь, встречая сопротивление мышц. - Майк, – словно в бреду простонал Чес, и он уткнулся головой в скрещенные руки, – это сводит меня с ума. - Я не уверен, что помещусь, – разглядывая сжатое колечко мускулов. – Тут так узко и так туго. - Главное, чтобы вошла головка. Она всегда шире, чем сам ствол, – горящими глазами смотря на партнера. Честер уже лежал на спине, раздвинув ноги, подхватив их под колени. – Давай же, не тяни, – натянуто улыбаясь, стараясь не начать умолять Майка трахнуть его. - Ты его выеб, – скорее констатация факта, а не вопрос. - Это звучит достаточно пошло, Фникс. Мы просто занимались любовью, – Майк сделал глоток из своей кружки. - Ты трахнул парня в жопу, Шинода, и это ты называешь любовью? - А что в этом такова, если оно доставляет удовольствие обоим партнерам? - Это мерзко и богопротивно, – Фе скривился, словно от зубной боли. - Дэйв, когда ты делаешь это с девчонкой, то почему то не задумываешься о том, что это ее задница, а не другое, природой предназначенное для этого, отверстие. - Ну, ты тоже сравнил парня и бабу. - Кривишь душой, Фаррелл, – улыбнулся Майк. – В этом случае нет ни какой разницы между тем, кто твой партнер и вообще не будь такой ханжой, лучше порадуйся за меня. - А чему тут радоваться? Тому, что эта пидовка сделал из тебя голубого? - Честер ту не при чем и не оскорбляй его при мне, договорились? – серьезно взглянув на собеседника. - Хорошо, – проворчал Феникс. – Но я рад, что он уже уехал. Мне не придется видеть его довольную, слащавую рожу. - Я тебя не понимаю, – начал спокойно Майк, – почему тебе так не нравится этот парень? - Да черт его знает, не нравится он мне и все, – вспылил рыжий парень и с силой поставил кружку на стол, вызвав тем самым ненужные взгляды в их сторону. – Может потому, что у него нет сисек, а между ног член? Из-за того, что у вас с ним одинаковый набор конструктора? – скашивая взгляд на пах приятеля и кивком головы, окончательно объясняя, что он имеет в виду. - Ты меня достал, – Шинода поднялся со своего места и просто ушел, оставляя Фаррелла один на один со своими гомофобными проблемами. - Прости, я не хотел, чтобы вы ругались. - Это не твоя вина, – Майк сидел перед монитором и жадно впитывал в себя лицо любовника, что находился где то там, в другом штате. – Я скучаю. - Я тоже, – Чес улыбнулся. – Постараюсь закончить свои дела, как можно быстрее и приехать к тебе. - Если хочешь, то я помогу тебе или же приеду сам. - Не очень хорошая идея, – тот грустно покачал головой. – Мои и так не в восторге от того, что я хочу переехать на другой конец страны, да еще и к парню. Они все еще надеялись, что я найду девушку из приличной семьи и порадую их внуками. Майк рассмеялся. Они поговорили еще минут пятнадцать и отключили связь. Пора было спать. Одним. Каждому в своей холодной и пустой постели. - Не уверен, что это хорошая идея. - Все равно уже поздно, – довольно улыбался Майк, выводя машину со стоянки. – Я им обещал, что познакомлю вас. - Как они это восприняли? - Чес, – закатывая глаза. – Мы уже сто раз с тобой говорили на эту тему. Тем более у моей мамы сегодня день рождения. - Но я не самый лучший подарок ей, ты не находишь? - Перестань нервничать, – слегка притормаживая, чтобы быстро поцеловать любовника. – Ты всех очаруешь, я не сомневаюсь. - Что то с Дэйвом это не прокатило. - Дэйв ханжа и зануда, но и он скоро поймет, что это серьезно, что ты – это серьезно. Минут через сорок они припарковались рядом с не большим, но весьма дорогим домом. Честер нервничал и озирался по сторонам, пока Шинода доставал из багажника подарок для своей матери. - Что ты ей купил? - Я не купил, я нарисовал, милый, – показывая Бэнингтону язык. – Она хотела нечто такое, чего не знает, но трогательное и нежное, чтобы можно было повесить в гостиной. Она хотела, чтобы я нарисовал ей счастье - Ты мне не показывал этой картины? - Нет. Хотел, чтобы она была сюрпризом для всех. И хватит меня забалтывать, мы давно должны были уже звонить в эту чертову дверь. Чес вздохнул и поплелся за любовником. Идея поехать на семейное торжество Шиноды с каждым шагом, что приближал его к родительской двери любовника, все меньше и меньше казалась такой уж хорошей. Дверь распахнулась еще до того, как Майк успел нажать на звонок. - А я уж думала, вы ни когда не подойдете и не решитесь войти, – женщина в возрасте, с такой же сумасшедше яркой улыбкой, как у Майка, смотрела на молодых людей. – Ты, как я понимаю, и есть тот самый Честер, которой вскружил голову моему мальчику? – она цепким взглядом окинула фигуру Чеса и, довольно кивнув, отступила в сторону, пропуская парней внутрь. - Да, мэм, – промямлил Бэнингтон и прошел вслед за другом. - Перестань его пугать, а то же он сейчас в обморок упадет, – улыбнулся матери Майк и вручил ей картину. – С днем рождения. Думаю это именно то, что ты хотела. Женщина приняла подарок и отставила его в сторону, поцеловав сына, а потом развернулась к Честеру и поцеловала его. - Чувствуй себя тут, как дома. Если наш мальчик любит тебя, значит ты хороший человек. - Мааам, ну не начинай, – краснея, словно школьник, которого застукали за просмотром родительского порно. Вечер прошел весело и в теплой обстановке. Уже сидя в гостиной, наслаждаясь вечерним чаем и вкусными пирогами, которая миссис Шинода испекла сама, Чес вдруг понял, что ему легко и непринужденно с этими людьми. Что он готов говорить с ними и говорить, и ни кто не смотрит на него, как на изгоя. - А теперь пришла пора открывать подарки, – мама Майка взяла первый, от своего мужа, и разрывая упаковку вытащила небольшую коробочку. Открыв ее, она мягко улыбнулась и посмотрела на мужа. – Знаешь, иногда я сама себе завидую, что рядом со мной ты, – извлекая на свет металлический брелок с одним единственным ключом. - Что это? - Они познакомились во время отдыха на не большом острове. Мама тогда потеряла свой брелок, на котором, так же, были ключи от номера, в котором она жила, а папа его нашел. - И? - Это тот самый брелок и тот самый ключ, надо полагать от того самого номера, – пояснил Майк. - Именно там ты и был зачат, – радостно сообщила женщина и оба молодых человека покраснели от такой подробности. - Значит у вас опять медовый месяц? - А то как же, – важно заявил мистер Шинода и подмигнул жене, словно школьник своей первой подружке. Следующим был подарок от Майка. Хоть и выглядел он громоздким, но на деле оказался не больше средней рамки для фотографий. - Я подумал, что большое рисовать смысла нет, – пожал плечами автор картины и с замиранием сердца взглянул на мать. – На каминной полке он будет очень хорошо смотреться. - Почему ты нарисовал именно это, Майк? - Там мое сердце и моя душа. Я просто хотел, чтобы ты видела, как я счастлив сейчас и, что послужило причиной, – тихонько сжимая руку любовника в своей. Женщина улыбнулась и поднялась со своего места, направляясь к камину. - Это самая лучшая твоя картина, дорогой и я рада, что только я буду ею обладать, – ставя на полку рамку и отходя в сторону. - Майки? – прошептал Честер, смотря на искусно нарисованную картину, на изображение себя, безмятежно спящего на коленях у своего парня тихим воскресным вечером. Себя Шинода не рисовал, лишь только колени, на которых покоилась голова любовника. – Почему? - Мама просила, чтобы я нарисовал счастье, и я его нарисовал, – пожимая плечами и сильнее сжимая ладонь друга в своей. - Как думаешь, я им правда понравился? - Я уверен, – уже лежа в кровати, наслаждаясь ощущением горячего и столь любимого тела рядом. - Для меня ни кто и ни когда не делал подобного. Спасибо. Майк лишь улыбнулся и привлек свое сокровище еще ближе. Когда его дыхание выровнялось, Честер смог спокойно все обдумать и вынести свой вердикт. - Я тоже люблю тебя, – прошептал он, закрывая глаза, чувствуя, как все тревоги сегодняшнего дня уходят прочь, а ответы на вопросы, что он так долго искал, наконец то найдены. – Люблю.

Admin: Название:нечто Пэйр:беннода Статус:завершен Бэта:Шатенка Предупреждение:АУ, в общем все как всегда,не мое и мне не принадлежит Майк любил детективы и всю такую муть. Ему нравилось в детстве, когда родители разрешали, садиться у голубого экрана и смотреть на все эти разборки. Как умный и сильный полицейский ловит отчаянных бандитов, как уверенно детективы идут по следам убийц. Но больше всего Шиноде нравились те, кто стоял за сильными ребятами с большими пушками, те, кто думал и находил улики там, где казалось им не место. И вот, когда мальчишка подрос, у него встал резонный вопрос: идти в науку или отправится в художественную школу. Майк рисовал мягко говоря хорошо и так необычно, что преподаватели в его художественной школе пророчили ему большое будущее. Но, все же, наука взяла вверх, и парень принялся изучать биологию, генетику, химию и многие другие предметы, которые требовали большой отдачи и концентрации. Иногда, когда мозг был готов взорваться, Майк возвращался к своему хобби – он рисовал. В самый знаменательный для него вечер, ему позвонил профессор, который читал ему, в свое время, курс генетики. Он аккуратно так выспрашивал, чем именно сейчас занимается Шинода и где он работает. Майк чувствовал подъем после того, как положил трубку. Он был уверен, что что-то намечается, не стал бы ему звонить этот человек только для того, чтобы поинтересоваться успехами своего бывшего ученика. И молодой человек не ошибся. Утром следующего дня в дверь позвонили, на пороге стоял двое мужчин в темных костюмах, и они попросили мистера Шиноду проследовать за ними, по приглашению профессора Брэдли Дэлсона. После того, как Майк сел в машину, он отключился. - Очень рад тебя видеть, Майкл, – голос пожилого профессора ворвался в голову, словно Шиноде кричали прямо в уши. - Сэр? – не уверенно протянул молодой человек и попробовал открыть глаза. – Что происходит, сэр? - Я должен быть уверен, что ты не расскажешь ни кому о том, что увидишь, мой мальчик. Так что, я очень сильно прошу прощение, но мне придется попросить тебя подписать кое-какие бумаги. - Что в них, сэр? – Шинода насторожился. - В случае огласки разработок, в которых я сейчас принимаю участие, ты, Майк, и твоя семья лишитесь всего. Твои родители будут депортированы из страны…Ну, и в общем-то, вы не очень хорошо закончите. Все, что мне от тебя нужно, это согласие работать со мной, если ты сейчас говоришь мне НЕТ, то тебя отправят домой без всяких помех. - Как я могу согласиться, сэр, если я не знаю, что за работу вы мне предлагаете? - Тут уж решать только тебе. Шинода думал, он взвесил все За и ПРОТИВ, пока не вынес окончательный вердикт.. Ему отчаянно захотелось принять участие в том проекте, что сейчас предлагал его бывший профессор. - К черту, профессор, я согласен. - Так держать, парень, – он хлопнул бывшего студента по плечу. – Отдыхай, после лекарства, что тебе вкололи, тебе еще тяжеловато будет подняться. Я зайду минут через сорок, тебя уже должно будет отпустить. Как и обещал мужчина, Майку вскоре стало лучше. Он смог нормально передвигаться по небольшой комнате, в которой его держали, глаза стали видеть четче и почти пропала вся вялость во всем теле. - Думаю, что теперь мы можем с тобой подписать договор о неразглашении, и я введу тебя в курс дела, – профессор Дэлсон сел перед Шинодой и положил на стол бумаги. – Только читай все полностью, Майкл. Я не хочу, чтобы у нас потом возникли проблемы. - Конечно, сэр. Читка договора заняла около получаса, после того, как мужчины уладили все формальности и все закорючки Майка красовались на своих местах, Дэлсон поднялся и приглашающим жестом, позвал Майка следовать за ним. Они прошли по плохо освещенному коридору, стены которого были сделаны из металла и вошли в соседнюю комнату от той, где держали Шиноду. - Дело в нем, – профессор что-то нажал на большом пульте и в соседнем помещении включился свет. Майк вгляделся и увидел узкую, по армейски, кровать, стол с парой стульев и в углу унитаз. - Словно камера. - Так и есть, – кивнул мужчина. – Смотри дальше. Человек, что спал на кровати, потянулся, зевнул и сел, свесив ноги. - Только пять утра, профессор, – жмурясь, проговорил заключенный. – К чему подъем в такую рань? - Просто хотел представить тебя еще одному сотруднику, Честер, – проговорил ученый в стоящий рядом микрофон. - Мне раздеться или ему и так нормально видно? Может подойти поближе, чтобы он разглядел все шрамы, что вы оставили мне после последней побудки? - Не надо ерничать, Чес, тебе не идет, – и мужчина отключил связь. – Это Честер, – уже обращаясь к Майку, – он у нас около двух лет. Я тебе сейчас покажу зжурналы наблюдений и видео записи, чтобы сразу ответить тебе на все твои вопросы, – и мужчина пошел по направлению к выходу из смотровой. Через два часа Шинода находился в полном ступоре. То, что ему показал его бывший преподаватель, выходило за рамки понимания. Этот парень, казалось, был бессмертным. На видеопленках были самые ужасные опыты и пытки, которые только доводилось видеть молодому человеку. Он видел, как Честера сжигали заживо и слышал его истошно крики, мольбы о пощаде, он видел записи, где парня расстреливали почти в упор, записи, где ему ломали кости и резали кожу, но при всем при это молодой человек, спустя какое-то количество времени, вновь был цел и невредим. - Кто он такой, профессор? - Мы не знаем. Нам удалось взять его совершенно случайно. Одни из наших людей сообщил, что в морг привезли парня, который опять очнулся в морозильнике. - Что значит опять? - Первый раз это восприняли, как врачебную ошибку, но когда его привезли второй раз, при этом его череп лежал рядом жалкой кучкой, это уже насторожило всех. И поэтому парень сейчас у нас. - Что вы узнали за это время? - Да ничего. Он регенерирует себя, словно ящерица, которая отращивает потерянных хвост. Его невозможно убить, Майк, и наша задача понять, в чем его секрет, его тайна. - А вы не пробовали спрашивать? - Пробовали, – улыбнулся старший мужчина, и улыбка его не понравилось Шиноде, что-то ему подсказывало, что то, что он видел на пленках далеко не все зверства, которые ученые в этом бункере творили с подопытным парнем. – Но он упорно молчит, Майк. - А зачем вам понадобился я? - Нас он всех знает и уже не первый год. Так что, я подумал, что молодого сотрудника и незнакомого ему до сих, он обязательно должен будет переманить на свою сторону, чтобы вырваться из заключения. - С чего такая уверенность? - Был прецедент. И еще, Майк, ты должен это знать - ни при каких обстоятельствах, если ты не находишься за стеклом той комнаты, в которой мы были с тобой, не смотри ему в глаза и не слушай, что он тебе говорит. - В каком смысле не слушай? - Не прислушивайся. Именно поэтому у нас и возник тот прецедент. Молодой парень вошел в комнату Честера, и Беннингтон, не теряя времени, заговорил его, почти что уговорив помочь ему бежать… - Почти? - Да, кто-то зашел в смотровую и все услышал, я не помню кто. По тому, каким тоном это было сказано, до парня дошло, что этим кем-то был сам профессор. - Так как же мне с ним тогда общаться? - Есть специальный прибор, мы создали его только недавно. - Хорошо. - Пойми, Шинода, если мы узнаем его тайну, то мы сможем помочь многим людям, – но почему-то Майку совершен не верилось в слова этого мужчины и он уже пожалел, что не отказался, когда была такая возможнось. Утро следующего дня встретило его все в том же подземном бункере. - Попробуешь? - Почему бы и нет, – пожал плечами новый сотрудник. – Думаю, хуже мне не станет. Прибор, про который говорил профессор, выглядел как обычный монитор, что одевали на концертах поп-звезды, так что Майк даже удивился, на глаза ему одели очки, полностью закрывающие и боковое зрение. - Поверь мне, мой мальчик, это для твоего же блага. - Как скажете, – Шиноде уже не терпелось войти внутрь и поговорить с этим странным человеком. - Психолог что ли? – Честер сидел за столом и радушно улыбался, внимательно рассматривая Майка. - Что-то вроде того, – уклончиво ответил Майк. - Ну, садись, чего стоишь? Или ты боишься меня? – Чес подался чуть вперед и Майк сам того не ожидая отшатнулся в сторону, что вызвало мягкий смех у Беннингтона. – Думаю, представляться мне не стоит, тебя уже просветили, а вот твое имя мне не знакомо. - Я Майк Шинода. Меня попросили сделать несколько твоих набросков. - Чего? – опешил Бэнингтон от такого поворота. - Несколько набросков, – невозмутимо, взяв себя в руки. - На кой хрен? Тут везде понатыканы камеры и жучки, и эти парни снимают видео с моим участием все 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, на кой им понадобились рисунки с моим изображением? - Я не знаю, Честер, – Майк старался выглядеть как можно убедительнее. – Мне платят, я рисую. Меня это устраивает. - Вау! – искреннее веселясь, будто это не его восемь месяцев назад сжигали за живо и травили собаками, словно он был кроликом или лисой во время охоты. – Вы все больше и больше меня удивляете, профессор, – смотря куда-то в сторону, видимо там была камера. – Что будет в следующий раз? Может, доставите мне цирк, а то больно у вас скучно, – и вновь обращая свой взгляд на Шиноду. – Они дали тебе оружие, Майки? – художнику показалось или в воздухе что-то неуловимо изменилось? – Они рассказали, как обороняться от меня в случае чего, они не забыли тебе рассказать, что я сделал с таким как ты, с таким, что был до тебя? – Шиноду затрясло, в голове зашумело, глаза заволокло поволокой. – Нет, они ничего тебе не сказали, – голос Честера звучал в самой голове Майка, и парню казалось, что его собеседник, кем бы он, черт его побери, ни был, даже не шевелит губами. – Я знаю о тебе все, Майк, теперь я знаю о тебе все, – когда парень перед ним потерял сознание, Честер поднялся со своего места и сев на кровать расхохотался. – И вы хотели, чтобы это чудо меня раскололо, профессор? Вы меня удивляете, и унесите уже отсюда эту спящую красавицу, он меня утомил, – ложась на свою постель, закидывая руки за голову и закрывая глаза. – Сожру же, мистер Дэлсон, не жаль вам паренька? Вскоре дверь открылась и двое рослых мужчин выволокли бессознательного Майка наружу. - Видимо что-то не то с прибором, – сокрушался профессор. – Такого никогда не происходило. Что он говорил тебе, Майкл? - Спросил, научили ли вы меня, как от него защищаться и да, что случилось с тем, кто был до меня? - Твою мать, – Дэлсон выругался достаточно непечатно сквозь зубы. – Я не слышал, как он говорил с тобой. Последний звук, произнесенный в его комнате, когда ты находился там, это было твое имя. - Но мы говорили достаточно много, я не понимаю, сэр, – Шинода резко поднялся на кровати, но рухнул обратно на подушку – голова шла кругом, его тошнило. - Я говорил тебе, что он необычный. Но я все равно узнаю, ты все еще со мной? - А как же, – вымученно улыбнулся парень и снова провалился в темноту. - Я знал, что смогу на тебя рассчитывать, – проговорил мужчина и оставил своего бывшего студента одного. Майк пришел в себя только через двое суток. - Честер словно вампир, но он питается человеческой энергией, вместо крови. - То есть, вы хотите сказать… - Да, он полакомился тобой, словно хорошим десертом, Майкл. - Ахренеть. Все интереснее и интереснее. Последующую неделю Шинода узнавал обо всех опытах. Ему стопками приносили результаты анализов и Майку казалось, что скоро он сможет зарыться в этом ворохе документов на манер дядюшки Скруджа в его хранилище с деньгами. - Это просто не возможно, сэр, – Шинода растерянно смотрел на диаграмму в своей руке. – Просто не возможно. Человеческое тело не в состоянии выдержать такой температуры. - Вы видели все сами, молодой человек, видели на видеозаписях и в бумагах, – огрызнулся профессор. Он и сам до конца не верил в то, что Беннингтон является человеком, но внутреннее чутье говорило об обратном. - Я хочу поговорить с ним еще раз, с вашего разрешения, разумеется. - Как пожелаешь, я попрошу мистера Хана проводить тебя. - Вы сами не будете наблюдать? - Посмотрю позже, в записи. У меня встреча с очень важными людьми, – и он был таков. Вечером, Майк сидел в комнате Честера, опять напротив него и просто смотрел. Он слушал, как Чес ему что-то говорит, он наблюдал за его жестами и взглядами, но сам молчал, толком не понимая, зачем это делает, и зачем он, вообще, пришел в эту комнату, но ему казалось, что он поступает правильно. - Это было глупо, вернуться сюда, ко мне, – Чес улыбнулся, мягко и как то завораживающе, даже сквозь темное стекло защитных очков, Шинода мог видеть как мерцают карие глаза, тянут в омут своей глубины. - Ты красивый, – зачем то сказал Майк и Беннингтон рассмеялся, закидывая голову назад, выставляя напоказ горло, кожа на котором отливала лунным сиянием. – Очень, – Майку вдруг стало тяжело дышать. – Не надо, Честер, не делай этого со мной, – и молодой человек напротив, подчинился. Он выпрямился на своем стуле и внимательно взглянул на собеседника. - Я могу сделать с тобой все, что захочу, и они ни слова мне не скажут. Ты пушечное мясо для этих людей. - Почему ты так думаешь? – туман в голове рассеялся, но не до конца. - Потому что тебя привезли сюда, чтобы кормить меня. Энергия этих людей на исходе, я сожрал почти каждого, а ты силен. Я выбрал тебя сам. - Что? – Майк попытался вскочить на ноги, но понял, что не может двинуть ни рукой, ни ногой. - Да, – чуть склоняя голову на бок, веселясь от того, как Майк дергается в невидимых путах. – Я сам выбрал тебя. Я видел тебя в голове профессора, я слышал его мысли и то, как он относился к тебе. Ты в курсе, что этот старый маразматик всегда хотел тебя трахнуть? - Ты бредишь. Отпусти меня, – Майк начал успокаиваться, Честер не сможет причинить ему боль, за ними наблюдают. - Подойди ко мне, – и Шинода повиновался. – Ближе, – разворачиваясь так, чтобы оказаться спиной к большому зеркалу на стене, раздвигая ноги и заставляя Майка встать меж ними. – Тебе нравится? – руки Честера расстегивали пуговицы на белом халате оппонента. – Я видел в его голове, что он застал тебя с кем-то из своей лаборатории, это правда? Тебе нравится, когда к тебе прикасается мужчина? – осторожно задирая футболку и кладя ладонь на обнаженный живот. - Прекрати, Беннингтон, это уже не смешно. Он все это выдумал, ни чего такого не было. - Жаль, – отталкивая Шиноду от себя, и тот с удивлением понял, что вновь сидит на своем стуле и халат застегнут, а Честер меж тем уже давно лежит на постели и явно спит хорошим, глубоким сном. - Что у вас там происходило? Почему ты уснул и почему он не говорил с тобой? - Мне показалось, что он забрал меня с собой, в свой сон, сэр, – Майк вяло ковырял в тарелке, и не охотно отвечал своему шефу, который сидел напротив в жажде получить нужную ему информацию. - Объясни, – с требованием в голосе. - Я не заметил, как я заснул. В моем сознании у нас шел разговор, в котором Беннингтон обещал сожрать меня, как и многих, что приходили ранее – эта мысль заставила Майка фыркнуть. Ну и словечки использовал этот субъект, чтобы охарактеризовать свои потребности. - Это все, что он тебе говорил? – Дэлсон явно нервничал. - Да, сэр, – Майк умел хитрить. - Будь осторожен, мой мальчик, – смягчился профессор. – Он коварен. Я думаю, ты читал легенды о вампирах в детстве, и помнишь о том, как они подчиняли и дурманили людей. Честер один из них и пусть он не пьет твою кровь и не боится солнечного света на пару с чесноком и крестом, но он, все равно, продолжает оставаться опасным для нормального человека. - Я понял вас, профессор, – улыбаясь просто на миллион, – и не волнуйтесь, если он что то мне скажет, я непременно сообщу вам об этом, вы можете мне доверять, как раньше. Бред улыбнулся и поднялся из-за стола, относя свой поднос на мойку. - Я рад, что мы понимаем друг другу. А теперь, я бы хотел, чтобы ты отдохнул день-другой, выглядишь очень усталым. Майк кивнул и вновь принялся ковырять еду на своей тарелке, есть расхотелось окончательно. Отдых Шинода провел на поверхности земли. Ему очень захотелось на воздух, к солнцу и зеленой, сочной траве, а еще к теплому и бездонному небу. - Совсем, как глаза у Честера, – вдруг подумалось молодому человеку, и он застыл, словно статуя. Майк сидел на скамейке в парке и смотрел на небо сквозь листву на деревьях, когда в голову закралось сравнение, что небосвод такой же глубокий и такой же пленительно прекрасный, как глаза объекта его изучения, пусть и другого цвета. - Надо что-то делать, – потирая виски. – Профессор прав, этот парень далеко не так прост, каким хочет казаться. - Тебя не было почти неделю. Как там наверху? Воздух все такой же пленительный? – Честер сидел на привычном месте, сцепив руки на столе и жадно вглядываясь в глаза Шиноды, словно пытаясь увидеть все то, что Майк видел за свои выходные. - Я могу нарисовать тебя? - Зачем ты спрашиваешь? – неподдельно удивляясь вопросу. - Не знаю, – японец пожал плечами. – Просто спрашиваю, вдруг ты будешь против? - Тогда ты не будешь рисовать? – подаваясь чуть вперед, улыбаясь краешком губ. - Не буду, – честно, как же это прозвучало чертовски честно, хоть Шинода и понимал, что он лжет. Он будет рисовать, еще как будет. Он будет рисовать его для себя, потому что уже утонул в этом парне, потому что зависим от него, словно наркоман. Самое страшное, что Майк это понял за время, что он провел вне своей новой работы. Не то, чтобы ему не чем было заняться дома, да хоть лужайку перед домом подстричь, нет, ему важно было чувствовать Честера рядом, пусть и за стеной, за несколькими стенами. Майку отчаянно не хватало того понимания, что он может выйти из комнаты, пройти по двум-трем коридорам и он увидит это существо, столь притягательно, как и не познанное. - Завтра у меня новая пытка, придешь смотреть? – Чес закусил нижнюю губу в ожидании ответа. - Нет, не приду. - Почему? Я думал, что вам, ученым, интересно разглядывать под микроскопом вспоротые животы ваших жертв. - Мы не маньяки, Честер, просто хотим знать почему. - Почему что? - Почему ты такой, а не как… - Как все? Какой же ты глупый, Майки, ты тоже не такой, как все. Все мы люди, но мы разные и каждый выделяется из безликой массы по-своему. - Ты только что сказал, что масса безлика. - Как масса да, но вырви отдельного человека и ты увидишь личность, ты даже можешь удивиться какой на самом деле тот же клерк, что встречает тебя с улыбкой в банке или возьми нашего малыша Роба… - Роба? – переспросил Майк. - Ага, тот скромный парнишка из лаборатории, что этажом сверху. - Я не знаю его. - Зря, приятный парень, между прочим, очень интересный в разговоре и должен заметить у него талант, музыкальный талант. - Он был у тебя? - Нет, – отрицательно качая головой. – Но я бы этого хотел. - Тогда откуда ты знаешь? – глаза парня вспыхнули и он подался всем корпусом к Честеру, будто тот сейчас расскажет ему все тайны мироздания и откроет ту заветную, что и привела парня на эту работу. Но Чес лишь загадочно улыбнулся, и Майк вновь пришел в себя…Он сидел за своим столом в кабинете. - Я больше не могу с ним работать, сэр. - Почему? – начальство явно было недовольно. - Он сводит меня с ума, я уже не могу отличить сон от яви и наоборот. - Он является тебе во снах? - Скорее я к нему, он ни когда не выходит из своей комнаты, – Майк сидел перед профессором в его кабинете и пялился в пол, ему было стыдно смотреть учителю в глаза – Шинода сдается, а Дэлсон этого не любил. - Ты привыкнешь, если, конечно, решишь остаться. Он изучает тебя и приходит к тебе, но это не настоящее. Он ничего не может тебе сделать. - А я ему? – хотелось спросить Майку, но он вовремя осекся. Если до него никто не додумывался до такого, то и не стоит им пока подкидывать такую идею, слишком рано, у них и так полно способов заставить его мучится. И когда в голове Майк услышал тихое: «Спасибо», произнесенное голосом Честера, он понял, что прав. - Простите меня за истерику, я не высыпаюсь из-за этого. Дверь за Майком еще не закрылась и только благодаря этому, он услышал, как Брэдли позвонил кому то по коммутатору, приказав следить за Шинодой. - Профессор считает, что я о чем то должен догадаться, что он имеет ввиду? – Майк сидел на привычном ему месте, только вот Честер на этот раз стоял у зеркала. - О чем ты говоришь? - Не делай из меня дурака. Я сам слышал, как он приказал следить за мной. - Я знаю, он приказывает следить за всеми, кто со мной хоть как то доброжелательно держится. Большая часть боится меня, остальные недолюбливают, потому что я бессмертен. - Ты, правда, бессмертен? – Майк поднялся и подошел к Честеру, становясь так же лицом к зеркалу, встречаясь взглядом со взглядом Чеса в отражении, и тот лишь кивнул в ответ, больше ни чего не говоря. - Я бы хотел тепла, Шинода. Тепла и спокойной жизни, но мне не везло: то машина собьет, то какой то придурок пырнет ножом в переулке, а в последний раз так вообще с крыши упал. - Что ты делал на крыше? - Мечтал,– тихо ответил Чес. – Мечтал о тебе. Майк рассмеялся, вышло слегка истерично. - Ты сейчас говоришь, как моя девушка. - Я не хочу, чтобы у тебя была девушка. Я должен быть твоей девушкой, – словно речь шла о каком то пустяке. - Я не интересуюсь парнями, Честер, прости. - Ты врешь себе и мне. Я знаю, что у тебя был опыт с большим Дэйвом из твоего универа. Я знаю, что он был футбольным капитаном и испытывал потребность в сладких мальчиках, которым ты был в свои 19. Я знаю, что это было по обоюдному желанию и длилось почти восемь месяцев. Не обманывай меня, Майк, все таки, я в твоей голове, и врать тут уж точно бесполезно. - Думаю, что я буду единственным, кто будет тебя ненавидеть в этом здании, – и впервые Шинода сам оборвал связь. Придя в себя на жестком диване в своем кабинете, он услышал шум за дверью. - Что случилось? – сонно моргая, ловя первого попавшегося человека. - Этот фрик не просыпается. Уснул и его не разбудить, профессор просто в ярости и хочет знать, кто за это ответственен. - Ахуеть, – выдал Шинода и тоже кинулся к комнате Честера. - Будем говорить только так, – сразу пресекая попытки Майка что-то сказать, начал Беннингтон. - Вернись. - Не сейчас, – качая головой. – Мы должны поговорить, только ты и я. - Уйди из моей головы, Честер, дай ты мне жить спокойно. - Не будет уже спокойно, – подходя почти вплотную. – Посмотри на меня, – и Майк смотрит. Смотрит так долго, что глазам становится больно от яркости того, что он видит, от темноты того, что он видит, от яростного желания, что он начинает испытывать. - У тебя есть девушка там, на верху? – вновь спрашивает Честер и тянется к губам Шиноды. - Больше нет, – мягко отвечает тот и привлекает парня к себе за бедра. – Больше никого нет. - Что меж вами происходит там, куда он уводит тебя? И Шинода не знает, стоит ли говорить своему профессору, что это не Честер уводит его, а наоборот, это он, Майк, уводит за собой Честера. - Вчера мы провели еще пару экспериментов,– и Майк дергается. Он будто физически ощущает отголоски боли, что причинили Чесу. - Это было обязательно, сэр? - Мы должны получить ответы. - Не делайте ему больно, он сам все расскажет. Я обещал вам, что я поделюсь всей информацией, мне нет смысла что-то от вас утаивать, думаю это в моих же интересах. - Ты правильно думаешь, Майк, – похлопав по плечу, словно тот ответил на вопрос экзаменатора. – Совершенно правильно, и я жду от тебя результатов. В этот раз все происходило реально, но Шинода был без очков и без этой хрени в ухе. - Ты в порядке? Присаживаясь рядом с любовником на кровать. - Не совсем. Все болит, но это скоро пройдет. - Я бы хотел помочь тебе, хотел бы забрать твою боль. - Нет, не хотел бы, это слишком для твоего разума, ты бы не выдержал и умер от болевого шока, а хуже – сошел с ума. - Не знаю, какой вариант мне больше нравится, – проводя кончиками пальцев по скуле этого странного человека. - Что там происходит, сэр? – Джо Хан выглядел удивленным, стоя рядом с профессором и наблюдая за происходящим в комнате их «морской свинки». - То, что и должно. Я был прав, когда вспомнил о нем, – довольно улыбаясь. – Скоро мы получим ответы на все свои вопросы. - Скоро тебя запрут рядом, в соседней комнате и будут мучить, – грустно улыбнулся Чес. - Почему? - Потому что ты ключ ко мне. Я не смогу слышать твои крики и видеть раны на твоем теле, я расскажу им все, чтобы только ты был цел. - Что ты им расскажешь? О чем ты, сумасшедший? Эти люди убьют тебя, как только получать эту информацию. - И они убьют тебя, как только все это закончится. Глупый Майк, так и не понял, зачем его сюда привезли, а я же предупреждал тебя с самого начала, – Чес протянул руку и разбитыми пальцами с обломанными ногтями провел по губам сидящего рядом с ним парня. - Все неправильно, должен же быть выход, – прикрывая глаза, наслаждаясь тихой лаской, будто они не сидят запертые в четырех стенах, а вокруг не понатыкано куча датчиков, камер и прослушек. - Есть, только мне надо встать на ноги, как можно быстрее. - Что для этого надо? - Закрой глаза, я сделаю все сам. Майк послушно закрывает глаза и тут же засыпает, видя Честера уже в своем сне. Честер с ним ласков, они занимаются самым жарким и прекрасным сексом в жизни Шиноды и он чувствует, как капля за каплей Чес выпивает его, не прекращая движений внутри, слизывая стоны с его красных от поцелуев губ, ловя крики и встречая сильными ударами своих бедер его. - Я не оставлю им тебя, ты теперь мой, а я твой, – улыбается Беннингтон, аккуратно укладывая любовника на кровать, смотря, как спокойно тот дышит пребывая в беспамятстве. – Так будет лучше, тебе не надо это видеть. Но Майку теперь не обязательно открывать глаза, чтобы знать, что происходит вокруг. Он словно плывет по реке образов и звуков. Он может дотрагиваться до чужих мыслей, как будто они осязаемы, он проникает во все воспоминания других людей. - Посмотри, а мне надо кое-что делать, – и Шинода не успевает ухватиться за такой родной голос, который горит ярче всего в его сознании, Бэнингтон покидает его. - Возвращайся быстрее – шепчет Майк, продолжая купаться в этом мире красок. Когда в комнату Беннингтона врываются люди в полной защитной экипировке, то Бенингтон, наконец-то, отпускает руку покоившегося на кровати Майка. Чес обнажен, но ему все равно, а вот наготу своего любовника он прикрывает лежащим на кровати, в ногах, одеялом. - Я знал, что сработает. Этот парень просто ни мог не привлечь твое внимание, – Бред Дэлсон вошел внутрь помещения, важно выступая и сцепив руки за спиной. – Теперь ты будешь говорить по-другому, уродец. - Не буду, мне больше не чего сказать, профессор, – мягко улыбаясь, лаская взглядом лицо Шиноды. – Вы так до конца и не поняли, это не вы привели его ко мне, не вы его мне подложили, а я приказал вам сделать это. Вы бились со мной почти два года, и только под конец у вас возникла наващивая идея, что вам нужен помощник. Эта мысль свербела у вас под коркой, она прогрызала вашу черепную коробку и, пока вы не позвонили Майку, вы не могли избавиться от ощущения того, что вокруг что-то не правильно, не цело. И это ощущение было моим. - О чем ты говоришь, щенок? - О том, – пристально смотря на своего недавнего мучителя, – что я мог уйти в любой момент, но не сделал этого. Я ждал того момента, когда вы приведете ко мне мою вторую половину. Вы хотели знать, в чем моя особенность? Я выше Бога, я сам есть Бог, я тот, кто был создан наравне с Богом, но не могу творить, а лишь жить и созерцать, пытаясь понять вас, людей. За все эти годы, тысячелетия, я понял только одно – я хочу быть человеком, но для этого мне нужен он, – указывая на Майка, – он ключ, что приведет меня в мир живых. - Ты сошел с ума? Променять бессмертие на жалкие годы, подвергаться болезням, в, конце концов, умереть? - Да, если он будет рядом. - Этому не бывать. Взять Шиноду и запереть так, чтобы ни кто не смог войти, – военные двинулись к постели, но в последний момент остановились. – Чего вы ждете, олухи? Я отдал приказ. - При всем моем уважении, сэр, – начал Хан, – но я бы не стал этого делать. Пока Дэлсон отдавал указания, он повернулся спиной к Беннингтону и не мог видеть того, что творилось за его спиной. Пламя на запястьях Честера мерцало и разгоралось все ярче и ярче, радужка затопила весь глаз и теперь Беннингтон был похож на демона из преисподней, но как только из-за его спины показалось еще несколько рук, те, что были всего лишь татуировками, а под поток взлетели драконы…Вот тогда-то Дэлсону стало понятно, что все это время Честер играл с ним, что он позволил поймать себя, он позволил думать, что все под контролем профессора, он позволил им привести Майка и принял его, будто это была не его идея. - Ты с самого начала планировал все это? - Да, профессор, – к изумлению окружающих, которые пятились к двери и пытались не заметно смыться, голос Честера был все так же спокоен и мягок, что не вязалось с образом разъяренной фурии, стоящей перед ними. - Зачем? - Вы бы не отдали мне его. Скорее всего, вы бы заперли его, вот как хотели сделать это сейчас, чтобы распотрошить меня и смотреть, как мое тело сползается в единый организм из разных уголков нашей страны. Вы бы подчинили меня себе, я бы стал простой марионеткой, а вы знаете, я этого очень люблю. Простите, профессор, но я вынужден это сделать… Майк проснулся с громким криком. Его трясло, тело было в противной, липкой испарине. - Что случилось? – ночник, словно луч солнца, порезал темноту комнаты. - Кошмар, прости, не хотел тебя будить,– стараясь унять дрожь и позволяя любовнику увлечь себя в объятия. - Тшш, я с тобой, тебе нечего бояться. - Я знаю, – хихикнул Шинода, почти приходя в себя. – Я знаю, Чес. Майк снова тихо посапывал рядом, тело перестало бить дрожь, но Честер все ни как не мог выпустить его из объятий. Драконы на спине шевельнулись и заняли привычное место, пламя на руках погасло. - Все в порядке, – успокаивая своих демонов, которые без лишних слов кинулись бы на защиту Шиноды. – Это был просто сон, Майк с нами.

Admin: Название:Остров Пэйр:беннода Статус:завершен Предупреждение:АУ и вообще то навеяно просмотром серии "Полтергейст:Наследие",как то наткнулся и подумал-а почему бы и нет...в общем вот и получилось то,что получилось.Начало мне определенно нравится куда больше,чем все остальное,но тут уж, как меня завернуло в сторону.Судить,одним словом,вам.Приятного чтения. 1. Майк пришел в себя на песчаном пляже. Голова слегка гудела, но в целом он чувствовал себя в полном порядке. Поднявшись на ноги, он огляделся по сторонам – белая полоска песка тянулась, насколько хватало взгляда, чуть брала влево и скрывалась за поворотом, море с одной стороны и лес с другой. - Только этого мне не хватало. Один на каком то острове, – но делать было не чего и Шинода двинулся вперед, наслаждаясь влажным песком под ногами. Возможно, если бы ситуация была бы не столь критична, Майк бы насладился этим местом полностью. Когда идти надоело, а солнце стало нещадно припекать, молодой мужчина принял одно единственное решение, которое ему показалось правильным – в воду. Море приятно холодило разгоряченную кожу, а вода была столь чиста, что если бы не соль, Шинода бы вдоволь напился. Когда он развернулся и поплыл к берегу, то увидел на песке, рядом со своими вещами, сидящую девушку. - Привет, – Майк немного смутился своей наготы, но поняв, что девушка осталась довольная видом, расслабился. - Привет, – Шинода натянул трусы и поднятой футболкой вытер волосы. - Новенький? - В каком смысле? - Я Анна, пошли, я проводу тебя к остальным, там и поговорим. Майк подхватил остальные вещи и побрел вслед за девушкой. Пройдя чуть вглубь леса, он и Анна вышли на поляну, где из веток деревьев, листвы и прочего подручного материала, были сооружены не большие дома – шалаши. - Мы тут живем. Все, кто оказался на Острове. Пока они подходили, в центре поляны стал собираться народ. Все с интересом разглядывали новеньких. Тут были и мужчины и женщины, старики и дети. Шинода вертел головой туда-сюда, пытаясь понять, что это за странная община. - Все мы попали на Остров в разное время, – вновь начала говорить девушка, – но ни кто не помнит как и почему это произошло. - Я тоже не помню. - Добро пожаловать к нам, кстати, – игриво подмигнула Анна, – ты так и не назвал своего имени. - Я Майк Шинода, – парень все еще не верил в то, что это происходит с ним, какая то фантастика да и только. Одним словом бред. - Привет, чувак, я Джо, – парень, такой же азиат, как и сам Шинода, протянул ему руку. – Добро пожаловать в нашу семью, – не очень то весело улыбнулся кореец. - Спасибо, – Майк вернул улыбку и рукопожатие. – Я Майк. - Слышал, – Джо моментом уволок его от девушки, что нашла его на берегу и потащил знакомиться с остальными. Из всех людей, по примерным подсчетам Майка, их было человек двадцать, Джо Хан общался лишь с немногими. Нет, общался он со всеми, Хан вообще оказался болтливым и каким то жизнерадостным, но тесно общался лишь с четырьмя парнями – Робом (застенчивый парень лет двадцати), Бредом (бородатый, хоть и молодой, с глазами пророка), Фениксом, а в миру просто Дэйвом (рыжий ирландец, любитель выпить, судя по улыбке и хмельному блеску) и Честером (застенчивым молодым человеком, возрастом Шиноды, но комплекцией не сформировавшегося юнца). Жизнь завертелась и закрутилась на этом странном Острове, где не было хищников, не было проблем с пресной водой и едой, чему по первости Майк удивлялся, а потом перестал. Ему нравился такой отдых аборигенами, ему нравилась эта жизнь дикаря, но он скучал по своей прежней. Да, и не только он, если уж говорить откровенно. Вечерами все садились у костра и пока самые маленькие из них не засыпали, травили сказки и байки, чтобы малышам лучше спалось без родителей, а когда их укладывали в свои кроватки, то взрослые тихо возвращались к костру и каждый рассказывал что-то из своей прежней жизни. В какой то степени это помогало не отчаиваться. Иногда на горизонте появлялись корабли, но толи они не видели сигнального костра, который разводили тут же, толи просто не обращали внимания на кучку людей, застрявших посреди океана. - А вы не пробовали уплыть? - В каком смысле? – Бред ковырял в своей миске что то фруктовое. - Ну, сделать там лодку и уплыть? - Пробовали, – влезла в разговор Анна и подсела к японцу. Молодой парень явно ей нравился, и она всячески старалась привлечь его внимание. – Только течение тут такое, что оно просто пригоняет лодку обратно. - Ага, – согласно кивнул присевший рядом Феникс и смачно хрустнул салатом. – Так оно и есть. Шинода поник на какое то время, но потом решил, что грустить не стоит. По меньшей мере, ломки у него нет и это уже хорошо. По первой Майк боялся именно этого. В мире шоубизнеса, в котором он варился уже не первый год, Шинода слыл алкоголиком, дебоширом и наркоманом. В общем то, все это было не правдой, кроме последнего. Майк прочно сидел на героине, накачивая себя почти постоянно, потому что тело требовало и требовало очередной дозы. А тут тишина и покой. Ни кто не лезет со вспышками своих фотоаппаратов, нет постоянных интервью и фото сессий, нет концертов и толп фанатов, которые орут, стоит только показать носок своих кед из-за кулис. Нет чертовых тусовок и прилипчивых баба, что лезут к тебе в штаны, только из-за твоего счета в банке и популярности. Майк дышал полной грудью, только вот иногда хотелось гитару и свое любимое пианино. Мелодии рождались в его голове одна за другой, только вот не было возможности их сыграть. В очередной раз, бредя по пустынному пляжу, Майк свернул куда-то за скалу, где был источник пресной воды и не большой водопад, который использовали на манер душа. Он хотел было уже повернуть назад, когда услышал мелодичный голос, пробивающий сквозь звук падающей с высоты воды. Шинода замер на месте и, сам не зная почему, тихонько двинулся в сторону водопада, стараясь ступать мягко, чтобы не быть замеченным. Честер стоял под водой, наслаждаясь каждой секундой проведенной под этими струями. Он мог закрыть глаза и представить, что он дома. Что сейчас утро и он просто принимает душ, а потом поедет в кафе, где встретится с приятелями и они все вместе отправятся на пляж, кататься на доске и вообще жить на полную катушку. Только вот когда он открывал глаза, то возвращался в серую реальность. Ему нравился Остров, Честер был в полном восторге от близости моря, его чистоты, от погоды, в какой то момент его даже перестало удивлять то, что на этом Острове все для его обитателей, словно кто то следит за тем, чтобы вся их не большая деревушка ни в чем не нуждалась. Даже этот чертов водопад, вода которого, казалось бы, должна была быть ледяной, была теплой и мягко. Бэнингтон пел, когда был в одиночестве. Ему нравилось это занятие, на какое то мгновение уходили тревоги и печаль, грусть и тоска по родным и любимым ему людям. А Майк сидел «в кустах» и жадно смотрел на обнаженного парня в воде. До этого он не видел Чеса без одежды, да он вообще до этого, не засматривался на голых парней. В паху сладко заныло, Майк слегка сжал член сквозь ткань шорт и закусил нижнюю губу. Парень перед ним был слишком хорошо, лучше чем какя-либо виденная Шинодой до этого девушка. Узкие, стройные бедра, упругие полушария ягодиц, чуть кривоватые, но от этого не менее притягательные ноги и эта чертовски красивая татуированная спина. Хотелось вылизать Бэнингтона полностью, взять его, сделать своим. Особенно, когда Честер вот так вот запрокидывал голову, подставляя лицо под струи воды, поворачиваясь, выставляя на показ шею, грудь, плоский, чуть впалый живот и дорожку темных волос от пупка, что уходила в низ, к паху. Майк сглотнул и тихо застонал. Зрелище было возбуждающе. Музыкант прожил на этом Острове уже две недели, но до этого не думал о молодом парне, что сейчас так красиво изгибался под водопадом. Майк вообще не думал о сексе за все это время, хотя Анна ему намекала, да и не только она. Видимо здешние девушки все же узнали его, ну или хотя бы он был привлекательнее других. Хотя тут Майк бы поспорил, все дело, скорее всего, было в его новизне, в том, что он недавно на Острове. Подходя к лагерю, в голове Шиноды вертелась только одно имя – Честер. Шинода не льстил ни себе, не своим эмоциям – это была похоть и длительное воздержание и, просто по сравнению с другим народом, что находился рядом, Чес порядочно выигрывал. Смущенный, вечно застенчивый, он не смотрел ни кому в глаза когда говорил, казалось, что он боялся сказать лишнего и вообще вечно смущался, стараясь быть в одиночестве или так, чтобы его ни кто не заметил. Он всегда особняком сидел у костра, чуть поодаль, нежели остальные взрослые и наслаждался видом звездного неба, шевеля губами, как сейчас понял Майк – Честер тихонько напевал. - От тебя фонит возбуждением, Майк. - С чего ты взяла? – Шинода поморщился, опять эта надоедливая девчонка. - У тебя стоит, – она стрельнула глазками в область паха, где действительно выпирал приличный бугорок. - Ну и что? - Просто хотела знать, кто так тебя завел, что ты аж горишь весь. На горизонте появился Честер. Анна удивленно посмотрела на него, Бэнингтон шел именно с той же стороны, откуда пришел Шинода, а потом перевела взгляд на красного, как рак, Майка. - Это был он? – не веря тому, что говорит. – Этот сопляк и тряпка так завел тебя? Шинода сузил глаза и гневно взглянул на девушку, но ответить не успел, Чес поравнялся с ними, кивнул и прошел мимо. Он улыбался, и от этой улыбки Майку стало как то все равно, что городит эта барышня, которая его не привлекла бы, даже если бы на Острове были только они вдвоем. Еле дождавшись вечера, Майк подсел у костра к Чесу. - Почему ты всегда один? - Я не очень схожусь с людьми, – Бэнингтон рисовал палочкой на песке какие то узоры. - У тебя красивые таттушки. - Я знаю, это рисовал один мой друг. - Друг? Он художник? - Нет, просто любит рисовать. Майк сидел и не знал, что еще сказать, этот парень явно не желал поддерживать разговор. - Кем ты бал там, в том мире? - Ни кем, – Бэнингтон горько улыбнулся. – Хотел быть музыкантом, но не получилось. - И чем ты занимался? - Да какая тебе разница? – грубо ответил Честер и направился вглубь леса. - Прости, – Майк догнал его и пошел рядом, делая вид, что не замечает того, как Честер пытается отделаться от навязчивого парня. Бред и Хан переглянулись, Анна фыркнула, еще пара девушек непонимающе переводили взгляд с троицы и на тех двоих, что постепенно удалялись в леса. - Зачем ты за мной идешь? - Потому что ты мне нравишься. Майк остановился и присел на поваленное дерево. - В каком смысле? – не доверчиво глядя исподлобья. До этого парня ни кто не проявлял внимания к этому тихому Честеру, только одна девица – Саманта, да и то потому, что она была, в тот момент, новенькой, но вскоре и ей надоело бегать за замкнутым и нелюдимым молодым человеком. - А в каком ты хочешь? Бэнингтон заалел, поняв двусмысленность этого вопроса. Там, в большом городе, Честера не очень любили за его пристрастие, а заключалось оно в том, что Чесу нравились мужчины. Бэнингтон тряхнул своей хорошенькой головкой и не уверенно взглянул в глаза Майка, поражаясь тому, что этот отнюдь не уродливый молодой мужчина хочет его, а то, что Майк хотел, было видно не вооруженным взглядом. - Ты торопишь события. Думаешь, что раз раскусил меня, то я тут же полезу к тебе в шалаш? – буркнул Честер. Майк внимательно смотрел на него, не отпуская взгляда, а потом рассмеялся, так искренне и задорно, что Чес невольно заулыбался. - Глупый ты, Бэнингтон. Просто ты мне нравишься, вот и все. Я не собирался тебя трахать или что то в этом роде, – Шинода сделал в воздухе какой то витиеватый жест. – Но не буду отрицать, что я не проч. - Ты же любишь девушек, от тебя разит гетеро. - Так и было, пока я не увидел тебя, как пришел в ваш лагерь, – тут Майк конечно же врал, но Бэнингтону было не обязательно об этом знать. – Ты давно на Острове? – поднимаясь со своего насеста и придвигаясь к Честеру. - Что? – парень погрузился в свои мысли и не заметил того, как Майк оказался рядом с ним. – Несколько месяцев. - И все это время к тебе ни кто не прикасался? – мягко привлекая парня к себе. - Дэйв очень красивый. Он сильный и…и сильный, – Чес подался вперед, наслаждаясь объятиями. Ему не хватало ласки и заботы. В большом городе у него не было постоянного партнера, но друзья постоянно обнимали его, журили, словно мальчишку и просто были рядом, даря свое тепло и опеку, а тут была полная изоляция, что Честер переживал очень и очень сильно, тая все внутри себя. - Можно я поцелую тебя? – и, не дожидаясь ответа, Шинода чуть наклонил голову и коснулся губ парня своими губами. Поцелуй вышел смазанным, если не сказать ни каким. Чес был слишком напряжен, а Майк хаотично соображал, чтобы такое придумать, дабы не накинуться на парня здесь и сейчас По этому они то и дело сталкивались зубами, японец не сильно прикусил нижнюю губу партнера, а носы так и вовсе оказались ненужными частями тела сейчас. Но все разрешилось само собой – послышался треск веток под ногами и из-за деревьев появился Феникс, он улыбался. - Пойдем к костру, парни. Там Бред собирается что то интересное рассказывать, а без вас начинать не хочет. - Уже идем, – Майк улыбнулся здоровяку и повернулся к Чесу, который все это время, казалось, не дышал в объятиях японца. – Ты как? – проводя большим пальцев по припухшей нижней губе парня. - Не знаю, – Честер искренне смотрел в темные глаза потенциального партнера и ни как не мог понять какие же чувства он сейчас испытывает. С одной стороны жгучий стыд, что их застал Феникс, с другой радость от того, что Шинода не оттолкнул его при появлении другого человека. - Пошли? Чес кивнул, и они вернулись на поляну. В этот раз, Майк сел рядом с Бэнингтоном, в открытую обнимая того за талию и согревая своим теплом. Все же ночи были достаточно прохладными. 2. Как бы глупо это ни звучало, но парни стали жить в одной палатке, делить кровать на двоих и большую часть времени проводили вместе. Кто то это осуждал, а кто то откровенно радовался такому повороту событий, но и те и другие молчали и не подавали вида, что им это как то мешает или устраивает. Майк лежал на спине и о чем-то думал. Мелодия в голове ни как не давала ему покоя, и он стремился запомнить ее, чтобы, когда он вырвется отсюда, записать и сыграть ее. Это определенно был хит. Честер валялся радом с ним на животе и читал какую то книгу. Как и раньше, Остров давал им то, в чем они нуждались. То тут, то там появлялись необходимые им вещи, книги входили в их число. Бэнингтон повернулся к своему возлюбленному и мягко улыбнулся. За эти недели, что он был с Майком, его жизнь кардинально изменилась, да и он сам чувствовал, что меняется внутри себя. Ему стало нравиться проводить время с окружающими, когда он понял, что ник то не смотрит на них косо, разговорить с Бредом, гонять мяч с Фениксом, мечтать на пляже с Робом и чинить разные приколы с Ханом. Больше всего, конечно же, Честер любил проводить время со своим парнем, занимаясь с ним любовью или же просто наслаждаясь его теплом. - Мечтаешь? – Майк положил ладонь по верх белья Чеса и сжал его попку. - О тебе, – кивнул парень и улыбнулся, стараясь прижаться сильнее. - Ммм, понятно, – удовлетворенно протянул музыкант и провел пальцами по ложбинке меж аппетитных полушарий. - Хочешь меня? – переворачиваясь на спину, раздвигая ноги и обожающе глядя на любовника. - Всегда хочу, – прошептал Майк, откровенно любуясь своим партнером. – Не знаешь, как сильно. - Ты же не бросишь меня? – после поцелуя спросил Честер. - С чего ты взял? – Шинода выглядел очень удивленным сменой разговора, да и с чего Честеру спрашивать об этом, во время занятий сексом? - Мне показалось, что ты скоро уйдешь. - Уйду? – целуя шею, слегка покусывая и засасывая кожу на ней. – Куда я от тебя уйду? – начиная вылизывать горячую плоть. – Я весь твой, Чести, только твой. Тихий стон сорвался с губ Бэнингтона, когда горячий, влажный рот обхватил его ствол, Майк почти целиком заглотил член любовника, начиная ритмично двигать головой вниз-вверх, помогая себе рукой, перекатывая в ней яички партнера, щекоча чувствительный сфинктер, наслаждаясь близостью не хуже самого Честера, упиваясь звуками, что издавал парень под ним. А через две недели Майк пропал с Острова. Анна смеялась над Бэнингтоном, зло подшучивая, хотя и сама боялась не хуже него. В этом по большей части и заключалась самая большая загадка этого места – иногда люди, которые могли жить здесь годами, по непонятным причинам просто исчезали. Они растворялись в воздухе. Был человек, а вот уже пустое место и ни следа во круг. Так же было и в этот раз. Майк стоял и улыбался, глядя на то, как плавает Чес, как тот резвиться в воде. Он хотело было присоединиться к любовнику в море, как тихо вскрикнул и…на песке, где он стоял, не осталось даже следа. Бэнингтон переживал тяжело утрату любовника. Он знал, что так будет, он предчувствовал, что Шинода покинет его, но до конца в это не верил. Возможно, еще и из-за этого, молодой человек старался не сближаться с людьми на этом Острове, рано или поздно они все исчезали, только Чес был тут постоянным гостем. Шинода с трудом открыл глаза, подавив грудной стон. Было ощущение, что под веки насыпали песка, так ему было больно. - Я рад, что ты очнулся, парень, – его друг стоял рядом с ним и сжимал руку. – Ты провел в коме почти две недели, врачи опасались, что ты вообще не придешь в себя. Майк силился что-то сказать, но трубка в его горле мешала, все, что сейчас было ему важно, это Честер, который плывет по волнам, ныряет, а потом заливисто смеется, когда Майк начинает нервничать, что тот долго находиться под водой. Выздоровление шло медленно. Майк отказывался говорить с кем-либо и отвечать на какие-либо вопросы. Он смотрел в окно, за которым моросил дождь и мечтал опять уснуть, провалиться в беспамятство, чтобы вернуться к своему любовнику. Раю не знал, что и думать. Между тем, Майк узнал о том, что на одной из вечеринок, примерно пару недель назад, он так сильно накачал себя алкоголем и наркотой, что его организм отправился в длительный нокаут. Его транспортировали в ближайшую больницу, там сделали промывание желудка и крови, и осталось только время ждать, когда Шинода очухается и случиться ли это вообще когда-нибудь. По всем прогнозам врачей, этого случится было не должно, но Райан в это не верил и продолжал день за днем дежурить в палате друга и одногруппника. С одной стороны, Майк был рад, что пришел в себя, с другой, возникал вопрос – если все это время он был без сознания, то, какого хрена, он отчетливо помнил и Остров и людей на нем? Почему он до сих пор может ощущать вкус Честера на своем языке, слышать его мяукающий смех, который жаром окатывал его по позвоночнику и зажигал чресла так, как ни одна девушка до этого, почему он так отчаянно скучал по парню, которого и вовсе не существовало? Рассказы о том, что таблойды просто взорвались, когда в прессу поступила информация о чудесном возвращении с того света знаменитого Майка Шиноды, направленные на то, чтобы поднять музыканту настроение, провалились. - Раю, сделай одолжение, – прошептал японец. Голос почти не слушался, Майк слишком давно не разговаривал, только на вопросы врачей и отвечал, но лишь на те, что касались его состояния. - Все, что угодно, чувак, если это поможет тебе стать собой, – долговязы парень придвинулся к кровати друга. - Мне нужно найти одного человека. Его имя Честер Бэнингтон и…возможно он в какой то больнице и сейчас без сознания. Когда Майка выписывали, у него был четкий адрес того центра, где к аппарату, вот уж восьмой год подряд, был подключен Честер Бэнингтон, прибывавший все это время без сознания. Он не менялся внешне. От долгого лежания его организм ни как не повреждался, парень, словно был забальзамирован, сохраняя свое первозданное состояние. Первым же рейсом, музыкант вылетел в Феникс. Монотонное пиканье приборов искусственного жизнеобеспечения, бледный Честер на белых простынях и ни кого вокруг. - Приходил один парень, почти каждый день приходил, но больше не приходит. - Вы его не отключили до сих пор, почему? - У него нет видимых причин быть бес сознания, его организм, как часы, работает просто на ура. Ни кто не знает из-за чего он не приходит в себя. - А что с ним случилось? – Майк смотрел на такое любимое лицо и не мог поверить, что это все правда. Вот на Острове все было реально. Там был Честер. Там был звонкий, радостный, трогательный, живой Честер, а это просто тело. - Где же, черт побери, я был? – но Майк так и не находил ответов на свой вопрос. Шинода снял квартиру не далеко от больницы. Он приходил каждый день и приносил цветы. Медсестры, узнавая его, хихикали и просили автографы, иные откровенно строили глазки, но мужчине было все равно. Сейчас вся его жизнь, вся его музыка заключалась в ровном биении сердца и стабильном пульсе, что отбивала машина. - Я не знал, что это так больно, когда теряешь кого то, – Майк уже отчаялся. Он понимал, что если за все эти годы парень так и не очнулся, то за пару недель, что Майк рядом, он уж точно не придет в себя. – Ты возвращайся ко мне, нам и тут будет хорошо. А, если ты захочешь, то я куплю какой-нибудь остров и мы будем жить там только вдвоем, ты и я. Вернись, Честер. Мне плохо без тебя, очень плохо. - Вы кто? – высокий темноволосый парень стоял в проеме дверей в палату. – Мне позвонила одна из медсестер и сообщила, что к Чесу пришел посетитель. - Я Майк Шинода. - Я тебя узнал, – небрежно кивая в ответ на протянутую со стороны музыканта руку. – Я спрашиваю кто ты ему такой? – кивком головы указывая на бессознательного Бэнингтона. - Дру,г – прошептал Шинода. - Если бы ты был его другом, я бы видел тебя раньше. А так как у Честера не было знакомых такого полета, как ты, я все же спрошу тебя еще раз… - Я пришел в себя не так давно, пару месяцев назад. Я был в коме…не знаю где я побывал, но я провел несколько месяцев с Честером на Острове. - На Острове? – вот теперь молодой человек был явно удивлен, он не ожидал такого ответа. - Как твое имя? - Райан. - Смешно, – Шинода улыбнулся, – у нас и друзья с одинаковыми именами. Честер поддержал меня, когда мне было плохо там, с той стороны. Я пришел в себя и думал о том, что это был лишь сон, игра моего воображения, которое просто получило передоз. Но как только Раю сообщил, что нашел похожего паренька, как я тут же примчался. - Просто похожего? - Ты не понимаешь, – Майк начал заводиться, – я знаю каждую родинку на его теле, каждый шрам, каждый штрих его татуировок. Я люблю эту спящую красавицу и не знаю, как заставить его выйти из этого состояния. - Врачи не сказали тебе? – чуть позже спросил Райан. - Что они должны были мне сказать? – благодарно принимая из рук собеседника флягу с джином. Молодые люди сидели в коридорчике перед палатой, постоянно пикающий аппарат раздражал и вгонял в уныние. - Он просто уснул, понимаешь, Майк? Не было ни каких предпосылок. Просто в один не слишком прекрасный день, Честер уснул и больше не проснулся. Он не открывал глаз и ни кто не знает, что побудило его организм уйти в отключку, что послужило толчком. Он не меняется. Я постарел за эти годы, а он нет. Словно из воска и он все такой же красивый. - Ты любил его? - Люблю, – Шак улыбнулся краешками губ, – но ни когда не говорил ему об этом. Может, если бы я признался, он не чувствовал бы себя столь одиноким и не был бы таким потерянным. Шинода молчал, ему не чего было сказать на это, он ведь тоже ни разу так и не сказал любовнику, что любит его, думая, что он просто на обычном острове и рано или поздно их заберут и Чес останется с ним, обязательно останется. Утро следующего дня встретило Майка в больнице суматохой медперсонала и большим количеством прессы. - Что происходит? – поняв, что и те и другие столпились у палаты Честера. - Парень, что лежал тут столько лет, очнулся. Майк растолкал всех на входе и прорвался внутрь палаты, хоть и с трудом. - Чес, – он смотрел на сидящего в постели Бэнингтона, который крутил головой в разные стороны и выглядел каким-то потерянным и испуганным от такого пристального внимания к своей персоне со стороны такого количества людей. - Майк, – не уверенно позвал он, мечтая о том, чтобы стоящий рядом с кроватью Шинода был не его галлюцинацией. - Я рад, что ты вернулся. Им было плевать, что со всех сторон неслись вопросы, работали фотовспышки и скрипели карандаши по бумаге, они упоенно целовались, наслаждаясь такими давно забытыми ощущениями принадлежности друг другу. - Я люблю тебя, – тихо прошептал Майк в самое ушко возлюбленного. - Не бросай меня. - Больше ни когда. Ждать выписки пришлось еще несколько дней, за которые Честера тщательно обследовали, сняли все показания и взяли с него слово, что, если что то произойдет, он немедленно вернется. Шинода лишь фыркнул. В эту дыру они не вернуться уж точно. У Майка связи и деньги, он будет консультироваться у лучших врачей, если понадобиться. А сейчас главное забрать Бэнингтона из этого пропахшего болезнью и лекарствами здания. - Ты как? – Майк выруливал с больничной стоянки. - Не знаю. Не привычно, столько всего изменилось в окружающем мире, – жадно смотря во окно. - Это точно, почти восемь лет, приятель, что же ты хотел, прогресс, мать его, – Майк не сильно хлопнул его по плечу, а потом, буквально на секунду, положил руку ему на бедро и чуть сжал, вновь возвращаясь к дороге. - Куда ты меня везешь? - Я снял квартиру не далеко от больницы, а потом, если ты будешь не против, мы переедем в мой дом, это в Лос-Анджелесе. - Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой? – Честер смотрел во все глаза на любовника из своего сна. Ему до конца не верилось, что он сейчас в реальном мире, не на Острове, и, что Шинода реально существующий человек, анне плод его воображения. - Тебя что то или кто то тут держит? Судя по тому, что кроме Шака на тебя все забили, я уверен, ты сможешь забить на них в ответ. Мы начнем все по новой, Чес. Ты и я, только мы. - И целого мира мало, – процитировал молодой человек, истерично хихикнув. – Ты сумасшедший, Майк, ты в курсе? Ты же не знаешь меня толком. Мы с тобой познакомились черт знает где, а ты… - А я везу тебя к себе домой, предлагаю тебе жить со мной, остаться со мной и больше ни когда в жизни не быть одиноким. Честер все еще с сомнением смотрел на любовника. - Ты серьезно? - Вообще-то нет, – Шинода коварно улыбнулся. – Просто, у меня ни когда не было такого жаркого секса и я готов хоть сейчас, в этой машине, вспомнить, как мы развлекались на берегу. Ты помнишь, Чес?, – мельком глядя на Бэнингтона, тот же, густо краснея, отвернулся к окну. – Помнишь, еще как помнишь. Так что вот так вот, милый. Согласен? - На вечный трах с тобой, в твоем доме? - Да. - У меня есть выбор? – Честер веселился, подхватывая игру своего друга. - Нет, я все равно привезу тебя к себе, привяжу к кровати и изнасилую, если не дашь сам. А потом еще раз и еще. - А если мне понравится? - Этого я и добиваюсь. – Майк весело рассмеялся, запрокидывая голову. Жизнь удалась, это точно, но купить остров, все же, надо. Майк блаженно улыбнулся. Скоро они будут дома, а там будет и секс, и любовь, и ругань, и драки, и эта пресловутая бытовуха. Они же мужики, в конце концов, как же тут без скандалов и мордобоя, но японец был готов ко всему, главное, чтобы Честер был счастлив и улыбался, вот прям как сейчас - ласково, нежно и трепетно.

Admin: Название:нет - Она то и дело коротко взглядывала на него, словно желая убедиться, что он не отвлекается. Он не отвлекался ни на секунду. Он набух, отвердел и был готов для нее еще до того, как она дошла до средней пуговицы на его рубашке. Теперь он стоял перед ней обнаженный над кучкой одежды, давая ей возможность смотреть на него сколько угодно, – прочитал Честер и громко расхохотался. – Это надо запретить печать и продавать. - Что ты там такое читаешь, Чес? – Шинода выглянул из ванной, вытирая голову полотенцем. - Какой-то дамский романчик. - Откуда он у тебя? – МС подошел к кровати, на которой валялся обнаженный рокер. - Тут лежал, на тумбочке, рядом. Я просто листал и наткнулся на это. Не мог не процитировать. Шинода откинул полотенца, усаживаясь рядом с любовником, аккуратно вытаскивая из его рук книгу, откладывая ее в сторону. - Почитаешь позже, – глаза в глаза, начиная целовать тонкие пальчики любовника, посасывая их, вызывая тем самым тихие всхлипы Бэнингтона. Рокер расслабился и позволил Майку делать все, что тот пожелает нужным. Шинода тем временем навалился всем своим телом, подминая Чеса под себя, жадно целуя того, куда дотянется, вылизывая шею и подбородок, покусывая кадык и впиваясь жадно в губы. - Ты прекрасен, – смотря на Честера сверху вниз, опираясь на руки, пробормотал Майк. Бэнингтон тяжело дышал, глаза его были затуманены желанием, он постоянно облизывал тут же сохшие, припухшие от поцелуев, губы и это выглядело так…так не пристойно, что Шинода рычал от удовольствия и жажды обладания. - Она хотела его почти неприлично, – прошептал Честер и Майк несколько раз удивленно моргнул. - Что? – не понял он. - Цитата…я успел прочитать немного этой порнушки для женщин, – Чес тоже приподнялся на локти и потянулся к мужчине за очередным поцелуем…но Майк расхохотался в голос, скатываясь с Бэнинтона и падая радом на спину. - Твою мать, Честер, только ты способен цитировать женские романчики в постели, отбивая желание трахаться. - Так быстро падает? – хмыкнул Чес, еле сдерживая улыбку. - Вот еще, – фыркнул, успокоившись МС. – Иди сюда, – перекатывая Честера на себя, двигая бедрами так, чтобы их члены слегка терлись друг о друга. – Что еще ты там прочитал, к чему мне быть готовым? - Она тихо вскрикнула, когда их тела сошлись настолько близко, что соприкоснулись, – прошептал Честер на ухо любовнику, Майк хихикнул и прикусил мочку его уха, а его руки, тем временем, легли на упругие половинки, сжимая их и оглаживая. - Давай дальше, что еще ты там запомнил, чтобы мы не прерывались на это в процессе, – репер улыбался, он знал, что вскоре Честеру станет трудно говорить из-за удовольствия, что принесут ему манипуляции Шиноды, но этот засранец сам нарвался. Теперь будет играть так, но уже по правилам Шиноды. - Я не помню, – прошептал Чес, опасаясь того, что голос подведет и в нем проскользнут умоляющие нотки, чувствуя, как облизанный Майком палец погружается на одну фалангу, раздвигая тугие мышцы. - Дальше, Чести, – щекоча дыханием чувствительную мочку, ощущая давления мышц, которые плотным кольцом обхватили средний палец. – Такой тугой, давно я тебя не брал. - Ты вообще давно не обращаешь на меня внимания, – проскулил рокер и подался чуть назад, на палец, потом обратно, сильнее прижимаясь к телу МС, усиливая трения меж их членами. - Прости, моя вина, соглашусь, – пытаясь протолкнуть второй палец в узкую дырочку. - Она чувствовала себя еще больше девственницей, чем всегда, – зашипел Бэнингтон, морщась от боли. – Осторожнее. - Может ты сам тогда? – Шинода ухмыльнулся и убрал руки, полностью ложась на кровать и переставая двигаться. - Может и сам, – лукаво прошептал Честер и стрельнул глазками. Ему нравилось когда Майк давал ему инициативу в свои руки, при этом, и Честер это знал точно, Шинода руководил им в тихую, просто позволяя думать, что все идет так, как того хочет рокер. И, что уж таить, Бэнингтон наслаждался этой властью, этим подчинением более сильному, доминирующему мужчине. Майк для него был самцом, и Честер готов был вилять и вертеть перед ним хвостом до тех пор, пока МС это не надоест и он не трахнет его, нагнув над ближайшей горизонтальной поверхностью. - Задумался? Тебя направить? – Шинода чуть двинул бедрами и его член с сочащейся смазкой головкой оставил влажную дорожку на животе Бэнингтона. - Я сам справлюсь, – фыркнул Чес и сполз вниз, почти тут же начиная облизывать и заглатывать член Шиноды. Майк прошипел сквозь зубы что то нелицеприятное и матерное, но остался на месте, хотя хотелось обхватит Честера за голову и упоенно трахать того в рот и репер был уверен, что Честеру это бы понравилось. Бэнингтону вообще нравилась грубость со стороны любовника, до разумных пределов. - Под подушкой смазка, – просипел Шинода. - Я знаю, сам туда клал, – довольно усмехнулся Честер, продолжая уже рукой терзать плоть своего мужчины. - Так достань ее или я подомну тебя под себя и так отделаю, что завтра сидеть не сможешь, – прорычал Майк. - Может я этого и добиваюсь? Может, я хочу, чтобы ты взял меня сильно, жестко, чтобы слезы из глаз? Может, я хочу быть твоей маленькой шлюшкой сегодня, сучкой, с которой ты сможешь делать все, что пожелаешь, как тебе такой расклад, Шинода? - Ты сам напросился, – со звериным рыком, подминая Честера вновь под себя, закидывая его ноги на плечи и упираясь головкой возбужденной плоти в сжатое колечко мускулов. - Будет больно? – ущипнув любовника за сосок, невинно поинтересовался рокер. - Будет, – уверенно кивнул Майк и резко двинул бедрами. Восемь хороших красных, глубоких царапин разом осталось у МС на плечах, когда Честер закричал, почувствовав вторжение. - Твою мать, слишком сухо и туго, – Майк все же протянул руку и достал смазку из-под подушки, выдавливая ее себе на член, размазывая и вновь пытаясь войти, на этот раз головка проскользнула внутрь. - Гребаный ублюдок, – Честер шипел, из глаз текли слезы, – двигайся, я хочу еще. - Мазохист, – усмехнулся Майк, но двинул бедрами, почти тут же загоняя себя в жаркий и тугой канал. С каждым новым движением и толчком, Чес вскрикивал все сильнее, он подавался бедрами на встречу движениям Майка, он звал его по имени и выстанывая его, царапая плечи и грудь, разрываясь между желаниями кончить и чувствовать себя так, как сейчас, всегда. - Поцелуй меня, сейчас же, – скомандовал Бэнингтон, сдерживая оргазм из последних сил. Майк лишь усмехнулся и мягко коснулся губами губ любовника, что и стало последней каплей – Честер дернулся, сжимая Шиноду внутри, кончая ему и себе на животы, тихо скуля и шепча имя мужчины, чувствуя, как Майк выплескивается внутри него, как семя обжигает воспаленный стенки его прохода. - Псих, – Майк мягко перебирал волоски на шее рокера, тот лежал на животе и мурчал от удовольствия. - Но это было круто, – раздалось из вороха подушек, Честер улыбался. - Да уж, – рассмеялся Майк, – а все твои романы… -То есть, если бы я не процитировал тебе пару строчек, ты бы меня не трахнул? – удивленно приподнимаясь и смотря на любовника. - Я бы взял тебя по любому, просто сделал бы это мягче. Уже на грани сна рокер подумал о том, что в следующем городе он обязательно заглянет в книжный магазин.

Admin: Название:нет Пэйр:беннода (Майк сверху) Статус:завершен Честер вошел в студию достаточно тихо, чтобы не быть замеченным Майком. Шинода что то с упоением слушал, делая какие то пометки и улыбался, явно наслаждаясь проделанной парнями и им самим работой. Потянувшись за бумажным стаканом с кофе, МС уже хотел сделать глоток, поднося стакан к губам, когда руки Чеса легли реперу на плечи и тихий голос произнес прямо на ухо: - Бу! От неожиданности Шинода дернулся, проливая кофе себе на штаны, громко матерясь, при этом слыша тихое хихиканье у себя за спиной. - И вот на фига? – разворачиваясь в кресле и смотря на Честера, который зажимал рот ладонью, чтобы не ржать в полный голос. - Не знаю, – проговорил Бэнингтон, так и не убрав ладони ото рта. - Ну и придурок же ты, Честер, – улыбнулся Майк. – А если бы оно было горячим. - Но оно же не горячее, – наконец то убирая руку и улыбаясь во весь рот. – Тем более, на твоих штанах пятно видно не будет. - Потом может и не будет, а сейчас выглядит так будто я обоссался. - Маааайки, – протянул Честер, – ты ходишь под себя? А я и не знал. Надо будет парням рассказать. Шинода грозно посмотрел на друга и резко вскочил, пытаясь того поймать, чтобы дать по ушам, но рокер оказался намного проворнее, чем показалось МС изначально. - Иди сюда, зараза, – Чес громко смеялся, и все так же уворачивался от цепких рук Шиноды. – Чес, лучше остановись сам, а то… - А то что? – ржал Бэнингтон, снова резко тормозя и разворачиваясь так, что Майк врезался в него. - А то, – Шинода замялся. Взгляд зацепился за нижнюю губу Бэнингтона, которую тот часто-часто облизывал, проводя по ней кончиком языка. Темные глаза мерцали и горели в них смешинки и озорство, только вот МС сейчас думал совершенно о другом. - Майк? – слегка напряженно, не понимая, что вдруг произошло с репером. - Прости, – тряхнул головой Шинода. - Засмотрелся? – Честер довольно улыбнулся, а потом и вовсе расхохотался. - Еще как, – Майк резко притянул друга к себе за бедра, кладя обе ладони на задницу рокера. - Не тут, – Чес подался чуть вперед, сильнее вжимаясь в любовника. - Я знаю, – Шинода наклонился и жадно втянул ноздрями запах Бэнингтона – чистой кожи, слегка приправленный запахом лосьона после бриться и мягким ароматом туалетной воды. – Ммм, – кончиком языка проводя по столь притягательной шее. - Майк, не тут, – но вместо того, чтобы оттолкнуть любовника, Бэнингтон лишь слегка выгибается, вжимаясь пахом в пах МС. - Парни, вы опять? – протянул Хан, заходя в комнату. – Сколько можно? – по идее это должно было звучать с толикой отвращения и это бы так и звучало, если бы не хищный оскал Хана, в голове которого уже мелькали возможности использовать увиденное в своих корыстных целях и новых возможностях по подкалыванию парней. Минут через пятнадцать в студию ввалился Феникс. - Ну и льет же там. От стоянки еле добежал. - Надо было брать зонт, – Джо так и не поднял взгляда от журнала, что с упоением читал, в ожидании остальных участников группы и старательно делая вид, что он НЕ замечает жарких взглядов Бэнингтона в сторону МС, улыбок Шиноды в ответ и «случайных» соприкосновений обоих руками, особенно старательно НЕ замечая того, как Майк «невзначай» проводил своей широкой ладонью по туго обтянутым джинсами ягодицам рокера. - Так я выезжал, когда солнце было. - Дааа? – вопросительно протянул DJ. – Тогда какого хрена ты ехал до работы почти, – он демонстративно взглянул на часы, – почти четыре часа? - Отвали Хан. Лучше расскажи, что новенького. - Да, да, да. Тебя же не было почти неделю. Ну, – Хан улыбнулся и посмотрел на Чеса с Майком, – я в какой раз застал этих двоих за не потребщиной и снова выдвигаю на повестку дня вопрос об установлении в студии камер. Ты представляешь, сколько мы заработаем бабла, если будем продавать, как эти двое тут милуются? - Мистер Хан, я вам когда-нибудь укорочу язык, – серьезно сказал Майк, пытаясь скрыть улыбку в уголках губ. - А я еще что-нибудь, – вставил свое слово Честер и все четверо парней рассмеялись. - Как думаешь, мы уложимся в срок? – Честер стянул рубашку и швырнул ее на кресло, что стояло в углу комнаты. - Уверен, – Майк стянул футболку через голову и отправил ее по той же траектории, что и Честер свою рубашку. – Хочешь в ванну? – Шинода обнимал любовника за пояс и, улыбаясь, смотрел в его глаза. - Очень, – рокер поцеловал МС в губы и сделал шаг назад. – Ты набери воду, а я принесу вина и свечей. - Романтический вечер? – улыбнулся Шинода еще шире. - Мы давно не устраивали себе чего то подобного, – пожал плечами Бэнингтон и вышел из комнаты. Когда он вернулся, Майк уже был в ванной. Был слышен звук льющейся воды, и сквозь него было слышно, как Шинода напевает. Не сказать, что сама ванная была большая, но ребята в ней вполне умещались вдвоем. Майк всегда сидел прислонившись спиной к бортику, а Честер прижимался своей спиной к его груди. Отпив из своего бокала, Майк поставил его на не большой столик рядом и снова обнял Честер, прижимая его к себе еще сильнее. - Как там твои? Давно у вас не был. - Хорошо, – Честер улыбнулся и сделал глоток, наслаждаясь чуть терпким вкусом вина и сильными объятиями любимого мужчины. – Тэл передавала тебе привет и ждет тебя с Анной на уикэнд к нам. - Твои парни опять вынесут мне мозг, – рассмеялся Майк и поцеловал рокера в макушку. - Они уже вынесли мозг мне, так что теперь твоя очередь, – рассмеялся Честер. – Вы с Анной еще не думали о прибавлении в семействе? По моему, уже пора. - Ты знаешь, это сложный вопрос. Я не готов. - Шинода, а когда ты будешь готов? – голос Чеса стал серьезным. – Ты постоянно ищешь какие-либо отговорки. - Это не правда, – не уверенно протянул МС. - Правда. И ты об этом знаешь даже лучше меня. - Просто…я не хочу говорить об этом. Я вообще не хочу сейчас говорить о женах и детях, – руки Шиноды скользнули по груди Честера, чуть сжимая кончиками пальцев соски любовника. - Сукин сын, – простонал Чес и прогнулся в спине. - Я знаю, – улыбнулся Майк и поцеловал Честера в шею, потом легонько укусил и жадно впился, оставляя на шее засос. - Тэл тебя убьет. Сначала меня, а потом тебя за эту отметину. Заниматься сексом в ванной всегда было не удобным занятием. В душевой кабине тоже – разъезжались ноги, да и кафель не прибавлял устойчивости, что уж говорить о наполненной водой и ароматными маслами полной бадье, в которой одному то развернуться то было не реально, что тут говорить о двоих. Но Честер и Майк все же умудрились заняться любовью и в таком месте, тем более им было не в первой, а свечи и вино, создававшие романтическую обстановку, только распаляли их желание. Честер не громко вскрикнул, когда Шинода протолкнулся внутрь его тела, начиная ритмично, но медленно двигать бедрами вверх-вниз, стараясь не причинить любимому слишком много боли. - Черт, – Бэнингтон прикусил нижнюю губу, прикрыв глаза и опустив голову. – Сколько бы мы этим не занимались, ни как не могу привыкнуть к первым движениям. - Потерпи, – голос Майка срывался, дыхание было частым-частым. Рокер чуть приподнялся, ухватившись за бортики ванный, поддерживая себя на весу, пока Майк двигал бедрами, теперь уже увеличивая темп и амплитуду толчков. - Блядь, больше не могу, – Шинода резко дернул бедра любовника вниз на себя и несколько раз конвульсивно дернулся, кончая. - Ты как подросток, так же не терпелив, – Бэнингтон был прижат сильными руками к груди любовника, чувствуя, как опадает его член внутри тела, но не выскальзывает. – Я так люблю кончать под тобой, – сквозь зубы шипел Честер, двигая рукой по собственному члену, – а не после тебя. - Прости, – выдохнул Майк рокеру на ушко и от этого теплого дыхания Чес наконец то забился в оргазме, выкрикивая что то не членораздельное, выгибаясь дугой и полностью соскальзывая с члена Шиноды. - Еще не закрылась, – Майк оглаживал указательным пальцем звездочку ануса, слегка надавливая. Влажная кожа поблескивала после совместного приема ванной, одеяло валялось где то на полу, свечи любовно были перенесены из ванной и расставлены по периметру комнаты. - Ммм, – Чес приподнял попку повыше. – После твоих размеров Шинода, я вообще удивлен, что она закрывается. - Я рад, что тебе нравится, – усмехнулся МС, раздвигая ягодицы в стороны и проникая в дырочку языком. - Майки, – Чес напрягся, стараясь не кричать во всю глотку и не двигаться. Грязная, возбуждающая и волнительная ласка всегда заводила его еще сильнее, чем обычные прелюдии перед сексом. Майк прервал свое занятие, получив в ответ разочарованный стон откуда то из вороха подушек. Шинода поднялся по телу любовника, оставляя поцелуи и оглаживая ладонями сначала бедра, а затем бока. - Хочешь меня, Чес? – репер терся возбужденным членом о промежность рокера. – Переворачивайся. Глаза в глаза, мерные поскрипывания кровати, легкие стоны и громкие вскрики, звуки поцелуев. Ни слова. Шинода уткнулся лбом в подушку рядом с головой Честера, прикусывая ткань, яростно двигая бедрами, слыша рядом вскрики любовника, когда член задевает простату. - Еще...сильнее, Шинода, – почти приказ. - Как пожелаешь, – прорычал Майк. Замирая на какое то мгновения, приподнимаясь со столь желанного тела, выходя полностью, – на четвереньки, – скомандовал репер, слыша разочарованный стон Бэнингтона и не пристойный хлюпающий звук, когда член выскользнул из задницы Чеса. – А теперь держись, – раздвигая ягодицы и просто вламываясь в тело под собой. - Твою мать, – взвыл Честер и кончил на третьем рывке, так ни разу и не прикоснувшись к своему члену. Майк продолжал жестко двигаться, не замечая того, как дернулся под ним Честер, заливая своей спермой свой живот и простыни. Шинода продолжал трахать рокера, яростно, почти с остервенением, глухо рыча, выходя почти до конца, а потом полностью врываясь обратно. - Животное, – улыбался Бэнингтон, удобно устроившись на груди любовника. – Теперь Талинда точно нас грохнет. Сначала отрежет нам яйца, а потом грохнет. - Прости, – Майк чуть сжал плечо любовника, – увлекся. Просто, когда ты такой открытый и доступный, хочется затрахать тебя до смерти. - И тебе это удается каждый раз. Романтично конечно, но я словно умираю и возрождаюсь каждый раз, когда с тобой. - Спасибо, Чес. Шинода повернул голову, за окном были сумерки, скоро рассвет. Майку не спалось, зато Чес мило посапывал, уткнувшись мордочкой в шею возлюбленного, не выпуская того из объятий даже во сне. МС улыбнулся – жизнь определенно хорошая штука.

Admin: Название:кто ищет... Пйэр:беннода,НМП/Чес (упоминаеца) Статус:завешен Честер. Вы когда-нибудь видели, как ваши собственные пальцы исчезают в вашей заднице? Вы когда-нибудь испытывали то неимоверное удовольствие, который получает любой мужик хоть иногда занимавшийся анальным сексом? Если нет, то вы многое потеряли. Я любил смотреть на то, как я сам себя трахаю, представляя, что это делает он, тот мужчина, о котором я так долго мечтаю, уже порядком лет трех-четырех. Он музыкант и очень известный. Мысль о том, что когда-нибудь вместо моих пальцев в моей заднице окажется его член, просто доводила меня до исступления. Я кончал, выкрикивая его имя. Хорошо, что музыка в моей комнате орала так, что ни кому и в голову не приходила чем именно я занимаюсь. Меня зовут Честер Бэнингтон и мне 20 лет. Я трутень, который живет в свое удовольствие за счет родителей. Но они не против, и мне плевать на все остальное. За последние годы я не пропустил ни одного концерта своего Майка и его группы. Сам не понимаю, чем именно зацепил меня этот мужик. Я не люблю реп, я терпеть не могу всяких там придурков, которые читают вместо того, чтобы петь нормально. Да, я поклонник тяжелой рок-музыки и панка, и я всегда думал о том, что меня не заинтересует ни чего, кроме нее. Но я жестоко ошибался. Впервые я увидел Майка и его группу на каком то музыкальном канале в передаче с прямым эфиром и понеслась. Я скачал все, что только мог с его участием, я ездил на выставки его картин (он еще и художник), я был на всех концертах, а после - на автопати, благодаря имени моего отца и тому, что я оставлял приличные суммы в барах. Но я так и не решился подойти к нему, поздороваться или же, как то привлечь его внимание к своей персоне. Наверное, это глупо с моей стороны, но я просто не мог себя заставить. Я хотел, чтобы он сделал это сам, чтобы он сам обратил на меня внимание, но этого не происходило. И я сходил с ума все больше и больше. Мои друзья смеялись, говоря о том, что не понимаю какого хрена я полез в реп и приоделся, как заправские хип-хоперы. А что я мог им сказать? Что я не хочу отличатся от мужика, которым грежу, что я хочу завязать со всеми своими бабами и дать себя оттрахать тому единственному, который занимает все ми мысли, что я начал интересоваться искусством и читать все, что только можно о тех художниках, котор

Admin: Название:нет Пэйр:стандарт Статус:завершен Предупреждение:АУ,да и вообще полный бред - Сколько мужчин у тебя было? – Майк лежал на боку, подперев голову рукой и смотрел на своего любовника. - Перестань, Шинода. Ты же знаешь, как я ненавижу этот твой вопрос, – Честер поморщился и перевернулся со спины на бок, отворачиваясь от Майка. Но тот лишь прижался к Бэнингтону и прижал того к себе крепче. - Я все равно узнаю, – целуя в висок. Уже больше года Честер Бэнингтон и Майкл Шинода жили вместе в доме Майка, не обращая внимание на косые взгляды работников и партнеров фирмы Майка, на протесты родителей японца и вообще на весь мир. Они жили друг для друга, наплевав на всё вокруг. Честер стоял на улице, было прохладно, но вариантов у Бэнингтона не было. Зарабатывать другим путем он уже давно не пытался, по этому и продавал свое тело. Как такового образования у парня не было, а без хорошего диплома его ни куда не брали. Идти в уборщики или посудомойки, Чес не хотел, слишком мало платили. Так вот он и попал в проституцию несколько месяцев назад. - Привет, – Бэнингтон подошел к остановившейся машине и наклонился, опираясь о дверь, смотря на хозяина авто с призывом во взгляде и томной улыбкой на четко очерченном лице. - Привет, – мягкий голос и смущенная улыбка. Чес сразу понял, что парень впервые снимает себе мальчика - Двадцатка за отсос, если хочешь трахнуть меня, то сотня. За штуку я твой на всю ночь. - Ночь, – прошептал незнакомец, окончательно смутившись и потеряв на некоторое время голос. Бэнингтон нырнул в нагретый салон дорогой машины и, улыбнувшись водителю, пристегнулся. Честера очень удивило то, что клиент привез его к себе домой, а не в гостиницу, но спрашивать не стал. В конце концов, его интересовали деньги, а не то где его будут трахать. - Ты возьмешь деньги сейчас или утром, когда будешь уходить? - Я бы хотел сейчас, – Честер разглядывал обстановку в гостиной. – Где у тебя спальня? – получая и пересчитывая протянутые банкноты. – И кстати, я – Честер, детка - Спальня вон там, там же душ, если хочешь. - Я могу воспользоваться всем, что там есть? - Конечно, – удивился его клиент. - И еще, – Чес подошел к молодому мужчине вплотную и провел кончиком языка тому по губам, – как хоть тебя зовут, красавчик? - Майк, – прошептал Майк. – Майк Шинода, – и нервно сглотнул, а потом облизался, стараясь сохранить вкус Честера у себя на языке ив памяти. Честер стоял под струями воды и наслаждался этим. Вся усталость и грязь последних двух дней вода уносила в канализацию, оставляя свежесть и ощущение чего то хорошего, некое предчувствие, что все налаживается. Честера немного взволновал этот клиент. Раньше ему приходилось сталкиваться с такими тихонями и на деле мужики оказывались монстрами, после которых он не мог работать неделю, а то и больше. Так что этот Майк его немного напрягал, но совсем чуть-чуть. - Ты еще не готов? - В каком смысле? – растерялся Шинода. - Я думал, что ты будешь ждать меня в постели. Или ты не хочешь делать это в кровати? Майк покраснел, но принялся раздеваться, поглядывая на Бэнингтона, который стоял в одном полотенце обернутом вокруг бедер, жадно сглатывая и стараясь выглядеть не таким жалким. Нет, у Майка было, много мужчин и много женщин. Он мог уложить в свою постель кого угодно благодаря своему внушительному счету и громкому имени, но в данный момент он просто сдавал позиции перед этим молодым парнем, шлюхой, продажным человеком только потому, что был в него отчаянно влюблен. Майк Шинода впервые в жизни полюбил…и эта любовь была отдана уличной проститутке. Шинода увидел его несколько месяцев назад, совершенно случайно. Он ехал с какой то встрече и запутался в поворотах, в результате заехал в этот бедный квартал, который славился разбоями и проституцией. Он остановился на светофоре, желая только одного – побыстрее убраться из этого района, как его взгляд зацепился за паренька, что сидел на остановке, кутался в коротенькую курточку и курил. Парень был скорее раздет, чем одет, хоть на улице и был ноябрь месяц. Но когда ним пареньком остановилась машина и тот вальяжно поднявшись, развратно улыбнулся водителю, все сомнения в том, кем является этот паренек, тут же отпали. И Майк стал приезжать на этот перекресток каждый день, когда мог. Он проводил там очень много времени, наблюдая и смотря за тем, как изо дня в день Честер садиться в разные машины, иногда уходит с мужиками, что подходят к нему, а иногда Честер не появлялся на остановке по нескольку дней, видимо отлеживался после последнего «свидания». Спустя такое количество времени, Шинода все же решился и подъехал к своему наваждению, мечтая лишь о том, чтобы этот парень мог спокойно помыться, поесть и просто поговорить с ним, с Майком. Потому что трахать мечту Шинода не хотел, да и не мог. Его душа рвалась на части, как только он представлял себе этого идеального молодого человека под каким-нибудь мужиком…под всеми теми мужиками, которых он успел увидеть за месяцы, проведенные на этом перекрестке. Честер забрался в кровать и поманил Майка пальчиком, улыбаясь и опаляя взглядами. Шинода определенно нравился ему внешне, в тайне Чес мечтал о таком вот мужике – сильном, но таком смущенно-ласковым, а то, что Шинода именно ласковый Честер не сомневался. Майк нырнул под одеяло к любовнику и провел ладонью тому по груди. Как только рука коснулась обнаженной кожи Честера, у Майка сорвало крышу. Он навалился на Бэнингтона, раздвигая его ноги своими коленями, устраиваясь удобнее и впиваясь в рот молодому парню под собой – страстно, сильно, голодно и дико, вырывая из глотки Чеса сдавленные стон. - А выглядел таким невинным, – поразился Чес, когда поцелуй закончился, подставляя шею под жадный рот, зубы и язык, наслаждаясь таким пылом и не сдержанностью любовника. Майк поднялся и встал у Честера меж ног на колени, приподнимая того за бедра и кладя себе на ноги, нащупывая пальцами колечко ануса. Шинода глухо застонал и уткнулся лбом в плечо Чеса, когда почувствовал на сколько же открыт и растрахан вход в тело любимого человека, но Бэнингтон воспринял этот стон по своему и начал нести похабщину, которую он нес обычно, потому что его клиентам почему то нравилось, когда он говорил все эти пошлые словечки и ругался. - Перестань, – Майк резко воткнул свои пальцы, сразу проезжаясь по простате. – Или молчи, или говори что-нибудь другое. Не хочу слушать эту мерзость. Честер хотел было ответить, но не смог, очередное движение пальцев в его заднице принесли новую волну наслаждения. - Можно я сделаю это без резинки? Я так хочу почувствовать тебя целиком, – Шинода смотрел в глаза любовника, в такие же темные, как и его, наполненные таким же желанием. – Если нет, то трахни меня…но только без резины. Честер лишь кивнул и закусил губу, когда Шинода протолкнул головку своего члена, а потом удобнее перехватив его за бедра, задвинул его до самого конца, точно попадая в простату, начиная резкие, сумасшедшие движения, наслаждаясь теми стонами и выражением лица своего партнера. А то, что Чес не притворялся, было видно не вооруженным глазом. Бэнингтон кончил три раза подряд, прежде чем его клиент, наконец-то, излился внутри растянутой задницы. - Сколько мужчин у тебя было? – Майк лежал на спине, на его плече покоилась голова Бэнингтона, нога была перекинута через бедро Майка, а рукой Чес рисовал узоры на груди Шиноды. Они занимались сексом ночь на пролет, не желая разрывать объятия, поражаясь выносливости организма, который вел себя так, будто парням было лет по 16 и у них только-только наступило половое созревание. - Не важно. Ты меня привез сюда трахаться, а не разговоры разговаривать. И вообще – сколько времени? - Семь утра. - Мне пора, – на самом деле Честеру ни куда не хотелось. Он бы лежал вот так вот всю жизнь в теплой мягкой кровати, под теплым одеялом, в объятиях красивого, страстного, но очень нежного любовника. - Жаль, – прошептал Майк и ушел в душ, чтобы Чес не увидел боли в шоколадных глазах японца. Когда он вышел, Честера уже не было, чему Шинода не удивился. Через два дня Майк снова был на перекрестке. Подъехав к остановке он стал высматривать Честера, но того не оказалось. Вместо него был какой то паренек, который тут же подошел к его машине и защебетал в открытое окно. - Где Честер? – перебил его Майк. - Его тут нет, и еще долго не будет, – скривился мальчишка. - Где я могу его найти? - А за чем? Он что и тебе денег должен? Так не отдаст, даже не думай. Парни Дрейка так его отделали, так что он еще месяц тут не появится с таким то разукрашенным личиком. Не утруждая себя ответом, Шинода вдавил педаль газа, резко срываясь с места. - Больной придурок, – крикнул ему в ответ хаслер и присел на остановку. Майк вернулся на перекресток ровно через месяц и простоял там почти всю ночь, но Честера так и не было. Отчаявшись его увидет, Майк уже был готов ехать домой, когда из подъехавшей машины вышел Бэнингтон и сел на свою привычную скамейку. Сердце в груди Шиноды радостно сплясало румбу, а кровь побежала значительно быстрее. - Подвезти? Честер устало посмотрел на машину, что остановилась рядом с ним, он не хотел больше сегодня работать. Этот сукин сын, последний клиент, отодрал его до крови так, что похоже на неделю придется забыть о том, что он кому то сможет дать, да и только зажившие ребра ныли из-за сырости на улице. - А, это ты, – вымученная улыбка, – сегодня я больше не работаю. - Ну и что? – Майк пожал плечами. – Могу подбросить до дома. - До дома, – усмехнулся Честер. – Слишком громкое слово для того места, где я живу. Да и опасно тебе на такой тачке там появляться. - Тогда поехали ко мне. - Ты глухой? Я же сказал, что не работаю сегодня, – огрызнулся Бэнингтон. - Я плачу штуку за весь день и обещаю, что не буду к тебе прикасаться. - Зачем тебе это? – подозрительно спросил Честер. - Не спрашивай, а просто садись. И Чес сел в машину, сам не понимая на кой хрен он это делает. - Перевернись на живот, – Майк сел на кровать рядом со своим гостем, после того как тот поел и принял ванну. Бэнингтон взглянул на него устало и укоризненно, но подчинился. Все таки, Шинода ему платил за это и глупо было думать, что он оставит его в покое, как и обещал. Но к удивлению хаслера, Майк лишь раздвинул его ягодицы и нанес мазь на развороченное отверстие, иногда проникая внутрь на одну фалангу и смазывая изнутри. - Я видел, как ты двигался и садился. Подумал, что тебе не повредить заживляющая мазь. Быстрее не заживет, но боль снимет. - Спасибо. - Спи, а мне пора на работу. - Ты оставишь меня одного? - А что в этом такого? - Не боишься, что когда ты вернешься, то у тебя будет вынесено пол дома, если не сам дом, конечно? - Нет, – Майк мягко улыбнулся и, наклонившись, поцеловал Честера в уголок губ. – Не боюсь. Когда он вернулся, Честер все еще спал. Майк лег рядом с ним поверх одеяла и сам не заметил, как провалился в глубокий и спокойный сон. - Привет, – Честер потянулся и выпутался из под одеяла и из под Шиноды. – Я, наверное, пойду? - Не торопись, – сонно протянул Шинода. – Куда тебе спешить? Я заплачу, если в этом дело, только останься. - Ты странный, – ложась обратно и смотря в белый потолок. – Очень странный. Но он остался и на следующий день он остался и через день…не прося денег, а просто наслаждаясь теплом и уютом, спокойствием и тишиной, которые дарил ему Майк. Через неделю Честер сам предложил Майку заняться с ним сексом, отдаваясь и получая взамен куда больше, чем когда-либо мечтал. - 212, – прошептал Шинода, когда Честер заснул. – Люблю тебя, – улыбаясь уголками губ и проваливаясь в сон, чувствуя тепло любимого и наслаждаясь его присутствием.

Admin: Название:встречи и расставания Пэйр:беннода Статус:закончен Предупреждение:не знаю...Честер тут получился застарнцем. Кто то уже пять минут долбился в дверь, а может и больше, я не засекал. Мне было в лом вставать, но тому козлу, что стоял по ту сторону моей квартиры, явно было не чем заняться, кроме как звонить в этот чокнутый звонок. Когда звон не принес ни каких результатов, мой визитер начал барабанить в дверь и судя по всему ногой. Если бы не страх вообще расстаться с этой преградой меж моим маленьким миром и тем огромным, что находился за чертовой деревяшкой, я бы и с места не сдвинулся. Все равно тому, кто бы там ни был, рано или поздно, надоело бы ко мне долбиться и он, или она, ушел бы. - Ну, что надо? – я, примерно, представлял себе кто бы это мог быть, но все равно слегка удивился. Скорее всего из-за того, что не ожидал его увидеть так рано. - Плохо выглядишь. - А не пойти ка ли тебе в жопу, например? - С удовольствием, нагибайся, – усмехнулся мой визитер и, бортонув меня плечом, протиснулся в появившейся проход, сразу заходя в гостиную. – Ну и бардак тут у тебя. - Хоть бы ботинки снял. - На кой хрен мне это делать? У меня обувь, судя по твоему ковру, просто стерильная сейчас. Испачкаюсь. Он был прав. Ну, на сколько прав может быть Честер Бэнингтон, пару дней назад пославший меня на хрен и решивший закончить наши отношения сославшись на то, что мы люди семейные и вообще голубизна сейчас не в моде. Опять. В том смысле, что это был четвертый или пятый раз на моей памяти, когда эта сучка дает мне отставку. Ну, собственно и в моем случае ни чего не изменилось – я кивнул, развернулся и ушел. По дороге позвонил своей жене и, наврав по поводу кучи работы, я завалился в эту вот квартиру, о существовании которой знали только парни из группы, да и еще парочка друзей. Собственно, Чес не был исключением, а жаль. - Ладно, говори на кой хрен ты приперся и вали отсюда. - Я хотел узнать как ты и…я соскучилось, – а потом он, блядь, не знаю из какого места, а может я просто не заметил, что он с ними пришел, но он выудил букет красных роз и протянул их мне. – Вот, это тебе. - Что это? – глупо спросил я, смотря на цветочки. - Цветы, – какой вопрос, такой и ответ. - Это я понял. Но на кой черт ты приехал ко мне с цветами? - Я соскучился. - И? – разговор был туп до нельзя, и вздохнув, я пошел на кухню. Мне срочно надо было выпить. Хотя, если подумать я пил уже четвертый день, как и всегда в таких вот ситуациях. Не бритая рожа, красные от недосыпа глаза, взгляд как у побитой собаки и полная хандра. Ни чего нового или не обычного. - Слушай, я все понимаю-ты чувствуешь себя виноватым или что то еще, но не мог бы ты оставить меня одного, а? Вот прямо сейчас взять и свалить, просто свалить, – он что то пробубнил, оставил цветы на кресле и ушел. Впрочем, опять как и всегда. Я вообще не знаю, как у нас так получилось продержаться такое количество времени с его последнего ухода. Я любил этого сукинового сына, да что там говорить, я до сих пор его люблю и при виде его улыбки и сияющих глаз, у меня ноги подкашиваются, а сердце делает такой прыжок в груди, что позавидовал бы любой гимнаст, блин. Только это ни чего не меняет. Ему опять показалось, что вся его мужественность пропадает, как только он оказывается со мной в одной кровати и стонет подо мной или от моих ласок, умоляя поиметь его, как грязную шлюху. Как не крути, но надо возвращаться к работе. Если этот умник заявился сюда, то значит его отправили ребята, которые всегда в курсе всех наших дел. И как только умудряются? Утром следующего дня я был в студии и довольно сносно себя чувствовал. Нет, мне все так же было погано где то на душе, но работать с аппаратурой и программами для записи этого чертового альбома, я мог и так. Не в первой. А впервой это было где то по среди тура. Тогда Честер был еще женат на Саманте. И вот ему вштырело, что она любовь всей его жизни, а наши с ним отношения были ошибкой и, что пора с ними заканчивать. Через три недели после этого разговора, Честер Бэнингтона орал на всю гостиницу, упираясь локтями и коленями в матрас кровати, умоляя сделать это сильнее, быстрее, глубже и грубее, при это не забывая кидать и клятвы вечной любви. Второй раз это было во время отпуска. Мы тогда откатали один из сложнейших туров, потому что он был первым масштабным после выхода дебютного альбома. Я вообще не помню зачем мы с ним тогда встретились или же мы с ним просто где то столкнулись. Помню, что Сэм и Анна тоже были, они о чем то говорили, а потом и вовсе улизнули по магазинам (но я подозреваю, что они пошли перемывать нам кости), а мы с Честером остались вдвоем и он все время прятал от меня свой взгляд. - Опять? – мне хотелось его ударить, а он виновато посмотрел на меня и кивнул. - На этот это точно, Шинода. Мне этого не надо. Я пожал плечами и пошел к выходу из МегаМолла, но Бэнингтон догнал меня. - Майк, ты просто должен меня понять, – он вцепился мне в руку, где то на уровне локтя. - Я понимаю, Чес, – и я правда понимал. Понимал, что опять оказался в дураках, что зря поверил ему, когда он вернулся ко мне, зря вообще повелся на его слова. Но я четко знал, что если он попробует вернуться снова, я опять приму его. Я не мог иначе, я любил его и люблю. Вот третий раз был самым великолепным. Он устроил истерику в прямом смысле этого слова, такую настоящую истерику. Он уже был женат на Талинде и они ждали своего первенца. Так вот, Честер носился по моему дому (Анна в тот момент куда то смоталась, вовремя, как всегда) и орал о том, что он мужик, что он самый настоящий мужчина и я ни черта не понимаю, что я всегда использовал его для своего удовлетворения и ни когда не думал о том, что у него внутри, что очень тонкая и душевная натура, а я настоящий кабель. Проще говоря – он просто хлопнул дверью, а потом еще месяц со мной не разговаривал. Если бы у мужиков могло быть пмс, то это выглядело бы именно так. Но спустя тот месяц, что он со мной не говорил, он приехал ко мне и трахнул меня прямо в коридоре моей квартиры, опять говоря о том, что он меня любит. А четвертый раз произошел вот только-только. Значит четыре. Так что я сижу в студии, тупо пялюсь на пульт и…получаю затрещины от Хана, Бреда и Феникса. Роб не лезет, у него у самого сейчас отношения не сахар. Ему по фигу, в своем бы гавне разобраться. Моя любимая краля приезжает с тотальным опозданием и с порога рассказывает о том, какой же жаркой сегодня была его ночь. И все мы знаем для кого он этого говорит, даже он сам. Это некий ритуал. Мы к нему привыкли. Просто, если хочешь сделать Майку Шиноде больно, то расскажи при нем, как было хорошо намедни Честеру Бэнингтону, в тот самый момент, когда сам Майк сидел и тупо пил, чтобы не завыть от тоски и боли, что грызла, словно зверь, внутри. В конце дня я слышу, как ругаются Бред и Честер, как наш вокалист с матюгами покидает студию. - Не стоило так с ним, Брэдли. Ты же знаешь, что он тоже переживает, – мне тут больше не чего делать, да и поздно уже. – Пока, парни, – взяв свою ветровку, я выхожу. Хочу домой, в кровать и ни о чем больше думать. Где то через неделю я прихожу в себя. Я снова улыбаюсь и радуюсь жизни. За все это я могу сказать спасибо своим друзьям и любимо жене. В отличие от Бэнингтона, я рассказывал своей жене ВСЁ. Да и весь наш брак, в принципе, только для отвода глаз и для удобства. Мы близки с Анной, но скорее душевно. В общем, эти люди меня вытащили из очередного депресняка и я свалил отдыхать. Пора было сделать хоть что то для себя. Он приехал через два дня и…и все понеслось заново. Сейчас я смотрю на него спящего, обнимающего меня, не желающего меня отпускать, сжимающего объятия сильнее, если я пытаюсь выползти из-под него, и думаю – на сколько тебя хватит теперь, Честер Бэнингтон?

Admin: Название:нет Статус:завершен Пэйр:беннода Предупреждение:как всегда АУ,и как всегда не правлено почти.сорри День выдался трудный. Не то, чтобы посетителей сегодня в салоне было много, просто работу, с каждым из них, нужно было делать тщательно и постараться не испортить рисунок. С одной стороны это Честеру очень понравилось – каждый из клиентов хотел не обычную тату, что было намалевано во многих журналах, а принес свои эскизы, свои видения того, что должно было находиться на том или ином участки их кожи. Но именно это и требовало максимальной отдачи от мастера, а Чес был мастером своего дела, и полного сосредоточения на работе. В такие дни Бэнингтон почти сразу падал на кровать и забывался в тяжелых снах, в снах наполненных яркими образами, красок и видений. Но в этот раз, он оказался в каком то сером, не проницаемо – густом тумане, что его не сказано поразило. Честеру всегда снились яркие сны, особенно после таких вот тяжелых и напряженных дней в салоне, а тут просто пустота, которая клубилась и обволакивала сгустками серого тумана. - Что ты тут делаешь? Чес не успел понять откуда прозвучал голос, как его больно ударило в грудь и он очнулся у себя в комнате, на не разобранной кровати. - Приснится же такое, – он потер затекшую шею и посмотрел на часы – время было около двух утра и, поняв, что больше не уснет, парень поднялся и пошел в ванну, чтобы хоть немного придти в себя от приснившегося кошмара. В сущности, ни чего такого ему и не приснилось, но осадок остался паршивый, как привкус после плохой выпивки, а в ней Бэнингтон толк знал. Честер провел свое детство на задворках нормальной жизни. Пьющие родители, вечно скандалящие и совсем не обращающие внимание на маленького мальчика, что старался их помирить и получавший за это оплеухи, люди, что жили в квартале сплошь наркоманы и бандюги, все это привело Бэнингтона, как и многих его приятелей, к угонам машин, бунтарству и нескольким приводам в полицию. Возможно, именно эти приводы и сделали из него сейчас такого Честера, каким он и стал. Частое попадание за решетку и вызов родителей, наконец то убедил людей по делам не совершенно летних лишить его родителей прав, а там дальше приют и без утешительное будущее. Но и тут Честеру повезло – его усыновили, хотя к тому моменту ему было уже почти 14 лет. Бездетная чета, которая и дала ему свою фамилию, обратила внимания на то, что у мальчика есть талант к рисованию и всячески поддерживала его в художественных начинаниях. Хотя, они и были слегка огорчены, когда их приемный сын, закончив художественный колледж, решил открыть не большой салон тату и пирсинга вместе со своими закадычными друзьями еще со времен школьной скамьи бедного квартала. Деньги из банка ему помог выбить приемный отец и вскоре дела у Честера и компании пошли налад и в течении последующий пяти лет он смог выплатить всю сумму займа банку и проценты, что накапали за это время. Так что сейчас Бэнингтон проживал в не большой, но со вкусом обставленной съемной квартирке не далеко от родителей и одного из своих салонов, которых на данный момент у него было три. Ему нравилась работа, он был признателен тем людям, которые помогли ему стать тем, кем он стал и регулярно приезжал к ним в гости. Но в душе счастливым Честер так и не стал. Любимая девушка изменила и ушла от него к какому то байкеру еще четыре месяца назад, а к новым отношениям Бэнингтон пока не стремился, чувствуя боль потери и злость на весь женский пол за вероломство и обман. Честер побродил по дому, сел в кресло и включил телевизор, бездумно переключая канал за каналом, но так и не находя себе что-нибудь посмотреть по вкусу. Утром, так больше и не уснув за прошедшую ночь, он снова отправился в салон, откуда был весьма вежливо выставлен своим лучшим другом – Робом Бордоном. - Или вали домой спать, или вали еще куда-нибудь, но к клиентам я тебя не подпущу. Ты выглядишь хуже, чем тень отца Гамлета. Иди отсюда и хорошенько отдохни. - А… – Чес порывался что то сказать, но его нагло выставили за дверь и строго на строго запретили появляться на пороге хоть одного из салонов в ближайшие 24 часа. Усмехнувшись тому, как ловко его выгнали из его же салона, Бэнингтон отправился к приемным родителям, позавтракал с матерью и поморщился от очередного предложения познакомить его с очередной дочерью какой то там подруги. - Тебе 29 лет, Честер. Пора бы задуматься и о семье. - Угу, – уминая любимое шоколадное печенье, которое его мать готовила просто пальчики оближешь, – обязательно. Как только, так сразу. Получив пару не сильных подзатыльников, младший Бэнингтон откланялся и в хорошем расположении духа отправился домой, решив наконец то, что поспать ему все же надо. Сон его вновь закинул в густой туман, а органы чувств возвестили о том, что в этом сумраке он не один и, возможно, если он протянет руку, то сможет-таки к чему-то или кому то прикоснуться. Честер так и сделал. Раздалось шипение, примерно похожее на то, когда на раскаленную сковороду что то кладут. - Так все же кто ты такой? – голос был тот же, но менее злобным. Теперь по мимо злости, в нем угадывалось и любопытство. - Где я? – Честер вновь крутанулся во круг своей оси, но результат оказался прежним – видимость была по-прежнему нулевая. - Это не важно. Важно то, как ты сюда попал. Хотя…это легко исправить. Сильная боль в затылке, красная пелена перед глазами и, словно в старой компьютерной игре, Честер видит, как он оседает на призрачный пол, как кровь течет из пробитой головы, а самого его вновь вышвыривает в реальность. С диким криком парень вскочил с кровати и принялся ощупывать свой затылок. Голова гудела, перед глазами все плыло и на секунду Честеру показалось, что его рука в крови, что его череп и правда пробит кем то не видимым, кем то, кто живет в его кошмаре. Но пелена испуга, словно шоры, спала с глаз и Чес понял, что он дома, что все в порядке и рука ни в чем не испачкана, что на ней вообще ни чего нет, кроме испарины, которой было покрыто все его тело. Утром следующего дня, Честер позвонил Робу и сказал, что берет пару отгулов. - Видимо где то продуло, – отчеканил он и повесил трубку, так и не дав Робу возможность разузнать по больше и спросить нужно ли ему что-либо. Спать теперь Честер боялся. Ему казалось, что этот сон будет повторяться и повторяться, что тот кто живет внутри тумана (а в том, что там кто то живет он не сомневался) каждый раз будет выкидывать его в реальность самыми извращенными и болезненными способами. Полтора дня Чес шатался по клубам, барам, магазинам, кинотеатрам, но вскоре понял, что если не доберется до своей кровати, то упадет от усталости прямо тут на мостовой и плевать, что подумают прохожие. Поймав такси и назвав адрес, через 20 минут он уже открывал дверь в квартиру и с громким стоном опускался на кровать, почти моментально проваливаясь в небытие. Небо было красным, дышать было тяжело от раскаленного воздуха, но видно было хорошо. Кругом были горы и какие то развалены. Ветер гонял красную пыль и какие то растения, похожие на перекати-поле. Чес поежился, обхватив себя руками. Он знал, что он во сне, что это его сон, но легче ему от этого не становилось. - Ты все же вернулся, – насмешливый, но все такой же злой голос. Из-за колонны появился мужчина, он направлялся к Честеру. Из-за пыли и ветра, которые били теперь прямо в лицо, Бэнингтону ни как не удавалось разглядеть лица идущего к нему человека, если это был человек. - Ты упертый, – поравнявшись с ним, проговорил молодой мужчина. – Кто ты такой? - Я Честер, – Бэнингтон поежился от того, как на него смотрел незнакомец. Темные глаза будто выворачивали наизнанку и изучали его душу. Не было в этом взгляде ни чего доброжелательного. - Честер, – незнакомец задумался, словно пытаясь вспомнить где он мог слышать это имя. – Я не знаю ни каких Честеров, – заключил он и взмахнул рукой. В тот же момент, будто змеи, гремя и звеня, полезли цепи – обвивая лодыжки и руки, вдоль позвоночника прямо к шее, вокруг горла. - Что…что происходит? – Честер захрипел, хватаясь за удавку на шее, но руки тут же были отдернуты в стороны, его повалило на землю и поволокло к ближайшей скале, распластывая на ней спиной к незнакомцу. - Как ты тут оказался? – мужчина ходил позади, внимательно разглядывая человека, которого сейчас держал на цепях. - Я уснул. Это сон. Ты мне снишься. - Я? Сон? – прогремел голос, и земля содрогнулась, Честера осыпало красной галькой, по спине резануло и в глазах снова потемнело от боли. – Что это? – легкое прикосновение к обнаженной спине. – Красиво, – заворожено глядя на татуировки, которыми была покрыта спина Бэнингтона. В следующую секунду Честер закричал. На плечах, в тех местах, где были два японских карпа, кожа просто вспыхнула, будто обжигаемая огнем. Кое как выкручивая шею, Чес все же умудрился мельком увидеть, как этот странный человек, поря в воздухе, вырезает контур его татуировок острым, как бритва, когтем на указательном пальце. Еще полоса и Бэнингтон теряет сознание, приходя в себя в своей кровати, у себя дома. За окном ласково припекало солнце, часы показывали шесть утра, а значит рассвело совсем не давно. Сна не было ни в одном глазу. Кинувшись в ванную, смотря на себя в зеркало, пытаясь увидеть порезы, Честер не нашел ни одного пореза. - Мать твою, – простонал он и опустился на пол ванны. Его трясло и мутило, просидев так еще несколько минут, Бэнингтон дополз до унитаза и его стошнило. Не спать он не мог, а спать боялся. Ему казалось, что он видит этого человека теперь и наяву, этот взгляд преследовал его теперь повсюду – азиатский разрез глаз, темные, как сама мгла глаза, взгляд чудовища готового напасть на выбранную жертву в любую минуту, опасная улыбка на, в общем то, приятно лице, если бы оно не было искажено такой яростью и злобой. - Честер, как ты себя чувствуешь? - Роб, отвали от меня, – Бэнингтон ходил, как в воду опущенный уже не первый день. Спать приходилось урывками, по два-три часа и то, когда организм просто вырубался, но кошмарный парень больше не приходил, хотя ощущение его присутствия не покидало татуировщика ни на минуту. - Я просто беспокоюсь за тебя, приятель, – Бордон хлопнул друга по плечу и пошел к себе за стол, ему надо было еще сдать квартальный отчет. Как ни крути, но даже в таком бизнесе требовались все данные о доходах, и бумажной волокиты было предостаточно. - Я домой, Роб. Видимо не до конца оправился. - Конечно, приятель. Художник сидел дома и делал набросок за наброском. Он пытался передать того, кого видел, но выходил достаточно привлекательный молодой человек, а не тот монстр, который так сильно напугал его во сне и даже теперь, наяву, не оставляющий его в покое. - А ты настойчивый, – жуткий шепот над самым ухом. Теперь Честер был привязан веревками и к горизонтальной поверхности. Но все так же на животе. Лицом вниз. - Где я? - У меня дома. В моей постели, – что то холодное прикоснулось к обнаженной спине. – Твои рисунки. Они завораживают, – и снова боль и на этот раз Честер чувствовал, как на нем вырезаю дракона, которого он набил только три месяца назад. Чесу казалось, что его вспарывали, хотя, может так оно и было, но увидеть он это не мог, как и не чувствовал стекающей по спине крови. - Прошу, не надо, – Бэнингтон хрипел и рыдал, его голос был сорван от криков, а мучителю было все равно. И когда путы ослабли и его перевернули на спину, израненной плотью кладя на шершавую, грубую ткань, вот тогда Честер закричал во все горло, черпая силы в ужасе, овладевшим его сознанием – парень сидящий рядом с ним на кровати смотрел на него желтыми демоническим глазами, а вместо зрачков горело алое пламя. - Не бойся меня, – но Честер уже не услышал той нежности, что прозвучала в голосе этого создания, в глазах Бэнингтона потемнело и он провалился в реальность. Честер рисовал, словно он был одержим, и со стороны это выглядело именно так. Ни Роб, ни второй его близкий друг Джо, ни родители не могли вывести парня из этого странного оцепенения. За две недели он похудел, под глазами залегли тени, а сами глаза мерцали нездоровым блеском. Те татуировки, что это существо вырезало на его коже ночь за ночью по верх того, что ему набил мастер, горели огнем и все, чего хотелось Чесу это, чтобы кто-нибудь прикоснулся к ним, чтобы кто-нибудь унял эту боль и сладостный зуд. А потом пошла череда сумасшедший ночей, когда это существо приходило снова и снова, когда оно резало и шептало, делало больно, а потом зализывало вырезанные контуры мягким шершавым языком, и при этом Честеру становилось нестерпимо хорошо. Под когтями, которыми демон царапал рисунки, заново рисуя их, Честеру впадал в странную эйфорию. Словно из под когтей сочился яд, который проникая под кожу, отравлял организм Бэнингтона, делал его зависимым от этих прикосновений. Родители не на шутку испугались за здоровье сына и, дошло до того, что Честера стали регулярно проверять на употребление тяжелых наркотиков, но раз за разом все тесты давали отрицательный результат. Врачи разводили руками, а Чес сгорал на глазах. Ему хотелось только рисовать и рисовать эти глаза, эти пухлые губы, это лицо, эти сумасшедшие руки, которым теперь было покорно его тело. Ему хотелось остаться во сне навсегда и захлебнуться в этом кошмаре, утонуть и просто быть поглощенным им до конца. - Ты пришел, – ласковое прикосновение и Чес понимает, что его руки больше ни чем не связаны, не фиксированы. - Ты не привяжешь меня? - Ты убежишь от меня? - Нет, – отрицательно мотнув головой и улыбнувшись. – Не хочу убегать от тебя, – протягивая руки, обнимая за шею и касаясь своими губами губ демона. - Останься со мной. Ты нужен мне, – тихий шепот, желтые глаза разгораются до ярко оранжевого пламени, и оно сжигает Честера, выжигая клеймо в его душе, на его сердце. - Я Майк. Меня зовут Майк, – мягко шепчет демон, и Честер тает от нежности, превращаясь в пепел и воскресая в своей реальности. - Он нужен мне, – шепчет Бэнингтон, оглядываясь по сторонам, но натыкаясь взглядом лишь на белые стены. – Он очень нужен мне, – почти мольба, но падающая в пустоту комнаты. Врач предлагает Честеру нарисовать того, кого тот видит во сне и Честер снова рисует Майка: Майка разъяренным, Майка добрым, Майка в странном задумчивом состоянии, но неизменно с демоническими глазами. Доктор вздыхает и отправляет пациента в палату в сопровождении санитара. - Я не знаю, как ему помочь. Ваш сын здоров по всем показателям. - Но как вы объясните то, что с ним происходит? - Я не знаю чем ему помочь, – и врач сам в растерянности. На его памяти, а практика у него обширная, он впервые встречает человека, который хочет уйти в сон на столько, что сам того не понимая, убивает свой организм, словно сгорая изнутри. - Как его зовут? - Майк, – Честер улыбается. - Это ваш друг? - Возлюбленный. - Он японец? - Я не знаю. Он выглядит так, как выглядит. Это его сущность. - Где вы познакомились с ним? - В тумане. Он убил меня и я проснулся. И так день за днем. Все, что сумел выяснить психиатр это то, что его пациента мучает кошмар с неким молодым человеком, что предстает перед ним демоном. - У него скрытые мазохистские наклонности. Он рассказывает о том, как этот, – доктор задумался, – это существо причиняет ему боль и ваш сын наслаждается этим. Он же усыновленный? – приемная мать Честера кивнула. – Его били в родной семье? - Возможно, мы не застряли на этом внимание. Нам было важно окружить мальчика добротой и любовью. В приюте сказали, что у него была не очень хорошая семья. - Я понял. К сожалению, я вынужден продлить курс лечения еще на две недели. Его нельзя сейчас отпускать в реальный мир. Его психика еще к этому не готова. - Я не думаю, что это хорошая идея, – трое взрослых людей повернулись к двери, в проеме которой стоял молодой мужчина, копия того, кого постоянно рисовал Честер. - Вы Майк? - Я Майк, – кивнул тот и прошел к столу врача. – Где Честер? - Он в палате, отдыхает. - Как я могу его найти? - Посещения в нашей клинике запрещены. Нужно специальное разрешение. Исключение составляют лишь родственники пациентов. - Вы меня плохо поняли? Я ищу Честера, – глаза незнакомца полыхнули огненно рыжим. – Отведите меня к нему или приведите его ко мне. - Бэнингтона ко мне в кабинет, – психиатр смог лишь нажать на кнопку внешнего вызова, все так же не решаясь сделать лишнего движения, не отрывая взгляда от полыхающих огнем ненависти глаз незнакомца, молясь о том, чтобы этот страшный человек исчез из его кабинета. Честер неуверенной походкой шел по коридору. Санитар поддерживал его за плечи, размышляя о том, зачем этот больной понадобился глав.врачу, когда его только-только отвели в палату. - Сэр, Бэнингтон в приемной. - Пусть войдет. Один. Чес устало открыл дверь. Он хотел уснуть, но у него не получалось. Из-за пережитого стресса и таблеток, которыми его постоянно кормили в этой клинике, мозг работал без остановки, а организм не хотел отключаться. Если Честер отказывался есть, его кормили насильно, если отказывался принимать лекарства или проходить процедуры, ему выкручивали руки и заставляли делать это против воли. Сейчас, измученный лечением, Бэнингтон хотел только одного, попасть в мир своего сумасшедшего демона и сгореть в го объятиях, а от боли или ласки ему было все равно. Его Майк умел заменять одно другим, а потом обратно и ты уже не понимаешь, от чего плавятся твои кости, от чего слезятся твои глаза, а тело выгибается под странными углами – от наслаждения или боли, но и то и другое было настолько желанным и таким необходимым, что Честеру хотелось выть от безысходности и тоски. - Честер, – неразличимый шепот, казалось прозвучавший лишь в его голове, заставил Бэнингтона выпрямиться, вскинуть голову и…потерять сознание, которое не вынесло видения в реальности, оседая в руках демона. – Мой Честер, – Майк опустился на колени и привлек к себе потерявшего сознание парня. – Я забираю его. - Но вы не имеет права, – взвизгнула женщина и тут же осекался, когда Майк посмотрел на нее внимательно своими темными глазами и на миг ей показалось, буквально на секунду, что зрачок затопил все глазное яблоко, а где то на дне взметнулось и осыпалось искрами пламя. - Я забираю его, – повторяя еще раз, поднимая на руки безвольное тело, словно тряпичную куклу и исчезая в вихрах пламени, в лучших традициях голливудских блокбастеров. - Где я? – Честер медленно приходил в себя, на одних локтях приподнимаясь на кровати. - Дома, Честер. - Майк? – ему до сих казалось что то, что произошло в кабинете врача было лишь сном, галлюцинацией, вызванной тем количеством психотропных веществ, что прописали психологи. - Ты дома, Честер. Теперь и навсегда. Хочешь посмотреть закат? – Майк перебирал короткие прядки волос на голове возлюбленного им человека. - Хочу. Демон помог человеку подняться с постели и подвел его к окну. Впереди была красная пустыня, ветер все так же гнал кирпичную пыль, а где то на горизонте клубился серый туман. - Это закат? - Да. Скоро туман окутает эту землю, и останемся лишь мы с тобой в этом доме, – обнимая со спины и кладя подбородок на плечо возлюбленного человека. -И больше ни кого? - Лишь ты и я. Но когда тебе надоест, мы всегда сможем выйти во внешний мир, где тебе привычно. - Мне хорошо лишь там, где есть ты. Еще долго полиция разных штатов разыскивала молодого мужчину по описанию и рисункам душевнобольного пациента одной из психиатрический клиник, похожего на японца, по имени Майк и, самого пациента - Честера Бэнингтона, чья фотография несколько месяцев печаталась на молочных пакетах, но все безрезультатно. Говорят, что похожую пару видят время от времени то тут, то там, но точно сказать так ни кто и не может.

Admin: Название:очередное как это было Пэйр:Беннода Статус:закончен Предупреждение:да ни каких нет.все как всегда-лишь плод моей фантазии и не АУ. Это было не плохо. Можно было бы сказать, что это было ахуеть, как хорошо лететь сейчас в другой город, чтобы пройти прослушивание в группе, которая подавала не плохие надежды. Честер был доволен. Он уже считал себя участником команды, так как даже прослушанная по телефону его партия, устроила других музыкантов. Но большой облом ждал его на месте. По мимо него, было еще несколько претендентов и хоть всем было ясно и понятно, что Чес просто идеально вливается со своим вокалом, один из парней все ни как не хотел его утверждать. Майк Шинода. Майк мать его Шинода. Чертов репер, чертов МС, чертов гений в музыке и еще черт знает что, не хотел утверждать его кандидатуру и всячески старался показать, что он, Честер Бэнингтон, ни кто тут и, что при любой другой возможности он бы взял другого вокалиста. Что собственно и пытался сделать. Эта антипатия возникла сразу, как только рокер переступил порог студии, и почувствовали ее все. Каждый день, каждый ебаный день, который Бэнингтон проводил в стенах звукозаписывающей компании, сидя на стуле и наблюдая за тем, как вокалист сменяет вокалиста, он злился на Шиноду еще больше. Все больше и больше, все злее и злее, все изощренней становились его мысли, как только он представлял, чтобы он сделал с этим улыбающимся парнем, если бы ему дали на это добро. И все эти фантазии были куда изощренней, чем показывали в «Резне бензопилой» и в других подобных фильмах. Остальные участники были так или иначе друг с другом знакомы, оставался только он, Чес, который ни кого не знал. Оставался только он и Майк Шинода, который не хотел, чтобы Чес оставался на вокале, хотя все уже были за и понимали, что голос Бэнингтона действительно именно то, что не хватало их команде. В конце концов и полуяпонец сдался, понимая, что его друзья правы. Вот тут то и началось самое ужасно. Утром в студии стояли крики и оры, когда интересы Майка и Честера пересекались и ни в коем случае не хотели складываться в одну картину. Шинода мнил себя великим музыкантом и автором, в то время, как Честеру отводилась лишь роль вокалиста и МС всячески противился любым добавлениям, поправкам и идеям, которые вносил Бэнингтон. - В остальное время просто молчи. Не открывай свой рот. Молчи! – орал Майк, в очередной раз не удовлетворенный тем, как рокер исполнил свою партию. - Мудак, – орал в ответ Бэнингтон, готовый разбить эту треклятую физиономию, но вовремя вспоминая, что у него кредит за машину, жена, которая любит приодеться, хоть и не так, как и другие бабы, да еще и жить надо в нормально месте, а не в своей же тачке, пока окончательно не стало понятно, что ждет его в этом коллективе. Остальные парни с ужасом ждали каждой новой репетиции и записи, понимая, что пока эти двое не выговорятся и не набьют друг другу морды, они вряд ли успокоятся. Хотя, и после всего этого они тоже успокоятся вряд ли. Бред жрал обезболивающее тоннами, потому что его голова была готова взорваться благодаря этим двоим, Роб барабанил по всему чему только мог, чтобы хоть чем то занять себя, свои пальцы и мысли, считая про себя, лишь бы не слушать то дерьмо, которым поливали друг друга вокалисты, Феникс усмехался и старался спрятаться за свой бас, когда пролетало от кого-нибудь из ругающихся парней, ну а Хан что то строчил у себя в тетради. Кому-кому, а мистеру Джо Хану вообще все было по фигу, пока его не трогали. Через три недели не прекращающейся война, поле боя которой устроили в студии, вылилась в молчаливую ненависть. Вот так вот вдруг парни перестали ораться друг на друга, кидаться с кулаками. Лишь смотрели исподлобья и молча обещали порвать в клочья, если что то будет не так. Легче ни кому не стало. Воздух в студии накалялся все больше и больше, сильнее и сильнее, казалось, что можно прочувствовать это на кончиках своих пальцев. - Вы заебали, – как то выдал Хан. – Я пошел домой. Вернусь завтра. И знаете, что я вам скажу, парни? – внимательно смотря на Чеса и Майка, руки первого застыли в миллиметре от шеи второго. – Когда я вернусь, вы либо будете нормально общаться, либо вы оба, прошу заметить Шинода, что я сказал ОБА, – тыча пальцем в лоб МС, – будете нахрен вышвырнуты из группы. Джо лучезарно улыбнулся, правда более это было похоже на оскал, и вышел вон. За ним удалился Феникса, дальше Роб, Бред задержался, хотел что то сказать, но затем махнул рукой, усмехнулся глядя на застывших, словно изваяние вокалистов и тоже покинул помещение. - Это твоя вина, придурок, – отталкивая от себя Честера. – Если бы ты мог правильно спеть и не лажать там, где лажать в принципе не возможно, мы бы сейчас репетировали и писали бы то, что должны. - Я виноват? – вскипел Бэнингтон. – Да пошел бы ты в жопу. Это ты вечно не доволен тем, что я делаю. Тебя не устраивает все, что так или иначе связано со мной. Еще с первого моего появления в студии ты меня возненавидел. - А я до сих пор считаю, что ты не подходишь для этой группы. - Только ты так и считаешь, остальные парни довольны моим вокалом, – Честер победно ухмыльнулся и сложил руки на груди. – И кстати, – вызывающе глядя на репера, – если уж на то пошло, то может тебе и стоит покинуть эту команду? Только тебя все и не устраивает. - Что ты сказал? – МС завелся не на шутку и сам не заметил того, как его кулак ровно прилете в правую скулу Бэниног тона. От неожиданности и силы удара тот сделал пару шагов назад, потом схватился за нижнюю челюсть и, сверкнув темными глазищами, кинулся на Шиноду. От первого удара Майк увернулся, а вот второй прилетел аккурат по ребрам, слегка выбивая воздух из легких и дезориентируя, что помогло Честеру сделать подсечку и повалить Майка на пол. Но Шинода пришел в себя и вцепился одногруппнику в ноги, обхватывая их вокруг руками на уровне кален, и просто потянул на себя. Только чудом Чес не расшиб голову о стол, вовремя извернувшись и всей массой тела рухнув на МС. Шинода продолжал мутузить неприятеля, получая весомые удары и от него. Они, словно два школьника, катались по полу, сшибая стулья и старались ударить один другого больнее. В какой то момент, запыхавшиеся и уставшие они застыли. Майк на Честере. Тело к телу, жар к жару и…и вот они уже целуются, яростно вгрызаясь друг другу в рты, кусая губы, сталкиваясь зубами, проталкивая языки друг другу в глотки, сражаясь за первенство и тут. Честер на Майке, сжимает сквозь ткань широких джинс вздыбленную, горячую плоть, чувствуя ее пульсацию в своем кулаке и Майк подкидывает бедра вверх, стараясь усилить давление. - А ты извращенец, Шинода, – и после этого замечания опять доминирует МС, прижимая руки Честера к полу, устраиваясь меж его разведенных ног и трясь своим пахом и пах соперника. - Кто бы говорил, – с придыханием и репер вновь впивается в опухшие от поцелуев и от одного не очень удачного удара губы Чеса. Когда Бэнингтон начинает стонать в рот Шиноды и тереться еще сильнее, вот тогда Майку реально срывает крышу. Он рывком расстегивает джинсы на Честере, просто срывая собачку и с мясом выдирая молнию, спуская штаны рокера ему до коленей, дальше трясущимися руками расстегивает свои джинсы и вновь ложиться на рокера, соприкасаясь обнаженной плоть с такой же обнаженной, продолжая терзать рты друг друга, словно поедая с них стоны, что рвались из глубин легких. - У тебя шикарная задница, Шинода. Когда-нибудь я ее трахну, – прошипел Честер, сжимая свои ладони на ягодицах, теперь уже, любовника. - В любое время, – в том же духе ответил Майк, – только если окажешь мне ответную услугу, – и ухмыльнувшись, вновь присосался к губам рокера. МС обхватил своей ладонь оба члена, которые просто пылали и истекали смазкой и сделал пару движении вверх-вниз, чувствуя, как судорога наслаждения проходит по телу Честера, отзываясь такой же волной жара и в его собственном теле, как Честер стонет куда то ему в шею и больно впивается своими пальцами в плечи МС, царапая даже сквозь футболку. - Посмотри на меня, – просит Майк. – Пожалуйста, посмотри. И Чес вскидывает голову, впиваясь взглядом умоляющих глаз в глаза любовника. Рокер не может произнести то, что Майк понимает лишь по взгляду, но не прочь был бы и услышать, но он целует Бэнингтона, вновь начиная движения по их членам. Вниз, вверх, еще раз вниз и вновь вверх, Майк потер большим пальцем головку чесовского члена и тот, напрягшись всем телом, издал какой то не понятный звук, больше похожий на поскуливание и излился в кулак Шиноды, который все продолжал и продолжал двигать рукой, доводя и себя до оргазма, наслаждаясь пульсацией плоти в своей руке, запахом молодого семени, мужского пота и тихими стонами рокера в своих руках. - Блядь. Это было круто, – Чес сидел на полу, штаны уже были натянуты на задницу. - Ага, – Майк протянул ему стакан с водой и присел рядом. – Прости, я испортил твои брюки. - Хуйня, – улыбнулся Честер и посмотрел на МС, глаза в глаза, снова стараясь переглядеть того, заставить отвернуться, боясь увидеть на дне шоколадных глаз разочарование и сожаление о содеянном. - Я еще помню твое замечание о своей заднице, Бэнингтон, – слегка склоняясь, так чтобы меж их губами осталось пару сантиметров, давая Чесу возможность самому решить хочет он продолжения или же они забудут о произошедшем. - А я помню твое приглашение, Шинода, – нежно прикасаясь к искусанным, но все таким же горячим и мягким губам репера. Утром следующего дня парни сильно удивились не почувствовав напряжения, которое пеленой все эти недели висело в воздухе. Только Джо Хан как то странно улыбался и был чертовски собой доволен. Все же он рассчитал все правильно, судя по тому, какими опаляющими взглядами обмениваются оба вокалиста…или может то, что Джо все же заметил, как Чес аккуратно огладил упругую задницу Шиноды и тот не дал ему за это по морде.

Admin: Название:нет его,хлам какой то лезет в голову Статус:завершен Пэйр:Беннода Предупреждение:АУ и моя больная фантазия. 1. Всю свою юность Честер думал только о том, как бы вырваться из этого маленького захолустного городка. Когда ему это удалось, он, не смотря на все отговорки матери и прочих родственников, воспользовался ситуацией и свалил в большой город, поступив на художественный факультет. Учеба минула так же быстро, как и школьные годы и вот стоя на пороге своего университета с дипломом в руках, Чес думал о том, что же ему делать дальше. Обивая пороги нескольких художественных издательств, нескольких компаний по оценкам картин и по организации выставок в городе, Чес все же прибился мелким сотрудником, с не большим жалованием в месяц, которого хватало на оплату маленькой квартирки на окраине, дороги до работы и еду. Но его это вполне устраивало. Не большая контора, доброжелательные люди, что там работали, да группа товарищей, что остались после учебы – все это было на много лучше, чем то, что его ждало в родном захудалом городишке. Честер думал о том, чтобы вернуться домой, хотя бы на каникулы во время учебы или в отпуск, когда начал работать, погостить у родителей, но как только он собирал вещи, то второе я просто бунтовало, и Чес вновь откладывал поездку, ограничиваясь лишь звонками и письмами. Все же спустя еще четыре года, Чесу пришлось отправится в родной городок, так как его мать сказалась тяжело больной. К тому моменту Бэнингтон уже занимал не плохую должность все в той же не большой компании, сменил свою крохотную квартирку на бОльшую и прикупил не плохую поддержанную машину, имел стабильный доход, который позволял оплачивать не только счета, но и развлечения. А развлечением для молодого начальника были походы в гей-бар по выходным. Постоянного партнера Честер так себе и не нашел, но вот развлечься не на долго и расслабиться, хорошо провести время, он был не проч. Достаточно быстро покидав вещи в сумку, взяв несколько отгулов на работе, Чес заказал билет на самолет и отправился в глушь, где вырос. Ему не хотелось туда возвращаться, но пришлось. Все его воспоминания начинались и заканчивались тем, что городок нищенствовал, люди были замкнуты и относились друг другу достаточно не приветливо, его семья ни с кем не общалась и тоже, как и остальные, держалась особняком, а приезжающих в город чужих людей вообще отказывались обслуживать по большей части. Если бы не деньги, которые приезжие платили за обед в баре или ремонт машины, то город бы вообще закрыл доступ на свою территорию. Так что Честер не особо то и радовался возвращению в родные пенаты. Но мать есть мать, и каким бы человеком она не была, Честер был ей очень благодарен хотя бы за то, что она вообще его родила. Как всегда в их городе было тихо и пустынно. Людей на улице было раз-два и обчелся, и то, только те, которым срочно нужно было выйти по каким то своим делам. Они смотрели на проезжавшую по грязным и пустынным улочкам машину, взятую Чесом на прокат, озлобленно и не приветливо. Но, когда понимали, что в этом не знакомом авто сидит один из их города, пусть и давно его покинувший, взгляды слегка менялись, но не приязнь все равно в них так и горела. Бэнингтон припарковался не далеко от своего дома и вышел, вытаскивая из багажника чемодан. Он не знал, сколько тут задержится, так что взял все, что могло ему понадобиться. - Мам, я дома! Пожилая женщина показалась на лестнице, что вела на второй этаж. - Я уже поняла, – без тени улыбки произнесла она. – Не буду спрашивать, как ты добрался, вижу, что хорошо, – и она вновь удалилась в свою комнату. Честер ожидал что то подобное, но все равно был слегка раздосадован. Даже болезнь не изменила его мать, казалось та стала еще более отстраненней от своего сына, да и от мира в целом. Не дожидаясь приглашения, Чес поднялся на второй этаж и вошел в свою бывшую комнату. Все было так же, как когда он уезжал. Даже вещи, что он оставил на столе были не тронуты. Пыль по углам, под потолком паутина и затхлый воздух. Вздохнув, Честер открыл окно и присел на край своей кровати. От сотрясания в воздух взлетело облачно пыли. - Ну вот, я и дома, – грустно улыбаясь и потирая лицо. – На кой черт я сюда приперся? Все равно как был ни кому не нужен, так и остался. Весь оставшийся день, до самых сумерек, Честер прибирал в своей комнате и приводил ее в более или менее пригодное для жилья место. - Мам, я в магазин. В холодильнике совсем пусто. Тебе что-нибудь надо? - Нет. - Лаконично и четко, – усмехнулся Бэнингтон, не ожидая ни чего другого. В машину садиться было глупо, до единственного в этом забытом Богом уголке планеты, было рукой подать. - Доброе утро, мистер Самерс, – Чес поздоровался с хозяином. - Вернулся? – только и пробубнил мужчина. – Бери, что тебе нужно и проваливай. - Вы всегда были так любезны, – ехидно улыбнулся парень и пошел меж стеллажами, которых было около четырех. – Мда, не густо. - Что то не устраивает, житель большого города? - Да все в порядке, – Честер хотел добавить еще что то, но тут колокольчик над дверью прозвонил и внутрь ввалился парень азиатского вида и с такой улыбкой до ушей, что Честер невольно улыбнулся ему в ответ. - Добрый день. Я заблудился. Не подскажите, как выбраться на шоссе? - Я что похож на справочное бюро или у меня на двери написано, что я даю бесплатные консультации? – выругался Самерс, не отрываясь от газеты - Оу, простите, сэр. Я не хотел вас обидеть, – молодой человек стушевался и вопросительно-умоляюще посмотрел на Честера. - Пошли, – сжалился тот, улыбаясь, – я покажу тебе, как отсюда выбраться. - Спасибо, чувак. - Сначала заплати, – буркнул хозяин магазина и почему то замялся, взглянув на вошедшего чужака. - Вы всегда были милым, сколько я вас помню, – Бэнингтон отвесил шутовской поклон, оплатил покупки и вышел с незнакомцем вон. – Я Честер, – представился он наконец. - Я Майк Шинода. Черт, у вас тут все такие добрые или это просто мне так не везет? - Все, – Чес вновь улыбнулся. Он не мог не улыбаться смотря на этого человека, было в нем что то солнечное. - Бывает, – протянул Майк. Еще пару минут парни обменивались любезностями, проезжаясь по жителям города, потом Чес объяснил где стоит свернуть и как проехать, чтобы выехать на шоссе. Но как только Майк сел за руль и попытался завести машину, та пару раз фыркнула и заглохла, ни в какую не хотя заводиться. - Твою мать, – посетовал тот. – А у вас тут случаем не автомастерской? - Есть. Только народ там еще хуже, чем мистер Самерс. Если ты к этому готов, то я тебя провожу. Если нет, то может отогнать ее до моего дома, и там посмотрим вместе. Кое что в тачках я понимаю. - О, было бы супер. Бэнингтон дошел до своего дома и, оставив покупки на кухне, пригнал свою машину, чтобы в качестве тягача перетащить машину Майка к своему дому. - Ты не похож на жителей этого захолустья. - Я тут вырос, но как только представилась возможность, тут же свалил, – копаясь под капотом машины Шиноды. - И правильно сделал, – рассмеялся тот. Майк стоял позади Честера и разглядывал того, при этом совершенно не скрываясь, так что когда Чес вынырнул из под капота, он наткнулся на весьма любопытный и оценивающий взгляд темных глаз. Бэнингтон покраснел и смутился. Вытирая руки о какую то тряпку, он все же взял себя в руки и вымолвил: - Придется слегка задержаться. Надо будет дойти до братьев Алисонов в мастерскую и взять пару деталей. Но они сегодня не работают. - Так ведь понедельник? – изумился Майк. - В том то и дело. В этом городе не работают по понедельникам, только магазин Самерса и все. Так что тебе придется задержаться до завтра. - Надо же, – почесав в затылке пробормотал Шинода. – А гостиница у вас есть? - Неа, – отрицательно помотав головой. – Но могу предложить тебе переночевать у нас. А так как у нас еще утро, то можно сходить на озеро и искупаться, тут не далеко. Составишь мне компанию, а то я тут всего лишь второй день, а уже схожу с ума от одиночества. - Ну, раз нет других вариантов, – разводя руками, лукаво улыбаясь и смотря из-под полуприкрытых век, – я согласен. Честер вновь покраснел, не зная, как расценивать то, как смотрит на него этот парень. - Мам, у нас гость. Он останется до завтра, – прокричал Честер, занося вещи Майка в свою комнату. - Пусть убирается из моего дома! – даже не выходя из комнаты, прокричала та. - Мам, я его уже пригласил. - Хорошо, – почти прорычала она, – но завтра, чтобы духу его не было. И я не шучу, мистер. - Как скажешь – пожал тот плечами, ни чуть не удивляясь такой реакции. - Ух ты, вот это мамочка. - Она всегда была такая, – Честер пожал плечами и закинул полотенце на другой плечо. – Сколько себя помню, она не разрешала приводить в дом незнакомцев, с учетом того, что все в этом городе друг друга знают. - А почему? - Не знаю, Майк, честно не знаю. Меня всегда это удивляло. А еще раз в год мама и другие взрослые уходят в лес на ночь. - И что они там делают? – Шинода прибавил шаг, чтобы не отставать от своего собеседника, любопытство так и горело в его глазах. - Не знаю. Нас ни когда не брали с собой, только тех, кому исполнилось 21. А я уехал, когда мне было 18, послав всех в жопу и думая, что ни когда больше сюда не вернусь. - Так почему ты вернулся? - Мать заболела. Вот, мы пришли, – меняя тему разговора. Майк посмотрел в ту сторону, куда указывал Честер и замер от восхищения. - Вот это красотища. Ни когда не видел ни чего подобного, – и он не кривил душой, в его взгляде читалось немое восхищение этой не тронутой цивилизацией природой. – Я не знал, что в штатах еще остались такие места. - Только ради этого можно родиться в этом городе. Но, пожалуй, это единственная причина. - Я тебя понимаю, парень. Майк принялся стаскивать кеды, носки и штаны. Поляна, на которой они стояли, была круглая, словно блюдо, такое же круглое было и озеро прямо по среди нее. Солнечные лучи золотили недвижимую гладь, только кое-где проходила рябь от легкого дуновения ветра. - Тут достаточно холодно на середине. Там бьют подводные ключи, но по краю вода слегка прогревается, так что яйца не отморозим. - А, – Майк хотел было что то сказать, но застыл с открытым ртом, слова же застряли в глотке, когда он повернулся к Бэнингтону и увидел, что тот совсем обнажен. - Что? – смущенно. – Мы же оба парни, да и плавок у меня с собой нет, – попытался найти веские аргументы он. - Да нет…просто…прости, да, ты прав. Так будет гораздо удобнее. Пока Шинода раздевался, Честер расстелил покрывало и сложил свои вещи рядом с ним, потом обернулся к новому знакомому, подмигнул ему и бегом кинулся в воду. Майк лишь рассмеялся и побежал за ним. Они плескались добрые пол часа. Устраивая заплывы на перегонки, ныряя и просто дурачась, словно им было по 14 лет. Когда же они выдохлись, то просто упали на расстеленный плед тяжело дыша. - Давно я так не резвился, – улыбался Майк, и от его улыбки Чесу становилось еще теплее, чем от солнца, что мягко грело спину, собирая своими лучами капли воды. Честер лишь кивнул в ответ, не отводя взгляда от этой притягательной и мягкой улыбки, желая узнать ее на вкус, попробовать ее сладость. И он был уверен, что улыбка этого парня будет так же сладка, как и мед. - У тебя красивые тату, – Шинода повернулся на бок, подперев одной рукой голову, а другой проводя по спине нового знакомого. - Спасибо, – Чес прикрыл веки, наслаждаясь этой случайной лаской. Майк придвинулся ближе, но Бэнингтон не желал открывать глаза, даже когда рука Шиноды скользнула по его пояснице, а потом проехалась ласкающими движениями по аккуратной, подтянутой попке. Он лишь вздрогнул, когда почувствовал, как возбужденная плоть Майка прижалась к его берду, когда тот придвинулся еще ближе. Честер перевернулся на спину и посмотрел на Майка, слегка разводя ноги в стороны. Шиноду долго упрашивать было не надо, он почти тут же полностью лег на нежданного любовника, устраиваясь меж его ног, проводя ладонями по бокам и бедрам парня. - Ты красив, – прошептал он в аккуратное ушко Честера, а потом Бэнингтон все же узнал какова на вкус улыбка этого человека. Домой они вернулись лишь к вечеру, когда солнце уже опускалось за горизонт. Тело Честера ныло от любовной утехи на озере, но он сыто улыбался и что то лениво мурлыкал себе под нос, Майк улыбался еще ярче и еще темнее казались его глаза при взгляде на любовника. 2. Утром следующего дня Майк и Честер отправились в автомастерскую. Два брата Джош и Пол Алисоны были двойняшками. Две громилы с лицами не омраченными интеллектом работали в автомастерской своего покойного отца. - Доброе утро, – Честер улыбался. Его вообще радовало сегодняшнее утро, хоть оно и было слегка омрачено скорым отъездом Майка. - Утро, – буркнул Пол. Честер его очень хорошо помнил. Тот всегда был угрюмым пацаном, а его брат был веселым, хоть сейчас и выглядел как брат – сдвинутые брови, морщина меж ними залегла глубокая, взгляд подозрительный и не добрый. - Нам нужно несколько деталей для машины моего друга, – пока Честер называл то, что нужно было Шиноде, сам хозяин авто стоял во дворе и осматривался. - Привет, – улыбнулся он вышедшему второму брату – Джошу. Тот хотел было ответить грубостью, как замер на месте, потом кивнул и вошел в магазин запчастей. - У нас нет того, что ты просишь, Честер, – прервал разговор двоих парней Джош. – Понадобиться около полутора недель, чтобы достать эти детали. - Полторы недели? – Бэнингтон был и рад и расстроен одновременно. С одной стороны Майк останется в городе, с другой его мать не разрешит еще одну ночевку в их доме. - Чес, ты скоро? Что то случилось? – Шинода вошел наконец-таки внутрь. - Деталей нет, – грустно отозвался Честер. – Придется подождать, когда их смогут доставить почтой в наш город. - Тогда я еще погощу у тебя, – лучезарно улыбаясь и похлопывая друга по плечу. – Ты же не против? - Я только за. А ты не спешишь и куда ты вообще направлялся? – молодой человек потянулся за ускользающей ладонью любовника. – И еще, не уверен, что моя мать согласится. - Я думаю, что она не будет против. В конце концов, она же все равно не выходит из своей комнаты…ну, почти не выходит, так что я не думаю, что мы ее побеспокоим, – и он просто выволок Честера из магазина. Бэнингтон так и не заметил, что Шинода ловко ушел от ответа на вопрос. - Мы оформим все бумаги и закажем то, что ты просил, – прокричал им вслед Пол и получил затрещину от своего брата. - Молчи, придурок, все испортишь. Честер был полностью очарован своим спутником. Пока они шли в сторону его дома, тот лишь с открытым ртом удивленно слушал любовника, не говоря ни слова, хотя ни слова из того, что сказал Майк, он тоже не услышал. В его памяти еще были свежи воспоминания о проведенном на кануне дне на озере. Ласки Майка, его жаркие поцелуи и объятия, то наслаждение, что ему подарил этот азиатский парень, то тепло, что дарили его глаза и улыбка. - Мам, мой друг еще задержится у нас. В этот раз женщина вылетела из своей комнаты, словно разгневанная фурия. Она хотела было ударить сына, но в дом вошел Шинода. Как только миссис Бэнингтон увидела второго молодого человека, она удивленно взглянула на него, потом охнула и…упала в обморок. - Мама? – Честер подлетел к своей матери и рухнул рядом с ней на колени, пытаясь привести ее в чувства путем похлопывания по щекам. – Майк, помоги мне! – почти взмолился он. Вместе они перенесли женщину к ней в комнату и уложили на кровать. - Принеси воды, Честер, – считая пульс на руке у бессознательной дамы. Бэнингтон мигом вылетел из комнаты, когда он вернулся со стаканом в руке, его мать уже спокойно лежала в постели и смотрела в окно. - Он может оставаться у нас столько, сколько пожелает. - Что ты ей сказал? – когда Майк и Чес покинули комнату больной. - Просто улыбнулся, – рассмеялся Майк и поцеловал молодого человека. - Но…это не возможно. - В этом мире нет ни чего не возможного, – прошептал Шинода и вовлек Честера в еще один головокружительный поцелуй. – Прогуляемся к озеру? Там просто обалденный вид. Чес лишь кивнул и пошел ведомый своим любовником. К вечеру в городе стало твориться что то странное. Народ начал собираться рядом с полуразвалившейся часовенкой. Мать Честера была среди люда этого не большого города. - Куда пошел твой сын? - Уймись, старый дурень. Чтобы этот парень приехал в город, мне и так пришлось соврать о своей болезни. - Честер спит. Утомился, – Майк вошел в круг, который образовался почти тут же. – Вы знаете, что надо делать. - Да, мы знаем, – кивнул Саливан. - Тогда в чем дело? Кажется, вы должны собирать все необходимо и приготовить алтарь, – Майк скрестил руки на груди и улыбнулся, но на этот раз не мило и трогательно, как было на кануне, а зло и с превосходством. - Простите нас, – мать Честера склонила голову. – Все будет сделано во время. - Это в ваших же интересах. И да, Пол, – молодой мужчина замер на месте и в глазах его появился не поддельный страх, – детали к авто должны быть доставлены во время. Я и моя собственность уедем из этого города, как только все закончится. - Я все исполню, – парень трясся от страха, но сумел кивнуть. - Хорошо, – Шинода развернулся и пошел в сторону дома Бэнингтона. Почти неделя пролетела в отдыхе и сексе. Честер млел от удовольствия и счастья. Майк оказался заботливым, чутким и нежным любовником. О словно угадывал, что именно нужно в данный момент Бэнингтону, он читал его как открытую книгу, находя все новые и новые способы завести любовника с пол оборота. - Завтра полнолуние. - И что? – Честер лежал на покрывале, они вновь были около озера. Тело его покрывали мельчайшие бисеринки пота, на груди красовались два засоса, Майк только что довел его до двух оргазмов подряд и теперь лежал рядом с любовником и гладил его пузико. - Я подумал, что мы могли бы придти сюда, на поляну и заняться этим под звездами. - А я не знал, что ты романтик, – улыбнулся Чес, чуть поворачивая голову в сторону Шиноды. - Ты еще многого обо мне не знаешь, – целуя припухшие от поцелуев губы и довольно ухмыляясь. Честер прикрыл веки и не заметил, как красным полыхнули глаза его любовника, как зрачок становится вертикальным. Следующим вечером Честер и Майк отправились на поляну к озеру. Всю дорогу Бнингтон о чем то щебетал, дурачился и пытался вывести Шиноду из странного задумчивого состояния. - На, выпей, – Майк протянул художнику фляжку. - Что это? – принюхиваясь к жидкости. - Тебе не все ли равно? Я сказал-пей, – резко оборвал его Майк и зло взглянул прямо в глаза. Бэнингтон опешил и слегка отшатнулся от Шиноды, но все же поднес фляжку к губам и сделал глоток. Жидкость обожгла горло и желудок. Постояв какое то время, переваривая только что выпитое пойло, Чес пошатнулся и начал оседать, точно в руки Шиноды. Как только парень отрубился полностью, из леса показались горожане. - Отнесите его и поаккуратнее, вы знаете, что случиться, если ему причинят вред. В ответ тишина и лишь кивки головой. Самые рослые парни приподняли Бэнингтона на руки и перенесли его на алтарь, что возвышался по среди озера. В толпе людей идущих за ними слышались всхлипы матери Честера. Она любила своего сына, она очень его любила, и сейчас должна была отдать его в руки этому ведьмаку, которому Чес был обещан при рождении. Много столетий назад, так гласила легенда их городка, в город пришел странный человек – на его лице не было ни какой растительности, а глаза были с вертикальными зрачками, что полностью выдавало в нем человека знавшегося с нечистью и владеющего тайными знаниями. Он построил себе хижину в центре озера, на котором когда то был островок и не большой проход к нему, но жителям такое соседство не нравилось и они убили странного человека, посчитав его порождением тьмы. Вместе с телом убитого ведьмака остров ушел под воду. Только раз в год, в день своего убийства, из воды поднимался остров и ведьмак, забирая одного из живущих в городе, как плату за совершенный этими людьми грех, проводил страшные ритуалы и жителям приходилось всю ночь стоять во круг и смотреть, и слушать, и медленно сходить с ума от страха, что следующим на жертвенном алтаре может оказаться каждый их них. В конце концов, семьи переругались между собой, в городе воцарился хаос и каждый обвинял соседа в том, что это была его идея убить чернокнижника. Так и повелось, что последующие поколения уже меж собой не общались. Каждый боялся, что в следующий раз жертвой будет он или кто то из его близких. Но, что было самым странным, ведьмак принимал жертву только из людей достигших совершеннолетия, которым считался 21 год. Так что дети горожан и знать не знали об опасности, которая притаилась на дне озера, пока им не исполнялся 21 год. Но каждого новорожденного ребенка обязательно приносили к озеру, колдун обязал не утаивать ни кого, чтобы не было еще хуже. Своих детей горожане старались не отпускать жить в другие места. А даже, если какой то из отпрысков и хотел покинуть родные пенаты, выехать за черту города он не мог. Город не выпускал его. И вот, за последние 230 лет, Честер был единственным, кому было позволено покинуть чертоги, жить вне замкнутого круга, жить вне грязи и зла. Майк выделил этого новорожденного малыша, еще когда тот только родился и его принесли на озеро, чтобы показать владыке этих мест. Что в тот момент случилось с Шинодой он и сам объяснить не смог, но он почувствовал, что это существо станет его парой, что это именно тот, кто будет принадлежать ему и душой и телом. И сейчас тело Честера уже полностью было во власти рук Майка, оставалась только душа и именно ее, когда алтарь выйдет из-под воды на считанные часы, при полной луне, ведьмак вплетет в свою душу, произведет обряд, который навсегда привяжет любовника к нему и не позволит его покинуть дольше чем на сутки. Следя за тем, как растет и развивается его будущая пара, Майк сменил много личин, чтобы узнать все, что доставляло удовольствие его будущему партнеру. Он узнал, что Честер не может устоять перед людьми смешанных кровей, особенно, если преобладают азиатские черты лица, что ему нравятся подтянутые, но не перекаченные парни, что он любит мужчин в стиле рэп (и это он, Шинода, тоже узнал) и вот сейчас Майк выглядел так, и имел именно то имя, которое больше всего подошло бы спутнику Честера. Честер так и не узнал, что все те любовники, которые были у него в большом городе, все эти разные парни, был один и тот же человек, одно и тоже существо, которое методом проб и ошибок меняло свою личину, чтобы добиться окончательного результата и привязать к себе возлюбленного полностью. Честеру еще только предстояло узнать, что некоторые из рисунков на его спине это символы, которые сегодня помогут Майку закончить ритуал, начавшийся при его первом появлении на озере в младенчестве. - Перестань реветь. Твой сын будет жить вечно, – оборвал всхлипы матери Чеса Шинода. - Если бы я могла что то изменить, у него была бы другая судьба. - Ты не можешь это изменить и ты, и вы все, – обводя окружающий тяжелым взглядом с вертикальными зрачками глаз, – знаете о том, что вы ни чего не можете изменить и он, – указывая на бессознательного Честера, – ваш единственный шанс освободиться от меня на вечно. Толпа зашумела, но опять умолкла, как только Майк поднял руку вверх. - Все вы тут мне нужны, потому что так написано в древней книге. Вы свидетели и то, что будет происходить этой ночью должны видеть больше ста пар глаз. Именно человеческих. При свидетелях этот человек должен станеть частью меня. Приступим. Если бы в тот момент хоть кто то мог думать, а не трястись от страха за свою никчемную шкуру, он бы понял, что в момент, когда душа Честера связывается с душой Майка, сплетается в одно целое, единое, тот становится так же беззащитен, как и его любовник, как самый обычный человек. Именно в этот момент колдуна можно было убить окончательно. Но люди боялись. Они со страхом смотрели на разгоравшийся вокруг алтаря огонь, на соитие пришедшего в себя Честера, но благодаря опоенным настоем ни чего не понимающего, на то, как менялся на глазах Шинода, превращающийся в разных существ, не имеющих четких форм и очертаний. Жуткий вой, что раздался под конец и крик ужаса и отчаянья, который издал пришедший в себя Честер. Эпилог - Что случилось? – Бэнингтон медленно приходил в себя. - Ну…я вчера сглупил и чуть не убил тебя, – Шинода виновато смотрел на любовника. - Что ты имеешь ввиду? - Помнишь, я попросил тебя выпить кое что из фляги? – Честер кивнул. – Так вот, там был настой из грибов…ну, ты понимаешь КАКИЕ грибы я имею ввиду. В общем, сначала все было не плохо, а потом у тебя начались галлюцинации. Прямо во время секса. Ты кричал и вырывался. По началу я думал, что ты просто затеял игру, а когда до меня дошло, что ты всерьез принимаешь меня за какое то существо я…в общем, я еле успел поймать тебя, пока ты не убежал в лес и вырубил. Голова не сильно болит? Шишки вроде бы нет. Бэнингтон во все глаза смотрел на Шиноду, а потом провел рукой по затылку. Там и правда была шишка. - О боги, – простонал парень. - Прости, – Майк виновато смотрел на Бэнингтона. – Наверное, после этого, ты больше не захочешь меня видеть…да еще и кто то там из братьев заходил, детали привезли и они все установили. Я уеду сегодня же. - Нет, – Честер резко выкинул руку вперед и вцепился в запястье любовника. – Я с тобой. После того, как Чес поправился окончательно, он и Майк отправились в магазин за продуктами в дорогу. До аэропорта было около четырех часов езды. Бэнингтон замер около магазина, точнее на против магазина – по всюду царило оживление, которого Бэнингтон не видел ни разу, сколько себя помнил в этом городе и люди улыбались. - Я что то пропустил? - Совсем немного, – шепнул Майк на ухо своему мальчику, обнимая со спины. – Я тебе все расскажу по дороге, – и зрачок его стал вертикальным, только вот Честер еще этого не видел.



полная версия страницы