Форум » Найденный фанфикшен & Рекомендации » Фанфики 503 [Morningafter] (9) » Ответить

Фанфики 503 [Morningafter] (9)

Admin: Фики, выложенные в этой теме, взяты с форума Morningafter. Автор: 503 Фандом: Linkin Park Большинство текстов в этой теме имеют высокий рейтинг, R/NC-17. Авторские примечания и комментарии (приведённые рядом с заголовками фиков) сохранены. Навигация по частям данной темы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11 («Внутри и вне помойного ведра»), 12 («Ангелы и Демоны»).

Ответов - 12

Admin: Название:нет Статус:закончен Пэйр:стандарт, да плюс в качестве друга у нас тут выступает Фе. Предупреждение:АУ и блаблабла,про ошибки тоже не забываем. Дэвид Фаррелл, известный в общаге больше под кодовым именем Феникс, носился по комнате и расшвыривал вещи. Весь вид этого не хилого малого говорил о том, что он расстроен и расстроен очень сильно. И скоро вся эта растроенность перерастет в ярость, поэтому, Честер решил таки прислушаться к тому, что несет его сосед по комнате и по возможности помочь ему, в прочем это был в интересах самого Бэнингтона. Пусть Дэвид и был его хорошим другом, но попасть тому под горячую руку не хотелось даже его маме. Ирландец был горяч на расправу, но так же быстро отходчив, если применить правильную тактику. - Уроды, ненавижу. Почему всегда так, а? Ну что я сделал плохого в этом мире, чтобы меня так наказывать? - Ей, парень, да что случилось-то? - Ты представляешь, я за ним наблюдаю уже два года, как только у него открылась первая выставка. Я не пропустил ни одного мероприятия с участием его картин, а тут просто забыл о завтрашней и самой важной. Чес, кого мне убить, чтобы попасть на нее? - Да про какую ты выставку, в конце концов? – Бэнингтон смотрел на своего друга, как на бедного ребенка, которому перед глазами только что показали вкусную конфету и тут же спрятали, сказав, что она на Рождество, до которого еще месяцев пять, не меньше. - Про выставку Шиноды, ты же знаешь, как для меня важен этот парень. А она мало того, что завтра и я уже ни чего не успею сделать, так там все по приглашениям. Это значит - посторонним вход запрещен. - Ни когда этого не знал, в смысле, что ты поклонник Шиноды, – рассмеялся Чес и поднялся со своей кровати, подошел к столу и достал конверт из ящика. Буря почти миновала, а так как сам Честер может помочь этому верзиле с глазами побитого щенка, то он с удовольствием это сделает, опять таки, для собственной же безопасности. Только надо убедиться, что дальше Фе не пойдет все то, что он мог бы увидеть завтра. - Что это там у тебя? - Я могу тебе помочь, Фаррелл, но с одним условием, – стряхивая оцепенение от задумчивости и разворачиваясь к другу и соседу. - Это еще каким? – стараясь заглянуть из плечо Чеса, чтобы посмотреть, что тот держит в руках. - У меня есть приглашение на две персоны, могу взять тебя с собой, только веди себя прилично и без всяких твоих идиотских приколов. - Дай мне на него взглянуть, – Дэйв стал серьезным, как ни когда. – Я должен быть уверен, что ты меня не разыгрываешь. Честер пожал плечами и протянул конверт своему соседу, с усмешкой на красивых губах замечая, как вытягивается лицо Дэйва, а потом лучезарная улыбка появляется на хитрой мордахе. У Фаррелла тряслись руки, но он смог перебороть свое желание спрятаться куда-нибудь в темный угол, спрятать билеты и до завтра не выходить – вдруг, кто отнимет? - Чес, это и правда приглашение на две персоны, – Дэвид посмотрел на друга. – Откуда оно у тебя? - Моя семья очень давно общается с семьей Майка Шиноды, так что вот. - Чувак, я твой вечный должник, – Фаррелл закружил Чеса по комнате. - Отпусти, придурок, ты меня сейчас убьешь и должником ты будешь совершенно у другого человека. - Твой тайный воздыхатель? – подмигнул Фаррелл, все еще не готовый выпустить конверт с пригласительными из рук. - Он мой парень, Дэвид, а не воздыхатель. - Ну, не знаю, – рыжий пожал мощными плечами и плюхнулся на свою койку. – Судя по тому, как тяжко он дышит в динамик своего мобильника, когда звонит тебе, то он воздыхатель или просто… – лицо Феникса побагровел. – Твою мать, Честер, только не говори, что когда он тебе звонит… - Это было всего один раз, – насупился Чес, но покраснел не хуже соседа. – Один, кода ты вломился в преддверии орга…оконцовки нашего с ним разговора. - Ох ты ж блядь, избавь меня от подробностей, Бэнингтон, – ухмыльнулся Фаррелл и еще раз взглянул на конверт в своих руках. - Оставь их у себя, – видя, как друг не может решиться на то, чтобы вернуть билеты хозяину, – завтра все равно поедем вместе. Вечером следующего дня Честер был готов убить Дэвида, который прожжужал ему все уши о том, какой же замечательный художник этот Майк Шинода, какие у него картины, какой он творчески развитый человек, что таких как он очень мало и так далее и тому подобное. Проще говоря, Майкл Кенжи Шинода был воплощением Бога на этой планете, если доверять словам Фаррелла. - Приехали, – пробурчал Честер, выходя из такси. Около галереи, где выставлялся Майк, уже собралось много народу. Этот художник появился в городе два с лишним года назад и уже заработал себе огромную популярность и известность, и большая часть рецензий во многих художественных изданиях, были только положительные. - Привет, Стив. - Честер, добрый вечер, – ответил охранник на входе, даже не прося у него приглашения, что несказанно удивило Дэйва. - Я узнал для тебя, что ты просил, так что после поговорим, – Чес улыбнулся и протянул конверт парню на входе. - Спасибо. Майк просил передать тебе, что ждет тебя сам знаешь где. Бэнингтон слегка покраснел и, получив в ответ насмешливый, но не злой, взгляд секьюрити, прошел внутрь галереи. - Ты что-то не договариваешь, Чес, – Фаррелл странно смотрел на друга. - Отстань, Дэйв. Они еще о чем-то переговаривались, в шутку тыкая друг друга локтями, не громко смеялись и смотрели на то, как расфуфыренные дамы и господа с умными лицами рассматривают новые творения Майка. Но тут Фаррелл замер на месте и потерял дар речи, Чес обернулся и увидел, что в их сторону движется хозяин вечера. - А я тебя ищу, – улыбнулся Майк и обнял Честера со спины, – тебе Стив не передал ни чего? - Передал, – Чес слегка поерзал в объятиях Шиноды и посмотрел смущенно на друга, – просто я не один, это Дэвид Фаррелл, мы все называем его Фениксом. Мы живем в одной комнате. Майк поцеловал Честера за ушком и потерся носом о его щеку. - Я тебя уже больше года умоляю переехать ко мне, Чести, – потом протянул руку и, улыбнувшись Фарреллу, задумчиво протянул, – где то я о тебе уже слышал. Видел точно, а вот где слышал не помню…Честер? - Я тебе показывал его работы на сайте нашего универа, – машинально ответил Чес. - Точно…Феникс, правильно. Ты далеко пойдешь, парень. Только знаешь что, тебе надо поменьше косить под всяких идиотов, у тебя есть свой стиль и тебе не надо что-то придумывать и что-то выделывать. В общем, когда тут все закончится, поехали ко мне вместе с Чесом, поболтаем. Еще раз взглянув на любовника и проведя кончиками пальцев тому по губам, Майк растворился в толпе, одарив своего молодого друга довольно таки жарким взглядом. - Честер! – Фаррелл смотрел на него с каким-то странным спокойствием. – Ты же сказал, что вы знакомы, но он ведет себя… - Бля, Фе, отвали…я с ним встречаюсь. - Давно? - Довольно таки давно. О, миссис Шинода. - Привет, дорогой, – женщина подошла к Чесу и потрепала его по волосам. – Майка уже видел? - Да, мы с ним поговорили. - Ты все еще живешь в своем общежитии? - Да, – слегка краснея. - И ему ни как не уговорить тебя переехать? - Я думаю… - Чес, – рассмеялась женщина, – ты думаешь уже года два, если я не ошибаюсь. Ладно, пойду поищу его. - Увидимся, – донеслось ей вслед. - А вот теперь я требую, чтобы ты все мне рассказал. - Что все? - Чес, не увиливай. - Чести! – Майк подлетел к нему. – Я должен у тебя кое что спросить – ты не против, если я расскажу, что ты мой парень, а то все эти журналюги интересуются, не хотят говорить ни о чем другом. - Майк, я… - Мальчики. - Нет, нет, нет, – Честер поник головой, – только не эта женщина. - А я ее люблю. - Потому что она не твоя мать, гад, – пихая Майка локтем, чтобы тот отпустил его, но Шинода лишь крепче прижал к себе свое самое большое сокровище. - Майк, – миссис Бэнигтон потрепала парня по щеке, – поздравляю, это твоя лучшая выставка. - Спасибо, мам, – Майк давно привык называть эту женщину своей матерью, она была третьим дорогим ему человеком на этой планете после родной матери и Честера. - Чес, а ты что такой грустный, не рад меня видеть? - Рад…просто вы опять с мамой Майка будете давить на мой мозг, а потом и Майки к вам подключится, как только будет посвободнее. - Ой, Чес…так можно я скажу? - Скажешь что, мой дорогой? - Майки хочет, наконец-то, ответить журналистам кем я ему прихожусь. - Это просто отлично, а ты, Честер, так и не решился перевезти свои жалкие пожитки к Майку до сих пор, – щелкнув по носу, прокомментировала его мать. - О, Боги, отвалите. Фаррелл наблюдающий эту идиллию, фигел все больше и больше. Ему уже не терпелось остаться с Бэнингтоном наедине, чтобы выяснить какого хрена тут происходит? Через пару минут ему удалось утащить Чеса подальше. - Слушаю, – скрестив руки на груди, тоном не терпящим возражения. - Фе, а может потом? - Потом? Я только что наблюдал за тем, как человек, которого я безумно уважаю и отношусь к нему, как к некоему светиле в мире красок, является любовником парня, с которым я живу в одной комнате уже больше двух лет. И ты думаешь, что сможешь меня заставить ждать еще дольше? - Какой ты Фаррелл противный, – поморщился Чес. – Ладно, так уж и быть. Но это будет долгий рассказ, так что пошли на свежий воздух и выпивку захвати, – Бэнингтон кивком головы указал в сторону бара, – скажи, что для меня. Честер вывел Дэйва через задний вход. Они расположились в маленьком дворике, что оказался за железной дверью, романтично засаженный по кругу кустами и деревьями, скрывая отдыхавших людей от народа снаружи. - Мы любим с Майком тут сидеть, когда он заканчивает работать. - Ты обещал, Чес, – делая глоток из бутылки с шампанским прямо из горла. - Да, прости. Мне было 9 лет… – начал Честер свой рассказ. Честер приехал в гости к давнейшей подруги своей матери. Их встретили просто отлично. Чесу тогда было 9 лет. Очередное торжество, на котором было куча гостей, благодаря чему маленького Честера положили в спальне сына хозяев дома-Майка. Майк должен был спать там же. Парню было 15 лет, он был обаятельным и весьма учтив с гостями, а улыбка, что он унаследовал от матери, сражала всех на повал. Она не оставила равнодушным и маленького Чеса. Честер уже спал, когда в комнату вошел и сам ее хозяин, как он разделся и устроился на кровати рядом с мальчишкой. Чес спал и не знал, какое смущение испытывал старший подросток, когда Бэнингтон обвил его ногами и руками, устраивая голову у парня на груди, довольно посапывая, почти пуская слюни. Утром следующего дня такси отвезло Честера и его маму на вокзал, хотя ощущение теплого тела рядом, не покидала того очень долго. Следующая их встреча произошла спустя 7 лет. Чесу только-только исполнилось 16 лет, и он вновь отправился в гости вместе со своей матерью, которой не с кем было оставить подростка, да Бэнингтон особо и не возражал от утомительного, но весьма приятного путешествия. Он ехал с замиранием сердца, потому что помнил Майка, он очень хорошо помнил Майка, может быть благодаря той встрече Чес не стал скрывать сам от себя впоследствии, что мужчины привлекают его куда больше, чем женщины. - Майк дома? - Он должен приехать, дорогая, – миссис Шинода улыбнулась подруги. – Но я думаю, что мы можем начать и без него. Гостей опять был полон дом. Честер искал взглядом Майка, он шерстил толпу и вновь прибывших, но ни где не было видно парня, который с детства впился ему в память, не желая покидать воспоминания и приходя теперь в мокрых снах своим заразительным, слегка глупым, смехом и сиянием темных глаз. Майк нарисовался ближе к концу вечера. У него возникли не больший проблемы в той студии, где он сейчас подрабатывал, так что пришлось слегка задержаться. - Майк, ты помнишь Честера? – Чес услышал голос миссис Шиноды и, обернувшись, столкнулся взглядом со взглядом полуяпонца. Тот был одет в широкие джинсы и широкую футболку, на ногах были обычные кеды, волосы были черные, словно деготь, с двумя прядками красного цвета на челке, небольшая бородка симпатично смотрелась на подбородке. - Конечно. Привет парень, – Шинода улыбался, протягивая руку, – а ты подрос, я помню тебя, можно сказать, еще совсем крохой. Сколько тебе сейчас 15? - 16, – ответил Чес, не смея отвести взгляда от столько притягательных глаз. Что-то было во взгляде художника завораживающее. - Мальчики, вы сегодня опять спите вместе. Мне просто не куда класть людей. - Все в порядке, мам, – улыбнулся Майк. – Я пойду, перекушу, а то босс все нервы истрепал за сегодня с этой новой выставкой, даже не было времени поесть нормально. - Опять только кофе, Майки? – возмутилась женщина, просто толкая сына к столу, выговаривая тому на ходу. Честер забрался в кровать Шиноды и закрыл глаза. Ему и хотелось и не хотелось, чтобы Майк побыстрее пришел. Было страшно, но почему от этого страха странный жар расплывался в паху. Погруженный в свои мысли Честер не заметил, как уснул. Майк специально дождался того момента, когда его невольный сосед по кровати уснет. Ему было сложно находится с этим молодым парнем наедине. Слишком он был симпатичный, красивый, трогательно хрупкий и с таким доверчивым взглядом, что хотелось зацеловать. Майк тихонько лег в постель, стараясь не разбудить юношу, что сладко посапывал на его подушке. Чес лежал на боку, слегка согнув ноги в коленях и притянув их к груди, Майку лишь оставалось лечь позади него, грудью прижимаясь к его спине. Честер что-то пробубнил и прижался к Шиноде плотнее, на что Майк обнял парня и привлек к себе. Запах молодого тела, еще по детски угловатого, не до конца сформировавшегося, будил в нем самые низменные желания. Майка пугала такая реакция на этого юношу, но он ни чего не мог поделать с собой и своими чувствами, еще тогда, когда он впервые увидел этого мальчишку внутри что-то дернуло, замерло и забилось в совершенно другом ритме. Шинода убрал прядку волос, что были длинной до плеч, и прикоснулся губами к не знавшей еще бритве щеке. Его бородка скользнула по нежной коже, что заставило Честера вздрогнуть во сне и…проснуться. - Прости, я не хотел тебя будить. Честер не ответил ему, он лишь придвинулся к Майку ближе, потерся своей попкой о его возбужденный член. Майк прикусил губу, чтобы только не застонать в голос от вспышки удовольствия. - Ты уверен, кроха? Честер кивнул и ту руку, что лежала у него на груди, руку Майка, передвинул по своему животу чуть ниже, давая понять Шиноде, чего он хочет. Майк понимал, что то, что он делает не правильно, что это растление малолетних, что его просто посадят, если узнают, а родители линчуют, но он не мог с собой ни чего поделать. Близость юноши опьяняла его, как самый дорогой и хороший коньяк, а эта податливость и желание самого мальчишки заводили еще сильнее. Шинода терся своим пахом о ложбинку меж ягодиц юного любовника, он так и не смог попросить того стянуть с себя белье, наслаждаясь прикосновениями и через ткань белья, но вот рука его была под резинкой трусов самого Чеса, ласкала его плоть, гладила, теребила, двигалась в привычном, для самого Шиноды ритме, принося Честеру наслаждение. Оба парня кончили почти одновременно. Майк вжимаясь бедрами в ягодицы мальчишки, а Честер кончая ему в кулак. Шинода не мог себе отказать в маленьком удовольствии и, вытащив руку из трусов Честера, слизал сперму, что была у него на ладони и пальцах. Чес в его объятиях спал сладким сном. Утром, когда Майк проснулся, Честера уже рядом не было, не было его и в доме. Он с матерью уехал рано утром на вокзал. Встреча, которая окончательно привела эти отношения к чему-то нормальному, более ясному и понятному, состоялась лишь через три года, когда Честера и его маму пригласили на 25-летие Майка. Честер ехал с замиранием сердца. После того, что произошло 3 года назад, он не знал, как ему смотреть в глаза Шиноды. Тогда утром он смог сбежать, а сейчас ему придется взглянуть в глаза своему первому и, по сути, единственному мужчине, который занимал все мысли юного Честера. Майк встретил их своей самой обаятельной улыбкой, ни как не выказав Чесу, что он помнит о той ночи и, что ему вообще та ночь была важна. - О, собольи кисточки. Ребята, вы знали, что мне дарить, – Майк улыбнулся еще раз своей широкой, доброй улыбкой и пригласил миссис Бэнингтон и ее сына за стол. Честер сидел за столом и с каждой минутой ему становилось все хуже и хуже. Майк улыбался не только ему, но и всем. Казалось, что имениннику плевать на юношу, что ловил каждый его взгляд, каждый его жест, каждое слово и улыбку направленную ему, Честеру. В конце концов, окончательно раскиснув, Бэнингтонт пришел к выводу, что надо в ванну, немного остудить пылающие от жалости к самому себе лицо. Он поднялся и, извинившись, вышел. Стоя перед зеркалом, Чес увидел, что выглядит сейчас, как побитый щенок, во всяком случае, глаза его были именно как у щенка, которого пнул любимый хозяин. Взяв себя в руки, он открыл дверь и уже было хотел шагнуть в коридор, как сильные руки вернули его обратно в ванну. Сначала юноша испугался, а потом, придя слегка в себя, понял, что его придавливает к раковине сильное тело Майка. - Привет, – теперь улыбка Шиноды не была добродушной, она была скорее опасной, сексуальной, вызывающей. - П…привет, – Честер смотрел громадными глазами в глаза Шиноды. - Надеюсь, кисточки это не все, что ты мне приготовил? – языком скользя по шее парня, руками забираясь под футболку Честера. – Ты выглядишь просто сногсшибательно. - Майк…я, – Чес даже не сопротивлялся, он настолько был ошарашен сменой декораций и настроения Шиноды. - Прости, – Майк сделал шаг назад, – наверное, это было самонадеянно с моей стороны. Я глупо себя повел. Теперь уже Шинода стоял потупив взгляд в пол, не зная, что ему делать. По хорошему, Честер имел право заехать ему по морде. Черт, но как же был притягателен этот парень. Майк просто млел от его вида. За те три года, что они не виделись, Честер изменился. Его очки стали более аккуратными, волосы подстрижены и высветлены, торчат иголками, штаны плотно облегающие бедра и задницу, футболка, обтягивающая груди и плоский живот. Мальчишка был таким хрупким и таким возбуждающим. - Прости, – еще раз повторил Майк. - Нет, нет, нет, – Честер потянул взрослого парня обратно на себя, когда тот попытался выйти. - Честер? - У меня есть для тебя подарок, – прошептал Бэнингтон, обвивая шею художника руками. – Я отдам тебе его, когда все уснут. Честер и сам не знал, откуда в нем столько смелости, чтобы говорить такое, но ему катастрофически важным казалось сейчас остановить этого мужчину. Не долго думая, Чес поцеловал Майка, даря всю свою невинность, пылкость юного мальчишки и всего себя без остатка. - Иди…а то кто-нибудь, что-нибудь заподозрит, а я немного остыну, – прошептал Майк, когда поцелуй закончился, выталкивая Честера из ванной. Чес спустился вниз за стол и довольно улыбнулся, что не укрылось от взгляда его матери, но она предпочла не говорить сейчас ни чего, все что ей надо, она узнает от сына потом. В комнате именинника была разобрана кровать, а так же стояла раскладушка. Майк, как хозяин комнаты уступил Чесу свою койку и, дождавшись когда в доме утихнут все звуки, он залез к Бэнингтону под одеяло, жадно проводя руками по обнаженному телу. Все происходило в тишине, ни единого звука, стона или вскрика. Приходилось сдерживать себя, чтобы не разбудить тех, кто спал по другие стороны стен от комнаты Шиноды. Майк весь дрожал от возбуждения. Если бы это был обычный парень, он бы не задумываясь уже трахал его, и партнер бы получал удовольствие, но Шинода видел, что Чес боится, что ему страшно, что это его первый раз. Честеру было больно, он закусил край подушки и тихонько вздрагивал от пульсирующего внутри члена. Майк что-то спрашивал, оглаживая его бедра, шептал что-то нежное, но не двигался. Японцу хотелось, чтобы молодой любовник запомнил свой первый раз, как нечто замечательное, волшебное, анне просто жесткое насилие, трах без причины и следствия, как утоление похоти старшего партнера. Утром мать Майка шла будить мальчиком. Она приоткрыла дверь и застыла в шоке. Ее сын и сын ее подруги лежали в одной постели, в обнимку и явно были голые. Она притворила за собой дверь и спустилась вниз. Все гости разъехались и в доме сейчас оставались только Бэнингтоны. - Ну, они встали? - Знаешь, я не решилась их разбудить. - Все-таки вместе? Миссис Шинода кивнула подруге, которая поднялась и налила две чашки крепкого кофе. Парни проснулись слегка помятые, но счастливые. Особенно видно это было по Чесу. Он так и светился, глядя на своего парня. В заднице саднило и при движении отдавалось тупой болью, но Честер старался этого не замечать, но зато это заметила его мать, которая слегка нахмурилась, но потом глубоко вздохнула и приняла все, как есть. Бэнингтоны уехали и Шинода поднялся в свою комнату. Почти паника охватила того, когда он увидел, что мама собирается снимать белье с его постели. Майк был уверен, что пара кровавых пятен с мутными разводами их спермы, точно бросятся в глаза этой женщины. На себя было плевать, а вот что касаемо Честера…Шиноде не хотелось думать о том, что его любимая мама могла бы подумать о юноше плохо. - Нет…только не трогай эту постель. Подушку, – вдруг почему-то выпалил он. - Что? Ты хочешь сказать, что будешь спать в обнимку с этой вот подушкой все те два месяца перед отъездом в Бостон? - Откуда ты знаешь про Бостон, мам? – немного опешил Майк. - Ну, судя по тому, что твой молодой любовник поступил в университет в Бостоне, я так подозреваю, что твоя галерея скоро откроется и там, – женщина присела на край кровати, скручивая белье у себя на коленях. – Майк, ты быстро заварил эту кашу. Я про сейчас говорю, про вашу ночь, – прервала она его жестом, когда тот попытался возразить. – Ты уверен, что он не игра? Ему только 19 лет, он молод и горяч, но ты то уже взрослый парень. - Я знаю, что я делаю, мам, не волнуйся за меня, – Майк улыбнулся. – Но подушку я тебе все равно не отдам. Женщина глубоко вздохнула и вышла вон из комнаты. Она привыкла доверять своему сыну и верить его словам. Он ни разу не подводил и не обманывал ее. - Мама, что-то не так? – осторожно спросил Чес уже сидя в купе поезда, что вез их по направлению дома, все дальше и дальше от Майка. - С чего ты взял? - Просто ты молчишь почти полпути. - А что ты хотел, чтобы я сказала, Честер? Что я в восторге от того, что мой сын гей? - Мама, я… - Молчи, мальчишка. Ты мог бы мне сказать! - Да? И ты бы на меня наорала так же, как и сейчас? Зачем мне было что-то тебе говорить, зная о твоей реакции? – начал заводиться и младший Бэнингтон. - Почему ты думаешь, что я стала бы на тебя кричать, Чес? – женщина погладила сына по щеке. – Ты же знаешь, что я люблю тебя и желаю тебе только самого лучше. - Я и вижу. - Ты глуп и наивен. А вдруг он только поиграет с тобой? - Майк не такой, ты и сама это знаешь, – успокаиваясь, ответил Чес. - Я знаю, – улыбаясь, – я просто хочу, чтобы ты не врал мне больше и не скрывал от меня такие важные вещи. Иначе для чего еще нужны матеря. - Прости меня, – Честер обнял мать. - И ты прости, милый. - Примерно так все и было, – закончил свой рассказ Честер и посмотрел на друга. Нет, конечно он не рассказывал ему о том, как Майк лишил его невинности, или как они занимались непотребщиной в чесовские 16 лет. Просто, Бэнингтон не мог отказать себе в удовольствии вспомнить об этом и посмаковать картины, что выплывали из глубин воспоминаний. - Вот вы где, а я вас ищу, – Шинода появился несколькими мгновениями спустя, после того, как был закончен рассказ, а четвертая бутылка шампанского опустела. - Просто там было шумно, Майки. - Поехали? – Шинода протянул любимому руку и помог ему подняться, притягивая почти сразу в свои объятия и увлекая в глубокий поцелуй. – Люблю тебя, – прошептал Майк, когда перестал терзать губы любовника. Фаррелл с открытым ртом и широкими глазами наблюдал за этой картиной, веяло от этих двух парней чем-то сильным, надежным. И Дэйв был уверен на все сто, что та встреча много лет назад, самая первая встреча действительно положила начало этому союзу. Потому что, как ни крути, если ты должен быть с этим человеком, то ты с ним будешь. А еще Дэйв очень надеялся, что приглашение его кумира в гости останется в силе. Не сегодня, но может потом, конечно. Сейчас этим двоим явно хотелось остаться наедине. Так что, тихо поднявшись, Фаррелл незаметно выскользнул из небольшого садика. Довольно улыбаясь он достал телефон, чтобы позвонить своей девушке

Admin: Название:нет Пейр:стандарт Статус:закончено Предупреждение:мм,как-то уж слишком боляво у парней с отношениями,романтика тут есть но она уж больно сильно притянута за уши.и конечно-же ошибки - Тшш, – Майк провел успокаивающе по животу Честера. Тот дернулся, но остался лежать на месте, как и было уговорено. - Майк, – прошептал он сухими, потрескавшимися губами. - Все хорошо, – склоняясь над любовником, шепча ему в ухо: – Я тут, я рядом. Я ни куда не уйду, – рукой обхватывая возбужденный член Бэнингтона, чувствуя, как сильно тот напрягся, что готов вот-вот и начать трахать шинодовский кулак, но сдерживает себя, потому что обещал. - О, Майк! – пальцами вцепляясь в простынь, сжимая в кулак, царапая ногтями. Шинода расположился меж разведенных ног своего любовника пошло улыбаясь. Честер всегда быстро сдавался, с ним было интересно и в тоже время не интересно играть. Ни какой выдержки, он был слишком горяч и похотлив и очень любил, когда Шинода брал его. Последний раз это было очень давно, месяцев шесть назад, если быть точным. Майк улыбнулся. У них не было такой передышки со времен «Великой Лихорадки», как они называли меж собой болезнь Честера. Японец усмехнулся, сползая по телу своего парня, обхватывая головку его члена ртом, посасывая и почти ту же выпуская из жаркого, влажного плена. - Твою мать, – прошипел Честер, – не мучай. - Тихо, я позабочусь о тебе, ты же мне веришь? – и Бэнингтон находит в себе силы только кивнуть, кусая губы в кровь, мечтая о том, чтобы его наконец-то оттрахали, вновь показали кому он принадлежит, сделали полным, а не разбитым, каким он был все эти дни и месяцы. - Я позабочусь о тебе, доверься мне, – щекоча указательным пальцем колечко мускулов. – Твою мать, – рыкнул Майк, входя на одну фалангу, наслаждаясь узостью и жаром. – Тут же ни кого не было, Чес, ни кого, кроме меня, да? - Только ты, – выгибаясь, подставляясь, словно течная сучка и Майк громко смеется. Понимая, что он виноват в том, что его любовнику было так плохо все это время, что и ему самому было столько времени не комфортно, зная, что эта любимая, тугая задница сейчас принадлежит не ему. Но он просто не мог по другому. Ему надо было проявить себя в качестве отца и мужа, хотя бы так показать, что ему не срать на Анну, что он хороший и примерный мужик. Лож. Кроме Честера его не интересовал больше ни кто в этом мире. Еще в тот момент, когда этот молодой парень перешагнул порог их студии, Шинода знал, что трахнет его, что сделает его своим, даже если сам рокер будет против. А тот против не был. И сейчас Майка просто распирало от гордости, что он может иметь его когда вздумается и Чес всегда будет рядом, не уйдет, не предаст. - Мой, – Шинода приподнял задницу Чеса за бедра и провел языком тому по промежности, вкручиваясь в раскрытую уже пальцами дырочку. - Майк, – вновь захныкал Бэнингтон. Он не мог прикоснуться руками, он не мог двигаться, иначе МС просто прекратит все это. Это было тем самым условием, на котором репер вернулся к любовнику – полное и беспрекословное подчинение. Тело Честера изголодалось по ласке, изголодалось по любви своего мужика, и Чес согласился. Бэнингтон пытался забыться в объятиях другого, но это необязательно было знать Майку, ведь все равно, ни чего не вышло. И сейчас желание рокера было только одним – чтобы Майк наконец-то вошел в него, чтобы сделал своим, чтобы поставил свои клейма везде, где только пожелает. Потому что сил терпеть больше не оставалось. Майк и сам не понимал, почему терпит так долго, почему Честер позволяет ему все это, но с другой стороны, это было настолько правильным, что мир просто перестал бы существовать изменись что сейчас в их странных и очень больных отношениях. Когда вылизывать дырочку дальше не имело смысла, потому что член гудел так, что был готов разорваться, потому что хотелось воткнуться внутрь, накрутить на себя, одеть и трахать с упорством сексуально озабоченного идиота, Шинода просто приказал Бэнингтону перевернуться на живот и встать на колени. Он прижал любовника к своей груди, поворачивая его голову за подбородок, целуя жадно истерзанные зубами самого Честера губы и медленно входя в податливое тело. Чес застонал Шиноде в рот, подаваясь бедрами чуть назад, желая принять все и сразу. - Тшш, – вновь зашептал Майк в приоткрытые губы. – Не причиняй себе боль, ты еще успеешь ею насладиться, – вызывая новый, грудной стон из глотки любовника. Майк двигался неспешно, словно пробуя на вкус это тело, заново узнавая его, изводя и издеваясь над ним. И ему доставляло это удовольствие, вся покорность Бэннгтона в данную минуту, прекрасна зная, какой же Честер может быть стервой, если захочет. Но не сейчас, не сегодня. Сегодня все для Майка, чтобы Майк был рядом, чтобы остался и не уходил больше. Страх потерять, страх быть потерянным. Чес готов отдать всего себя, положить свою выдранное собственноручно из груди сердце на алтарь этих отношений. Только бы они продолжались. И Майк это понимал. С ясностью маньяка, что готов под орех разделать свою жертву, только бы она осталась с ним и принадлежала ему на последнем своем издыхании. Резкий толчок в спину, заставил рокера опуститься на руки, отклячивая свою задницу, встречая своими бедрами мощные удары бедер любовника, который перестал себя сдерживать и драл, словно шлюху. Чес мог только стонать и прогибаться еще сильнее, принимая со смирением и полной отдачей. Его ни когда нельзя было упрекнуть в том, что он был бревном в постели. Он одинаково любил и боль и удовольствие, особенно удовольствие через боль, что Шинода ему сейчас и давал. Бэнингтон кричал и извивался, насаживаясь на член любовника, слушая ответное рычании, когда Майку удавалось войти особенно глубоко, удариться в простату, вырвав стон на выдохе, вытрахивая своего любовника, заполняя его собой. - Мой, – еще одно яростное движение бедрами, держа Честера за талию, не давая тому упасть после своего сокрушительного оргазма и кончая следом. Они повалились на кровать обессиленные и почти не в себе, Майк все еще был внутри растраханной задницы, но Честер не протестовал. Ему нравилось это послевкусие от секса, можно было наслаждаться дальше этой принадлежностью к тому, кого любишь. Но не долго. МС откатился в сторону и закрыл от наслаждения глаза. Его грудная клетка поднималась часто-часто, мысли все не хотели возвращаться в голову, а яйца, казалось, гудели от пустоты. - Майк? – Чес нашел в себе силы и приподнялся на одной руке, потом перевернулся и взглянул на своего парня. - Ммм? – безразлично протянул тот. - Ты, все еще любишь меня? – вопрос прозвучал по девчачьи сопливо и глупо, так, что захотелось дать себе же самому пинка, но он просто не мог не спросить. - А что я, по-твоему, тогда тут делаю? – Майк мягко улыбнулся, но глаза оставались отстраненно холодными и пустыми. - Я подумал, что… - Не думай, – Шинода вновь навалился на любовника, вновь начиная терзать его рот своим. – Это у тебя всегда плохо получалось. - Раньше ты был не таким, – испуганно глядя в глаза МС, но, все равно, обвивая его за шею, не отпуская, не давая возможности уйти. - Раньше у меня не было повода сомневаться в твоей верности. И жену я не имею в виду. - Тогда кого ты имеешь в виду? - Подумай сам, любимый, – оскалился тот в улыбке, и Чесу стало не по себе. - Ты бросил меня, Майк. Ты не имеешь права меня обвинять в том, что произошло. - Ну, конечно, а ты у нас сама святая невинность, – все же отдирая руки Честера от своего загривка, поднимаясь на ноги и натягивая валяющиеся рядом пижамные штаны. - Майк, – голос был наполнен болью и отчаяньем, но Шинода много раз такое слышал и это ни к чему не приводило. Создавалось такое ощущение, что у репера выработался иммунитет на эти щенячьи глазки и на эти бровки домиком, на интонацию, почти молящую в ахуенно любимом голосе. - Твою мать, – рыча сквозь зубы, поворачиваясь к Честеру лицом, внимательно разглядывая его обнаженного тело на развороченной постели. – Ты знаешь, как сильно я тебя ненавижу? – подходя ближе с каждым словом, нависая над испуганным любовником. – Как сильно меня бесит моя привязанность, моя болезнь тобой? Ты хоть понимаешь, что я ни когда не смогу стать нормальным мужем для Анны и отцом для своего ребенка лишь потому, что все мои мысли занимает то – где ты, с кем ты, трахает ли тебя кто-то? – кончиками пальцев обводя скулу, проходясь по исцелованным губам. – Как сильно я люблю тебя, но готов причинять тебе боль, только бы не дать тебе уйти? Бэнингтон улыбнулся и обхватил эти волшебные пальцы своими губами, засасывая их в свой рот, в жаркий и влажный плен. - Я не уйду, не бойся, – приподнимаясь на локтях и потянувшись в сторону этого чокнутого парня. – Я только твой. Только не отпускай. Майк мягко выдохнул, утыкаясь носом куда-то Честеру в шею, притягивая к себе сильнее, сжимая так, что затрещали ребра. - Только попробуй, и я убью тебя. - Договорились, – счастливо произнес рокер и утянул любовника за собой на постель, влажно и мягко целуя, не давая освободиться из своих объятий. Главное рядом, а боль физическая это такая мелочь. К тому же Честер научился получать от нее удовольствие и уже просто не знал, как можно кончать от нежности.

Admin: Название:художник и модель.странные отношения двух идиотов Пэйринг:стандарт.кроме Чеса и мйка в фике ни кого из парней которых бы мы все знали нет Статус:завершен Предупреждение:АУ и все с ним связанное.ошибки,не забываем про ошибки - Тихо, не двигайся, – Майк серьезно взглянул на Честера, и вновь принялся водить кисточкой по его телу, нанося новые штрихи, почти заканчивая свой рисунок. – Ты знаешь, – легкая улыбка на его лице, – ты лучший холст, что когда-либо у меня был. Бэнингтон лишь закусил в ответ губу, чтобы не застонать в голос от этого удовольствия, что приносили прикосновение кисти и те мимолетные пальцев самого Шиноды. - Готово, – выдохнул японец и горящими глазами уставился на грудь Честера. - Я могу уже посмотреть? –парень улыбнулся Майку. - Конечно. Только не прикасайся, краска еще не высохла. Честер поднялся и подошел к большому, во всю стену зеркалу. Его грудь украшали драконы. Красивые, хищные и весьма милые. Бэнингтон улыбнулся, хотелось погладить этих мифических животных, что сейчас красовались на его теле, потрепать их, словно котят, настолько живыми они казались. Шинода подошел к нему со спины и обнял, прижимая к своей груди, гладя плоский живот, опускаясь ладонью ниже, обхватывая пах, давно стоящий член. - Майк, – выдохнул тот и полностью расслабился в руках любовника. - Тебе нравится, Честер, нравится то, что ты видишь? – Шинода толкнул его в сторону зеркала, заставляя опереться о него ладонями, отклячивая зад, лаская меж ягодиц сильными, нежными пальцами. - Очень, – вглядываясь в свое отражение, в свои похотливые глаза и эту сумасшедшую улыбку, что расцвела на мальчишеском еще лице. - Это хорошо, – опускаясь за спиной Честера на колени, начиная вылизывать жаркую дырочку, что пульсировала, жаждала большего и Майк это давал. Движения были резкими и рваными, ни какого ритма, просто слепое желание и жажда обладания. Бэнингтон скулил и скреб ногтями гладкую поверхность зеркала, смотря, как потеки собственного смени стекают по зеркальной глади, отражаясь в ней. - Я пойду? – оборачиваясь к Майку, что лежал на дощатом полу, раскинув в стороны руки-ноги и бездумно смотрел в потолок, что сам разрисовал несколько месяцев назад. - Конечно, – почти без эмоций. Наслаждение ушло, надо было искать вдохновение в другом. – Там стемнело, будь осторожнее, – вот тебе и все прощание. Честер брел по вечерним улицам. Время было далеко за полночь и эта скотина, что звалась его любовником, даже не предложил остаться. Честер, если уж быть откровенным перед самим собой, не ожидал этого, но где-то в глубине души надеялся, что рано или поздно, но Шинода позволит приблизиться к себе еще ближе, стать кем-то большим, чем просто мальчиком на один вечер. Пусть эти вечера и длились уж несколько месяц. Хотя, последнее время, Майк стал пускать его к себе не так уж и часто, через день, а то и реже. Эти странные отношения начались у них четыре месяца назад. Не то, чтобы Честеру нужны были деньги, ему просто было интересно какого это, когда на твоем теле делают рисунки, которые потом можно смыть? Что ощущает холст, когда по нему проводят кистью, нанося разные цвета. Вот он и согласился на эту странную работу. Парень, что предлагал за такой не хилый труд хорошие деньги оказался весьма странным человеком. Он почти не разговаривал и смотрел всегда куда-то вглубь своих картин, вглубь себя. Ему были не интересны люди, что его окружали, ему было вообще ни чего не интересно, кроме красок и своих холстов. С удивлением, через пару дней, Чес понял, что перед ним один из именитых художников современности, но с его амбициями было понятно, почему парня ник уда не приглашали и вообще старались редко о нем вспоминать, но этот Шинода и сам был не против одиночества и такого нежелания публики общаться с ним. Хотя сама эта публика с большим удовольствием и рвением пополняла его, Майка, банковский счет, скупая новые картины за безумные деньги. Впервые, когда кисть прикоснулась к коже, Бэнингтона словно дернуло током. Это было приятно, чертовски восхитительно, но окрик мастера, заставил вернуться на место, не двигаться и вести себя так, словно ты не живой. Чес и сам не заметил, как эти не хилые манипуляции и этот парень, что склонился над ним стали возбуждать его, заводя и распаляя тело все сильнее и сильнее. Майк надул свои пухлые губы и недовольно взглянул на вставшую плоть своего натурщика, если таковым Бэнингтона можно было назвать. Шинода отложил кисть в сторону, обхватывая этой же рукой член своего гостя, склоняясь над его лицом и проводя кончиком языка тому по прикушенным губам. - Я могу сделать это с тобой позже, когда мы закончим, если хахочешь, – и, получив утвердительный кивок в ответ, он вновь принялся за свою работу, уже не обращая внимание на тихие стоны и вздохи будущего любовника. Честер не думал, что так все сложится. Но сейчас, идя в одиночестве по этим темным проулкам, был рад, что тогда не сопротивлялся и само проведение привело его в объятия этого странного, но невероятно сексуального человека. Только вот, как только Чес смывал рисунки со своего тела, как только само тело остывало после любовной ласки, настроение художника менялось, его интерес к Чесу пропадал. - Я так чертовски устал от его холодности, – швыряя сумку в угол комнаты, заваливаясь на кровать, закидывая руки за голову и смотря в потолок. Понимая, что, чтобы он сейчас не говорил и не думал, послезавтра он обязательно отправится в дом этого парня снова. Сладостная нега вновь прокатилась по всему телу, как только Честер вспомнил сегодняшний вечер, его окончание, а смущение залило краской уши, лицо и даже шею. Воспоминания о том, каким он выглядит, когда кончает, смутило и возбудило его окончательно. Пара резких движений по всей длине своего члена и Честер провалился в блаженный сон, улыбаясь, как стоваттная лампочка, мечтая и во сне увидеть своего чокнутого парня. - Эй, Чес! - Привет, – Бэнингтон взглянул на приближающегося друга. – Сегодня то ты свободен или опять отправишься на свою работу? - Еще не знаю. Думаю, что занят не буду. Оба молодых человека шли по направлению к университету. В разгаре была весна и учеба скоро заканчивалась. А конкретно для этих ребят она заканчивалась навсегда. Это был выпускной курс. - Может, тогда сходим куда-нибудь? Ты давно с нами не выбирался. - После занятий все обсудим, – хлопнув приятеля по плечу, Бэнингтон направился в сторону своего корпуса, улыбаясь весеннему, теплому солнцу, жмурясь от удовольствия. Он уже знал, что ни куда сегодня ни с кем не пойдет. Ему просто ужасно хотелось увидеть Шиноду. Он пойдет к нему. - Мы на сегодня не договаривались, – буркнул японец, смотря на гостя, что топтался в дверях его дома. - Я знаю. Но подумал, что мог бы побыть у тебя, позаниматься. Я не буду тебе мешать, честно. Майк о чем-то не долго размышлял, но потом посторонился и пропустил визитера внутрь. - У меня серьезная выставка. Точнее, выставка так себе, но попросил друг и я занят. Не мешай мне, – проходя в студию, но не закрывая за собой дверь. Честер этим воспользовался и проскользнул следом, устраиваясь на подушках, что валялись на полу, наблюдая за тем, как работает его любовник. Бэнингтон просто млел лишь от вида растрепанное Майка, руки которого были в краске, взгляд был устремлен на холст, волосы растрепаны, обнаженная спина была покрыта легкой испариной и солнце красиво играло бликами на смуглой коже, а спортивные, домашние штаны сползли так низко, что было видно ямочки над ягодицами. В штанах у Честера стало жарко, он поерзал на своем импровизированном ложе, устраиваясь удобнее и поправляя стояк в своих штанах. Идея наблюдать за тем, как Шинода работает, уже не казалось такой заманчивой. Поднявшись на ноги и тихо подойдя к художнику со спины, Чес тихонько позвал его: - Майк, – но тот все равно дернулся, и кисть проехалась по части холста, оставляя за собой лазуревую полосу. Бэнингтон инстинктивно отступил на шаг назад, понимая, что сейчас его будут убивать и он не ошибся. Глаза японца пылали ненавистью и гневом. - Я же просил тебя мне не мешать?! Я вообще не звал тебя сегодня, сегодня не твой вечер. Зачем ты пришел? - Потому что люблю тебя, потому что скучал без тебя, – заорал в ответ Чес. – А тебя интересуют только твои краски и кисти, больше ни чего, – хватая Шиноду за плечи и начиная трясти. – Ты не видишь людей, Майк, ты словно не замечаешь их. Не хочешь. А я тут, живой, я хочу быть рядом. Художник дернулся и отошел в сторону, выпутываясь из захвата Чеса, смотря в бок, не собираясь сталкиваться со взбешенным любовником глазами. - Посмотри на меня, Майк, прошу тебя, – взмолился парень и подошел к любовнику вплотную. Но тот лишь отвернулся и указал рукой на дверь. - Ты испортил то, над чем я работал последние два месяца. Уходи. Бэнингтон ни когда в жизни так быстро не бегал. Ему казалось, что за ним гонится сама Смерть и так оно и было на самом деле, потому что он умирал в данный, конкретный момент от отчаянья и страха, что Шинода больше не позволит к себе подойти. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, легкие разрывало от жара нехватки кислорода, глаза застилали слезы. Лишь дома, когда под ним оказалась его кровать, он дал волю своему отчаянью, воя в подушку, заглушая крики этой пуховой преградой. Утром следующего дня Чес плюнул на все, и отправился таки с ребятами в паб. Всем было весело, да и ему тоже, если только кто-то не отхватывал себе красивую девчонку и не волок ее чуть дальше от бара, в сторону моря, где пустынный вечерний пляж на пару с морем шептали о любви. - Честер, – один из приятелей толкнул его локтем, – вон та цыпочка уже пол вечера не спускает с тебя пристального взгляда. Может, рискнешь? Бэнингтон перевел хмельной взгляд на даму, о которой говорил пьяный одногрупник и улыбнулся, девочка реально была ни чего и даже в его вкусе. Точнее до того, как в его вкусе стали полукровки японского происхождения, с раздутым самомнением и охренительным член, которым тот умел пользоваться. - Привет, – Честер подошел к девушке и сладко, почти приторно ей улыбнулся. Хотелось блевать от той пошлости, что сейчас расточали его губы. - Привет, – застенчиво. Словно не она пожирала его взглядом последние полтора часа. - Угостить чем-нибудь? - Мне кажется, что нам обоим уже хватит, – обвивая своими тонкими ручками за шею, приподнимаясь на носочках, потянувшись за поцелуем и Честер позволил, отпустил себя и приоткрыл рот, позволяя этой сучке хозяйничать в нем. Поцелуем это лизание назвать было нельзя. Слишком мокро, пошло, с чавканьем и наигранными стонами. Бэнингтон отпихнул от себя красотку и, схватив со стула ветровку, вечерами еще было прохладно не смотря на дневную жару, кинулся вон из бара. Пытаясь на ходу придумать оправдание своему поступку, своей глупости, своему непозволительному идиотизму. Комната, как и всегда до этого, приняла в свои объятья, мягко окутала сумерками и густыми тенями, подталкивая к постели, давая успокоение и вновь разжигая внутри самоедливую жалость к собственному бесцельному существованию. Руки сами потянулись к ящику около постели, открывая его и доставая деревянную шкатулку, полностью обклеенную ракушками, подарок младшей сестренки на день рождение. Именно там Честер хранил самые значимые для него мелочи из жизни. От солдатика, до первой записки влюбленной девочки из параллельного класса. Как давно это все было. И самый последний его трофей, то самое объявление, что положило начало мучениям, которые он испытывал последние несколько месяцев. Именитому художнику на ближайший месяц требуется натурщик. Последующие время работы будет обговорено или нет, если контракт не будет продлен. Людей с проблемной кожей просьба не обращаться. Оплата договорная, но я уверен, что вам понравится. Телефон для связи: ххх-ххх-хх-хх Даже в это объявлении, этот ублюдок смог преподнести себя так, словно он Бог, а все остальные и пальца его не стоят. Честер уже было собрался порвать этот клочок бумаги, когда глаза его вновь пробежали по строчкам нехитрого предложения. А потом еще и еще, снова и снова. - Я такой идиот, – застонал Бэнингтон, падая на кровать, улыбаясь во все тридцать два, прижимая к груди странное объявление, на которое, по сути, откликнулся лишь только он. Днем Честер вновь бежал так, будто ему на пятки наступал ураган Катрина и все ее братья и сестры вместе взятые. Ему хотелось побыстрее добраться до дома Шиноды. Но, как только он завернул на дорожку к крыльцу, его взору открылась прекрасная картина – Майк стоял во дворе своего дома, чуть прищурив свои раскосые японский глаза и рисовал какую-то обнаженную девушку. С дороги, что молодая женщина была голой, было не видно из-за густых кустарников, что скрывали дом от посторонних глаз. Но вот когда ты почти подошел к крыльцу, вот тогда и становится видно, что происходит во дворе дома. - Честер? – Шинода удивленно посмотрел на любовника и вновь вернулся к рассматриванию модели, нанося штрихи на холст. - Кто это? – взревел Бэнингтон. - Моя модель, – пожал плечами Майк, не отрываясь от своего занятия. - Но, я думал, что я твоя модель! – разворачивая японца лицом к себе, яростно вглядываясь в эти пустые глаза. - Ты не пришел вчера, вот я и подумал, что тебе надоело все это, – вновь пожатие плечами тот и Честер просто взорвался, крича что-то невразумительное, а потом швырнул в уже бывшего любовника тем самым объявлением о приеме на работу и кинулся вон. - Кто это был? – удивленно хлопая глазами, принимая из рук художника простыню, чтобы прикрыть свое тело и пройти в дом вслед за его хозяином. - Мой парень, – Майк мягко улыбнулся. - Ревнивый? - Еще и глупый до ужаса. Девушка рассмеялся, направляясь в ванную комнату со своими вещами, чтобы переодеться и покинуть эту гостеприимную обитель. На сегодня она уж точно тут больше не нужна, а увидев любовника Майк, явно нужна не будет больше ни когда. Тот просто не позволит позировать обнаженной женщине перед своим парнем, не смотря на то, что Шинода не интересуется прелестями противоположного пола. Майк же спокойно поднялся в мастерскую, аккуратно сложил краски и кисти в сумку, взял немного растворителя, что был безвреден для кожи и, улыбаясь, зашагал по залитой солнцем улице, щурясь от яркого света и от песчинок, что иногда бросал в лицо теплый, весенний ветерок. До дома Честера, Майк добрался сравнительно быстро, не так, как сам Чес, но тоже без особых промедлений. - Привет, – возникая на пороге одной из квартир, натыкаясь взглядом на взбешенного Бэнингтона. - Зачем пришел? – скрещивая руки на груди, не давая пройти внутрь. - Ты не пришел вчера, пропустил мою работу, но пришел сегодня и накричал на меня. Я решил, что возможно, ты бы хотел продолжения, – и кисточкой, что была зажата в руке, пока собеседник не опомнился, провел по губам, обрисовывая их контур. Глаза Чеса моментально потемнели еще больше, а дыхание сбилось, в штанах стало тесно, ладони вспотели. - Я говорил тебе, как я сильно тебя ненавижу? – прохрипел он, освобождая проход, смотря по сторонам, не заметили ли соседи его странного визитера. Бэнингтон скинул с себя всю одежду и устроился на своей постели, ложась на спину, наблюдая за тем, как Майк достает и раскладывает на его столе свои кисти и краски, разные баночки и всякую мелочь, что использовал в своей работе над Чесом. Модель знобило от предвкушения, пальцы на ногах поджимались от сладкой истомы, что разливалась по всему телу, мысли бились хаотично и просто бесцельно в пустой, звенящей голове. Шинода развернулся к Честеру и улыбнулся, а потом резко скинул все со стола. Краски расплескались, создавая на полу причудливые узоры, смешиваясь и сливаясь в совершенно чуднЫе рисунки. - Зачем? – заикаясь спросил Честер, приподнимаясь на локтях. - Мне надоели наши прелюдии, – улыбнулся Майк, освобождая себя от одежды, почти тут же ложась на любовника сверху, раздвигая его ноги и устраиваясь меж ними. – Просто надоело – впиваясь с мягкие губы, терзая их своими зубами, трахая этот жаркий рот своим языком, заставляя парня под собой стонать и корчится от удовольствия, что принес один это поцелуй. Звон будильника заставил Чеса сонно пробурчать. Надо было подниматься на занятия, но этого до ужаса не хотелось. Тело затекло от неудобной позы, а еще что-то тяжелое мешало ему поднять правую руку. Недовольно приоткрыв один глаз и скосив его в сторону, Бэнингтон его тут же закрыл, чтобы открыть обо сразу, и взглянуть на голову Майка, что как раз и мешала ему оторвать руку от подушки. Довольная улыбка расплылась по припухшей со сна физиономии, от воспоминаний того, что вчера с ним творил Шинода без всяких кисточек и красок, а только при помощи своих чутких пальцев и волшебного языка, ну и члена само собой. - Привет, – Майк улыбнулся, сонно моргая, пытаясь разглядеть любовника со сна. - Привет, – прошептал Честер, все еще не веря, что проснулся в объятиях этого потрясающего, но с прибабахом, парня. - Тебе пора вставать? – приподнимаясь на одной руке, потягиваясь и зевая, даже не стараясь скрыть свою наготу, ничуть не смущаясь, вылезая из постели и подходя к окну. - Эй, ты что творишь? – дернулся Бэнингтон, отволакивая того от выходящего на пешеходную улочку стекла. - Прости, – фыркнул Майк, – все время забываю какой-то стеснительный. - Козел, – отворачиваясь и начиная копаться в своих вещах в шкафу, в поисках того, что еще можно одеть, потому что до прачечной он как всегда не дошел. - Почему ты вернулся? – Шинода обнял его со спины и поцеловал в загривок. - Потому что нашел твое объявление, потому что вспомнил, что ты сказал про два последних месяца, потому что…много еще чего «потому что», – пробурчал Честер, ему было неловко от того, что приходиться признаваться в своей ошибке и в своей глупости. - Да, я нанимал тебя только на месяц, но немного увлекся, просто не мог от тебя оторваться. А потом пришлось рисовать ту картину, и нужно было сократить наше время общения, потому что ты занимал все мои мысли, когда я видел тебя, когда ты был в поле моего зрения, вот я и сделал наши встречи через день. - Я не хотел, чтобы было так. Прости, – прошептал Чес, чувствуя себя еще большим придурком, чем он был. - Но это было забавно, – хихикнул Майк и погладил ладонью все еще голую чесовскую задницу. – И так возбуждающе, – проникая меж половинками пальцем, проталкиваясь внутрь еще незакрытого отверстия. - Майк, – Чес застонал и чуть прогнулся. - Не сейчас. Когда вернешься, – отходя в сторону, собирая свою одежду и разбросанные, засохшие краски. – Сначала работа, потом удовольствие, – одевшись, Шинода ушел, отправляясь к себе домой. - Вот сука, а? – довольно скалясь, садясь на край развороченной постели, держа в руках мятую майку, смотря на только что закрывшуюся за любовником дверь. – Всегда последнее слово должно быть за ним.

Admin: Название:Порностар Пэйр:беннода Предупреждение:АУ Статус: завершен Часть I. Флафф Хан толкнул друга в бок и Майк повернулся смотря в туже сторону, что и его напарник. По кампусу шел молодой человек с сумкой в руках. Он явно был новенький, его Шинода точно еще ни разу не видел, потому что бы запомнил такого симпатягу. Парень остановился в центре не большой площади и сверился с тем, что было написано на листе бумаги в его руках. Майк улыбнулся и направился к нему. - Привет, помочь? Тот молча разглядел Майка, а потом нерешительно улыбнулся и кивнул, протягивая Шиноде лист с написанным на нем адресом. - Оу, это почти рядом с нами. Джо, пошли проводим. - Ок, – Хан поравнялся с обоими парнями и протянул руку незнакомцу. – Джозеф Хан, – представился он, – местная краса и гордость. - А еще занощевый ублюдок и жуткий тип. Его лучше остерегаться. - Майк, – воскликнул Хан, но потом оба азиата рассмеялись, втягивая в дружеский смех после перепалки и новичка. - Я Честер Бэнингтон. Перевелся из Феникса. - Круто. Я Майк Шинода, ни откуда не переводился, родители помогли со стипендией. - Пиздит, – кивнул Хан, переключая внимание Чеса на себя. – Он выиграл гранд на обучение, этот парень талант, я должен тебе сказать. Даже по-пьяни такие работы рисует, что позавидовали бы многие именитые мастера, если бы увидели. - Перестань, Джо, – Майк смутился и двинулся в сторону одного из корпусов, жестом приглашая Честера следовать за ним. Хан тоже не отставал. Шли молча, но тишина не отягощала, как могло бы показаться с самого начала. Просто трое парней обдумывали каждый свое. Майк перебирал в голове работы, что ему предстояло сделать, а еще ему очень понравился внешне этот парень. Джо думал о том, что пора бы провернуть очередной прикол в корпусе девушек, а то давно не слышались визги и писки прекрасного пола, благодаря проделкам Хана. Честер же размышлял о том, вольется ли он в коллектив этого колледжа, одного из самых лучший в стране. Место, ради которого ему пришлось работать почти пять лет, чтобы скопить денег на поступление и оплатить сразу два года своего пребывания. - Твоя комната на третьем этаже, думаю, там ты не заблудишься. Майк и Джо уже развернулись, чтобы идти к своему корпусу, но Честер их окликнул. - Да? – удивленно спросил Шинода. - Я ни кого тут не знаю, и подумал, что может быть… – Бэнингтон замялся и очаровательно покраснел. - Конечно, – Джо ответил первым, расплываясь в улыбке до самых ушей. – Мы вон там, в третьем корпусе, – тыкая пальцем куда-то вправо, – комната 408. Забегай, как только распакуешься, мы тебе тут все покажем. - Спасибо, – Честер просиял и скрылся за дверями своего нового жилища на ближайшие два года. - Тебе не показался этот парень знакомым? – Майк задумчиво взглянул на Хана. - Неа, – тот отрицательно замотал головой, – обычный парень. Чуть застенчивый, но думаю, оторва еще та, – заржал кореец. - Тебе бы только дурью маяться, – Шинода сокрушенно покачал головой и направлся в сторону их корпуса. Надо было еще сделать пару докладов и дорисовать ту мазню, что многие в этом заведение считали произведениями искусства. Честер постучал в их дверь спустя два часа и восемь минут. Он не смело приоткрыл ее, когда зычным хановским голосом было предложено войти. - Привет, – неуверенно разглядывая комнату, топчась в проеме двери, замечая, что эта спальня устроена лучше, чем его. За нее явно было уплачено намного больше в общаге, чем в той части, где жил сам Бэнингтон. - Привет, – Майк улыбнулся и Честер улыбнулся в ответ, отмечая про себя странную реакцию на этого мальчика-гения, то тепло, что появлялось внутри, когда японец ему улыбался. – Как устроился? - Не плохо, – Бэнингтон пожал плечами и присел на предложенный ему стул. - Кто сосед? - Его зовут Бред и он очень странный, – усмехнулся Честер и потер запястье. Браслеты и фенечки, что весели в несколько рядов, иногда, весьма ощутимо раздражали нежную кожу. Шинода мельком глянул на этот жест, пока Чес вновь не скрыл все свое богатство за длинными рукавами своей кофты. - Брэдли отличный парень, – Майк сел напротив Чеса, вытирая руки после краски, кончики пальцев так и остались измазанными. – Просто, у него достаточно странное виденье того, как устроен этот мир. - Но тебе нравится его виденье, – хмыкнул Джо, смотря на друга в упор. - Да, нравится, – тот пожал плечами. – А еще, Дэлсон интересный собеседник. Так что, если вы с ним подружитесь, поверь мне, скучать тебе не придется и нудные беседы ни когда больше не войдут в твое сознание. Бред умеет делать даже самые скучные лекции о том, почему цветы размножаются опылением, самым захватывающим блокбастером года. Бэнингтон рассмеялся, заразительно и очень по детски, так же чисто и приятно. Майк не мог не поддержать его, Хан не остался в стороне тем более. - У вас есть какие-нибудь планы на вечер? - Джо собирался к своей девушке, а я мог бы показать тебе окрестности. Тут красиво вечерами. - О, Майки у нас романтик, – хохотнул Джо, напяливая кеды. – Я пошел, оставляю вас наедине. И смотрите, – грозно зыркнув на Шиноду, – ведите себя прилично. Под его громкий ржач и под стук ботинка о закрывшуюся за Джозефом дверь, Майк посмотрел на Честера виноватыми глазами: - Иногда он ведет себя, как настоящая задница. - По-моему, он очень хороший парень. - Да уж, – фыркнул Шинода, кидая в сумку пару карандашей и альбом, одевая ее через голову на манер почтовой и напяливая кеды. – Готов к прогулке? Чес кивнул и оба художника вышли из комнаты. Как и говорил японец, окружающий мир действительно становился каким-то волшебным в лучах заходящего солнца и Честер не мог не заметить, как и сам провожатый преобразился, смотря на всю эту красоту, что была вокруг. - Где именно ты учился, пока не перевелся сюда? – Майк украдкой взглянув на Честера, принялся наносить штрихи в небольшом альбоме, что он всегда таскал с собой. Оба молодых человека сидели на небольшом холме, откуда открывался превосходный вид на поля внизу. - Я работал, – Честер пожал плечами и сорвал травинку. Он лег на спину и уставился в небо, на бегущие облака, на пролетающих иногда птиц. – Денег на обучение у родителей не было, так что я работал, чтобы скопить на первые года, в надежде, что получу гранд или что-нибудь в этом роде. - Получишь, – Майк был серьезен и очень мил. Чес улыбнулся в ответ, вновь погружаясь в свои мысли и воспоминания, смотря в небо, перекатывая травинку из одного угла губ в другой. Шинода же смотрел на нового знакомого и не мог отделаться от чувства, что он видел этого парня раньше, что он знает его, ему были знакомы эти тонкие кисти, вообще эта манера двигаться. Возможно, Майк где-то на уровне подсознания мечтал о ком-то подобном рядом, а возможно он просто тупо влюбился с первого взгляда. Они вернулись в студгородок когда уже совсем стемнело. Попрощавшись и договорившись встреться утром перед завтраком, оба довольные разошлись по свои корпусам. Первым делом Шинода скинул кеды и кинул в угол сумку. День был странным, а вечер наполнен такой романтикой, что очень хотелось секса. Прямо сейчас и плевать с кем. Хана в комнате не оказалось, что свидетельствовало о том, что у этого придурка секс сегодня будет точно или уже имеет место быть. - Сволочь косоглазая, – пробурчал Шинода, подходя к своему столу и включая компьютер, предварительно заперев дверь. Майк запустил съемный винт и открыл свою самую драгоценную папку. Парень, что снимался в этом порно, во всех этих фильмах, был просто великолепен. Именно он был тем самым вдохновением, музой, что вела Майка по жизни последние года три. Шинода наткнулся на него где-то на просторах сети. Как обычно бывает: бесплатный порно-сайт, где можно было посмотреть небольшие привью, прежде чем заплатить за весь фильм полностью, на другом ресурсе. Это было нечто. Красиво тело все испещренное татуировками, просто умопомрачительный голос, пока кто-то из любовников, партнеров по съемкам, трахал его, целовал, отсасывал. Рука сама поползла к ширинке, ныряя под ткань штанов и белья, сжимая и поглаживая стоящий член. Майк хотел, чтобы такой парень, как этот актер, имя которого не было ни в одних титрах, был с ним. Просто так, без ни чего, по любви. Глупо. Шинода чуть поерзал на своем стуле, устраиваясь удобнее, смотря на то, как здоровый мужик трахает умопомрачительную задницу. Майк сейчас отдал бы все на свете, только бы самому входить в эту дырочку, наслаждаясь узостью канала и шелковистой кожей бедер под ладонями. С громким стоном, смотря на то, как этот ебырь кончает на поясницу своему любовнику, Майк излился себе в кулак, запрокидывая голову, закрывая глаза и представляя себе, что это не его рука, не его кулак, что это тот самый парень, что снится ему достаточно часто. - Опять дрочил на свою конфетку? – довольный Хан смотрит на не менее довольного Майка, что удобно устроился на своей постели с альбомом в руках и карандашами рядом. – Нашел бы себе лучше нормального парня. - Я не хочу ни кого, хочу только этого. - Майк, – Джо присел на свою кровать, упираясь локтями в колени и кладя подбородок на сцепленные в «замок» руки, – ты даже лица этого актера не видел, потому что его не показывают, а если и показывают, то оно скрыто различными масками, как ты можешь с уверенностью тогда говорить, что хочешь именно его? Может, он Квазимодо или что-то в этом роде. - Нет. Человек не может быть красивым или некрасивым, ты и сам это прекрасно знаешь, – фыркнул Шинода. – Первый курс, если ты не забыл. - О Боги, Майк! – падая на спину, на свою койку и смотря в потолок. – Ты не исправимый романтик. - И все же, – Майк задумчиво посмотрел на рисунок в своих руках – там была изображена кисть его порно-звездочки, с татуировкой, что огненным кольцом всполохов пламени окружала запястье, – мне кажется, что я уже это где-то видел. - Во сне, когда кончал от той мокроты, что тебе привиделась, – заржал Джо, поднимаясь с кровати и беря полотенце с душевыми принадлежностями. – Я в душ, чувак, надеюсь, когда я вернусь, ты перестанешь дрочить на свою звезду и подумаешь о том, что полно парней, которые могли бы удовлетворить твое бедное, изголодавшееся по сексу тело, – ухмыльнувшись, скрываясь за дверью. Утром Майк встретил Честера и оба отправились в студенческую столовую. Жрать хотелось неимоверно, а Честеру не терпелось посмотреть, что и как устроено в этом месте. Природа было супер, но вот где он будет учится и с кем ему придется общаться, все это неведение слегка его нервировало. - Успокойся, – Майк сжал плечо нового друга. – Все будет в порядке. Ты отличный парень и многим придешься по душе. - Я бы хотел всем. Шинода засмеялся. - А кто бы не хотел, чувак? – хлопнув по спине ладонью, Майк смело зашагал вперед, показывая дорогу и обдумывая то, что этот парень за второй день знакомства, почему-то, очень странно въелся под корку головного мозга Майка. Да и ночью, вместо красавчика, а Шинода был уверен, что тот парень из порнухи красавчик, чтобы Хан не говорил, так вот, вместо красавчика ему приснился Честер, и это было чертовски горячо и влажно. Влажно точно, потому что Майк проснулся на мокрой от пота и спермы простыне. Майк представил Чеса своим знакомым, тем парням, с которыми он общался в свободное от учебы время и был очень доволен тем, что Бэнингтон пришелся всем по душе. Так вот и полетели будни и выходные. Честер потихоньку вливался в жизнь студенческую, а Майк в его собственную. В общем-то, спустя почти два месяца, Бэнингтон мог с уверенностью сказать, что он безнадежно влюблен и готов сделать все, что угодно, только бы Майк и дальше продолжал с ним общаться. Так что, не думая ни о чем таком особенном, Честер согласился по позировать немного Шиноде, который в свою очередь готов был отдать многое, чтобы увидеть свою ночную фантазию, которая теперь постоянно мелькала в его снах то тут, то там, без одежды. Хотя бы без майки и дурацких кофт, что скрывали руки Бэнингтона почти до самых кончиков пальцев. - Джо, – Шинода был потерянным и смотрел на друга очень странным взглядом. - Что-то случилось? – кореец испуганно взглянул на друга и отправил девушку ко всем чертям, потому что видел парня в таком состоянии впервые. - Помнишь, ты как-то сказал мне, что лучше найти кого-то более приземленного, чем тот актер, которого выебало человек семь и это только если считать те фильмы, что видел я? - Ну, помню, – Хан не очень понимал, к чему ведет Майк. - Так я нашел такого. - Какого такого? Ты про Честера? - Угу, – Майк кивнул и вновь взглянул на Джо полными печали карими глазами. – Это и есть тот самый актер, Джо. Честер и есть моя мокрая мечта из монитора. - Ты много выпил, Шинода? – голос Хана резко стал холодным. – Или ты перегрелся? Чес нормальный парень и не стал бы сниматься в подобном дерьме. - Я попросил его мне позировать. Зашел за ним, а он переодевался. Я говорил тебе, что где-то я уже видел его, точнее не его, – Майк тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, что так и лезли в без того забитую голову, – эти фенечки, браслеты, разная дрянь на его запястьях, они просто скрывали пламя, что вытатуировано на них. - У многих может быть пламя на руках, это еще ни чего не значит. - Ну да, я тоже так подумал. А потом он потянулся к полке, за какой-то книгой, он обещал мне ее еще две недели назад, – пояснил Шинода и уставился в пол, – и на его пояснице имена та татуировка, что так сводила меня с ума у того мальчишки. Мне всегда хотелось быть на месте тех, кто его трахал. Чтобы можно было ее вылизать, каждую букву, быть внутри, лапать это шикарное тело и знать, что оно только мое. - А вокруг куча народу из съемочной группы и кто-то орет, что ты его ебешь неправильно. Фу, Шинода. Мысли трезво и позитивно. Ты знаешь, что Чес гей, так иди и возьми его, в смысле поухаживай, начни с ним встречаться. - А это идея, только вот… – Майк замолчал и перевел взгляд с пола на стену. - Вот ЧТО? – насторожился Джо. - Он же порно-актер, я буду черт знает каким по счету кто его поимеет. - Если он тебе вообще даст, – хмыкнул кореец и не сильно ударил Майка по плечу. – Если этот парень тебе нужен на трах, то так ему и скажи, а если он тебе нужен, как нечто большее, то пойди и признайся, что ты его фанат и вся твоя столешница с клавиатурой давно погибли под слоем спермы, что ты спускал, глядя на то, как его ебут другие. - Джо! – возмущению Шиноды не было предела. - А что я такого сказал? – сама святая невинность. - Мудак ты, – улыбнулся японец и поднялся. Он знал, что ему делать, только вот реакцию Честера он ни как не видел в своей голове. - И, Майк, а что ты сделал когда понял, что Честер это Честер? - Сбежал, – уже стоя у дверей понял японец и рванул прочь, Бэнингтона надо было срочно найти. Но искать не пришлось, Чес стоял возле корпуса их общаги и мялся на пороге. Он не знал, стоит ли входить и почему именно Шинода так стремительно покинул его комнату, но догадывался. Хотя искренне надеялся, что догадка не верна. - Нам надо поговорить, – Майк даже не дал Чесу на это что-то ответить, а просто потащил его прочь от этих дверей и этих зданий, туда, где ни кого в такое время быть не могло. Они вновь сидели на том самом холме. Точнее сидел Майк, а Честер, закинув под голову руки, смотрел в небо. - Я всегда старался сделать так, чтобы ни одной татуировки видно не было, когда я в обществе с людьми. Если лицо можно спрятать во время съемок и не бояться, что тебя узнают, то это уже ни куда не денешь, – Шинода взглянул на лежащего парня слегка смущенно, но не перебивая, понимая, что Бэнингтон и так понял причину его побега. – Я знаю, что тебе не приятно и прекрасно понимаю твои чувства. Просто, когда я закончил со всем этим, когда я заработал ту сумму, что мне была нужна на обучение, грязь все равно осталось. Я надеялся, что, если убегу подальше, когда поступлю и стану хоть кем-то, то смогу забыть эти годы. - Ты не обязан мне ни чего говорить или оправдываться передо мной, – просипел Майк, не в силах отвести взгляда от этого умиротворенного лица, на котором не было и тени сожаления или смущения. Честер знал, чем он занимался и знал, ради чего он это делал. Ему не надо было стыдиться. - Обязан, – Чес приоткрыл глаза и взглянул на Майка. Тот был очень красив сейчас, в лучах этого долбанного солнца. Парень хмыкнул, видимо, он был романтиком не хуже самого Майка, только вот отношений не построишь, Шинода для него слишком чист и пятнать его своим прошлым, парню не хотелось. - Знаешь, – Майк лег рядом с Честером, смотря на него, подперев одну щеку ладонью, – у меня не было времени подумать ни о чем том, что ты мне сейчас рассказал. Но Джо считает, что, если я люблю тебя, то надо просто закрыть глаза и плевать на то, что было в прошлом, потому что у нас есть сейчас и завтра, будущее. И, думаю, что он прав. - А ты любишь меня? – Честер лишь повернул голову и вновь взглянул на Шиноду, темные взгляд которого скользили по его лицу, мягко ощупывая каждую линию, складочку, морщинку, запоминая и впитывая, чтобы потом поделиться знаниями с холстом. - Люблю, – кивнул тот. – Полюбил еще до того, как узнал кто ты есть на самом деле. А еще я твой поклонник. - Поклонник? – удивленно протянул Бэнингтон. - Ну да, – рассмеялся Майк. – Я и порно то начал смотреть из-за тебя. Увидел один раз скрин-шот, и почему то повело, хотелось большего. С каждым новым фильмом я ждал, что тебя покажут полностью и лицо тоже, но…я сходил с ума, творил. - Творил? – Чес поднялся на локтях и посмотрел на собеседника уже внимательнее, ища в его взгляде издевку, но находя лишь смущение и улыбку. - Да. Ты моя муза. Правда, здорово? Честер еще какое-то время молчал, а потом громко, заливисто рассмеялся. Он вновь рухнул на землю, почти сгибаясь от хохота. Словно в нем развернулась тугая пружина, которая скручивалась последние несколько часов, заводя Чеса, насилуя его разум страхами и сожалениями. Бэнингтон, возможно, еще бы смеялся очень долго, но Шинода просто придавил его к земле своим телом и прижался своими шершавыми, сухими губами к губам Честера. - Как у девушки, – прошептал Майк, когда оторвался от сладкого рта друга. - Я подарю тебе гигиеническую помаду, – Шинода прикусил губу от сожаления, что Честеру видимо, не понравилось, но тут же получил легкий удар от Бэнингтона по плечу. – Не кусай их, не надо, – кончиками пальцев гладя щеку, – они такие красивые и мне больно смотреть на то, что ты с ними сотворил. - Здорово, – Честер крутанулся вокруг своей оси, и вновь уставился на Майка. Шинода покраснел, смущенно отводя взгляд, но потом вновь смотря на своего парня. Оба стоили посреди студии Шиноды, которую тот снимал за символическую плату. Для лучшего студента все только лучшее. Майк тоже так думал, поэтому, притянул Бэнингтона к себе за лацканы рубашки. - Иди сюда, – опускаясь с ним на застеленный подушками пол. - У тебя тут красиво. И романтично, – хихикнул Чес и подался вперед всем телом, целуя чуть пухлые губы японца. - Да, я люблю все красивое, – рассмеялся Майк и вернул поцелуй Честеру. - Я заметил, – обвивая крепкую шею руками, чуть подкидывая бедра, трясь пахом о такой же напряженный пах Шиноды. - Прямо здесь? – еще раз окидывая взглядом свою студию, залитую светом заходящего солнца. - Прямо здесь, – кивнул Бэнингтон и тихо застонал вновь потираясь своим стояком о бедро Майка, который вовсю пытался стянуть с себя футболку через голову и одновременно расстегнуть свои же штаны. Через пару минут оба молодых человека были обнажены и тихо постанывали друг другу в рот при поцелуях и, пока еще, не особо активных ласках. В какой-то момент времени, ни кто не понял, когда именно это произошло, но Честер уже стоял на коленях и локтях, подставляясь под язык и руки любовника, прогибаясь в спине и прося о большем. Но Майк не хотел спешить. Все его фантазии о том, чтобы он мог сделать с Честером, окажись тот в его смуглых, сильных руках, сейчас могли осуществится и японец хотел насладиться этим моментом по полной, понимая, что таких вечеров, дней, ночей, да всего разного будет еще много. Но именно этот, первый раз должен был быть особенным, как для Чеса, так и для самого Шиноды. Майк оглаживал худые, почти хрупкие плечи, кончиками пальцев проводил по татуировкам, которые раньше видел лишь на экране. Взгляд художника выявлял те или иные не точности, погрешности, тут же рисуя в голове модели того, как можно будет все исправить не нарушая при этом целостность всей картины, что вырисовывалась на спине любовника. Взрыв мозга и потеря полного контроля над собой у Шиноды произошла именно тогда, когда он своими руками, губами и языком добрался до поясницы парня, до странной надписи, значение которой Майк обязательно когда-нибудь узнает. Юркий язык самым кончиком скользнул по первой букве, чуть надавливая и щекотя, вызывая легкую дрожь тела под собой и сдавленный, задушенный подушкой стон. - Твою мать, – выдохнул Майк и потянулся, чтобы поцеловать Чеса в загривок. Бэнингтон протяжно застонал, трясь своим задом о пах любовника так, чтобы член Майка ровно попал в расселину меж ягодиц. - Сучка, – хохотнул Шинода и вновь сполз по телу Чеса вниз, к пояснице и бедрам. Целуя по дороге все, до чего мог дотянуться, откровенно трясь о Честера, лаская того руками, иногда сжимая в ладони член любовника и перебирая яички. - Майки, – Чес посмотрел громадными глазами, умоляя одним только взглядом. - Сейчас. Сейчас я все сделаю. Шинода поднялся и нашел в углу, где стояли краски, свои штаны. Он распотрошил все карманы, но смазка и резинка упорно не желали находиться. Майк уже начал нервничать, он точно помнил, что брал все с собой. Он уже вообще не расставался с этими вещами, потому что надеялся на то, что рано или поздно, но он уложит свою мечту в койку, чтобы не выпускать ее больше ни когда и ни за что. Ну, только если на нужды организма. Художник выругался и вернулся обратно к стонущему любовнику. - Убери руки от своего члена, Чес, – рыкнул Майк и опять устроился за спиной Бэнингтона, раздвигая руками его ягодицы, склоняясь и проводя языком по промежности. Чес дернулся и прогнулся в спине, стараясь усилить давление на свой анус. Майк усмехнулся, и повторил движение, снова и снова, лаская все увереннее, чувствуя, как расслабляется сжатое колечко мускулов, пропуская кончик языка внутрь. Любовник под ним захныкал, пряча лицо в одной из подушек, чтобы скрыть уже более громкий, почти животный крик удовольствия. Майк лизал, трахал языком, смачивая слюной, заставляя расслабиться под своим напором, под лаской, что была так приятно обоим. Один палец проник без труда, почти сразу начиная вращаться, искать то самое заветное уплотнение, которое подарит Чесу удовольствие на грани сумасшествия. И Шинода мастерски справился со своей задачей, трахая уже двумя пальцами, кусая и зализывая следы от своих зубов на ягодицах, толкаясь сильнее и глубже, надеясь, что слюны в качестве смазки ему хватит. С другой стороны, Честера трахали еще и не так, в конце концов, его телу не привыкать к небольшим вспышками боли. - Мудак, – одернул сам себя Майк за такие мысли, начиная двигать рукой медленнее, стараясь растянуть и подготовить как следует, чтобы не причинить лишней боли. - Я готов, – Бэнингтон выглядит, как нажравшийся валерьянки кот. Его потряхивает от перевозбуждения и мысли кончить, а еще от безумного желания почувствовать в себе Шиноду, знать, что это не очередной ебарь-актер, а тот, кому ты дорог, кто хочет тебя, потому что ты это ты, а не только хорошенькая мордашка и отличный вид с тыла. Шинода вытаскивает пальцы и почти тут же заменяет их своим членом. Он не церемонится, а вгоняет себя сразу на полную длину, лишь после того, как он замирает на какое-то мгновение, он просит у Бэнингтона прощение, просит его простить за эту боль и обещает ему, если не райское, то очень похожее на него наслаждение. Чес верит, он лишь стонет и прикусывает губу, чуть двигая бедрами назад, разрешаю любовнику двигаться, и тот не заставляет себя долго ждать. Шинода дерет его резко, сильно, с удовольствием и смаком. Наслаждение расползается по венам и белыми кругами перед глазами, красными всполохами под смеженными веками. Чес почти выл, ему ни когда еще не было так хорошо, пусть он и был тем, кто трахается за деньги. Да, Бэнингтон любил секс, много секса, но он не любил разных партнеров, он хотел одного и до конца жизни. Романтика? Возможно. Вот только в данный момент она была ни к чему, слишком пошло, грубо, рвано и до чертиков приятно, чтобы отказываться от этого умопомрачительного мужика, что сейчас так классно трахал его. Честер смотрел в полок почти остекленевшими глазами и Шинода уже начал волноваться. С того момента, как они оба кончили и Честер просто рухнул под ним, лишь сумев найти в себе силы перевернуться на спину, он уставился в потолок и ни на что не реагировал, полностью погруженный в свои мысли. Все было еще лучше, чем казалось до этого Бэнингтону, только вот было страшно, что все это сон, тупая игра или просто блажь мальчика-гения, который может себе позволить все, что угодно, а не просто трахнуть порнозвезду. Слова любви красивы, когда добиваешься кого-то, только вот после секса они, обычно, как и всегда в жизни Бэнингтона, становились просто словами, что партнеры так умело расточали, дабы поиметь его задницу. - Ты боишься? – Майк подпер одной рукой голову и смотрел на Бэнингтона, мягко улыбаясь. - Боюсь, – прошептал тот, но взгляд от потолка так и не оторвал. - И правильно, – Шинода наклонился чуть ближе и прошептал, – потому, что я тоже, – вот тут уж Чес не смог больше игнорировать присутствие любовника и внимательно взглянул на того. - Так это и правда была не игра? - Правда, – Шинода рассмеялся и поднялся на ноги, подходя к небольшому холодильнику, что расположился весьма незаметно в нише. – Пива? - Да, было бы не плохо, – улыбнулся Бэнингтон, поднимаясь и садясь в позу «лотоса». – Очень не плохо. Эпилог. - Ты лжешь, – Честер улыбался во все свои 32. - Нет, это правда, – Майк улыбался примерно также, только немного ярче и самодовольней. Ночь была жаркой и полной признание. Они давно уже жили вместе, Бред согласился переехать к Хану, а тому было все равно, с учетом того, что бОльшую часть времени мистер Джозеф Хан пропадал в женской общаге, если не был загружен учебой. Сегодня утром Майк Шинода узнал о том, что университет согласился устроить и про спонсировать первую выставку Честера Бэнингтона при участии японца, который только своим именем сделает такую рекламу, что искать тех толстосумов, что готовы вкладывать деньги в их учебное заведение будет намного проще, чем на ежегодном балу, что руководство университета устраивало каждую весну Чес посмотрел на документы, что действительно подтверждали слова любовника и не мог поверить в свою удачу. - Первая, Честер, – Майк обнял его со спины и положил подбородок на плечо, – но не последняя. Бэнингтон звонко рассмеялся, а потом крутанулся в кольце рук любовника, поворачиваясь к тому лицом, обхватывая за шею, сцеловывая улыбку Майка быстрыми, стремительными поцелуями, наслаждаясь близостью любимого человека и в первые в жизни чувствуя себя по-настоящему кому-то нужным.

Admin: Название:ссора Пэйринг:беннода Статус:завершен Предупреждение:ошибки и все такое Подкатывать к Майку за работой - чревато последствиями, а подкатывать к Майку за работой со своими сексуальными неудовлетворенными желаниями - чревато огромным скандалом. Именно по этому, Бэнингтон сидел скрести в руки на груди на диване в своей гостиной и дулся на весь свет, при этим, не забыв смотреть программу, которую планировал глянуть еще две недели назад. Только вот в гостиной не своего дома и с женой в придачу, а в съемной квартире группы, которую оба вокалиста облюбовали для своих встреч. - Козел, – передача ни как не стыковалась в его голове, мысли все время возвращались обратно в студию. Майк был таким соблазнительным. Это было просто выше сил Честера смотреть на то, как Шинода покусывает свои пухлые губы, будучи полностью поглощенным работой, как он не глядя, берет стаканчик с уже остывшим кофе и пьет из него. Пара капель шоколадного цвета, что стекает по подбородку, путаясь в щетине, и так хочется слизать. И пусть остается покраснение от этой дурацкой бороды, пусть раздражение в самых неловких местах, но от этого не менее возбуждающе лишь от одних воспоминаний того, как такое произошло. Вот и сегодня Честеру хотелось секса, жаркого, медленного и жесткого траха, который мог ему обеспечить только Майк. А этот урод, лишь отмахнулся от поползновений шаловливых рук вокалиста к своему паху, а потом и вовсе выставил вон, чтобы Чес не мешал ему работать. - Вот сидит сейчас голодный, весь в своей работе. А я тут один, как дурак, блядь. Ну уж хрен ему, – рокер поднялся и уверенно направился к выходу. По ходу натягивая куртку и не шнуруя ботинки, быстрее схватил ключи от машины. – Не жди меня, – крикнул он из прихожей, вышедшей вслед за ним Талинде. - Хорошо, – пожала та плечами. Давно не секрет, куда этот балбес мог сорваться в такое время. – Но до обеда, чтобы был дома. Завтра приедут мои родители на ужин. - Я так и не понял, – Бэнингтон ворвался в помещение студии, чуть ли не снося дверь с петель, – я значит, ему предлагаю лучший минет в его жизни, а он выставляет меня вон! – Чес был готов все крушить. Но поняв, что ему, ни кто не отвечает, пригляделся. В помещении стоял полумрак, работал только монитор шинодовского компьютера, а сам хозяин машины, что нередко портила Бэнингтону кровь и настроение, а еще вызывала неконтролируемые приступы ревности (глупо, но факт), спал, опустив голову на скрещенные на столе руки. - Майки, – Чес присел на корточки перед своим парнем и мягко улыбнулся, тронув того за колено. - Мм, Честер? – Шинода сонно проморгался. – Сколько времени? - Уже поздно, – Чес поднялся на ноги и потянул Майка на себе, – и уже давно пора было закончить. Ты когда спал нормально последний раз? - Не помню, – репер снял шапку и почесал голову. – Наверное, недели полторы назад. - Когда ты отрубился прямо на мне, так и не приступив к своим прямым обязанностям? – надулся Чес, вспомнив, на кой хрен он вообще приперся в такое время в эту студию. - Да уж, – хмыкнул Майк и потянулся к компьютеру, опять усаживаясь в свое кресло. - Ты опять к нему? – взревел рокер. - Я просто выключить, – опешил от такого ревностно тона Майк. - Хорошо, – согласился Честер. – Выключай, – важно кивая. МС хрюкнул, чтобы не заржал в голос, и вырубил-таки машину. - А теперь, – когда экран погас, возвещая об отключении системы, Бэнингтон коварно улыбнулся и потянулся к любовнику, – мы поедем домой и ты мне отработаешь за то, что сегодня нарычал на меня и за тот вечер, когда ты скотина на мне уснул. Шинода не имел ни чего против. Правда, перспектива опять не выспаться его слегка напрягала, потому что, если он уснет с этим засранцем в одной койке сегодня и не удовлетворит выше упомянутого засранца, то это грозило неудовлетворенной истерией Честера Бэнингтона на веки вечные. - Трахнешь меня? – мурлыкнул рокер, обвивая руками шею Майка своими руками. - Как течную сучку, – пообещал Шинода и в подтверждении своих слов впился жестким поцелуем в рот Чеса. – Который ты, к стати говоря, и являешься, – ухмыльнулся репер и оттолкнув разомлевшего Бэнингтона от себя, направился за курткой. – Ты идешь или как? – усмехнулся Майк, когда повернувшись обнаружил все также стоявшего и мечтательно улыбающегося Честера. - Скотина, – протянул Чес и вылетел вслед за любовником, который вальяжно направился к лифту. - Толи еще будет, принцесса, – шлепнув рокера не сильно по заднице, пропуская в кабину вперед себя. Точно, злить Майка, иногда, было не таким уж и поганым делом. Особенно, если окончательное примирение должно было состояться в койке. Следующий день встретил обоих музыкантов в постели и вопящим телефонным звонком. - И кто додумался поставить такую хрень на вызов, а? – Майк недовольно завертелся и, в конце концов, спрятал свою голову под подушкой. - Талинда, – промычал такой же сонный и взъерошенный Бэнингтон. – Да, дорогая, – пробубнил он в трубку, желая вновь зарыться в теплое одеяло и в объятия Шиноды вкупе с ним. - Мистер Бэнингтон, а вы не забыли, что сегодня приезжают мои родители и кое чья ленивая и явно довольная задница, обещалась быть дома к часу? - Твою мать, – Чес приподнялся и сел в постели. – Буду через час, не злись. - Если бы я на тебя злилась, то давно бы подала на развод. И еще, – пока муж не повесил трубку, – разбуди наглую заразу, что ворует у меня мужа и дрыхнет рядом с тобой, тоже. Потому что он с Анной и ребенком приглашены тоже. - А Майк знает? – косясь на кокон, что из себя представлял сейчас МС. - Вот ты его и обрадуешь, – рассмеялся Тэлл и отключила телефон. - Денек будет не из легких, – подумалось Честеру, глядя на спящего и чуть похрапывающего репера. – Определенно, – начиная трясти любовника за плечо, параллельно почесывая пузо.

Admin: Название:отпуск Пэйр:стандарт Статус:завершен Предупреждение:АУ, ПВП и всякая такая муть. хотя на ПВП особо не тянет Майк Шинода очень любил свою жену. Он был счастлив в браке уже три года и их корабль любви не разбился о быт, как пророчили многие. В этом году, свою четвертую годовщину чета Шиноды решила отметить на Карибских островах. Благо мужчина и добытчик семейства неплохо заработал за этот прожитый год и мог позволить себе и своей супруге отдых без ограничения. В отеле оказалось не так, чтобы уж очень людно, но и малым количеством все эти парочки назвать было нельзя. Благо, что почти все приехали отдыхать исключительно по-семейному, чтобы разжечь огонь меж друг другом еще сильнее и плевать хотели на тех, кто рядом. - Знаешь, – Анна лежала в шезлонге и, прищурившись, посмотрела на лежащего рядом мужа, – у меня есть идея одна, но я боюсь, что ты не оценишь. - И что же это? – хмыкнул Майк и посмотрел на жену, при этом потянувшись за стоящим на стеклянном столике коктейле. - Я видела объявление в одной из брошюрок, что лежали в номере. Там предлагали эскорт услуги. - Зачем тебе это? – удивился полуяпонец. - Не мне, – лукаво улыбнулась девушка. – Моя фантазия заключается в том, что я хочу посмотреть на секс меж двумя мужчинами. - Но для чего? - Просто фантазия, – пожала та плечами. – Ни чего серьезного. Майк кивнул и опять улегся на свою лежанку. В голове настойчиво крутился разговор с женой. Он, конечно же не был идеальным, стопроцентным гетерсексуалом. Но то, что Анна хочет посмотреть на то, как ее муж будет крутиться в одной постели с парнем, немного сбивало с толку. - Майки, – девушка прикоснулась к тому рукой, – перестань об этом думать. Я понимаю, что это слишком. Все в порядке. - Да не то, чтобы слишком, – Майк поднялся и протянул жене руку. – Пошли. Прочтем, что там в этой брошюре предлагают. Когда Шинода позвонил по указанному номеру и объяснил, что именно он хочет, то на том конце провода мягко усмехнулись и сказали, что будут у них в номере через 15 минут. Так и получилось. Представительный мужчина постучал ровно через 15 отведенных минут. Он важно прошел внутрь комнаты и присел на край дивана, раскладывая по столику журналы с фотографиями. - Выбирайте, которую или которого вы желаете. -Вау, – Анна почти взвизгнула и села рядом с гостем. – А они все проститутки? - Нет, – отрицательно покачал тот головой. – Все эти люди просто любят секс и готовы предоставлять свои услуги. Вы выбираете того или ту, кто вам приглянется, а дальше я отдаю выбранному вами человеку вашу фото. А вот он как раз и решает – будет ли меж вами что-то или нет. - Это еще интереснее, – рассмеялась девушка, чуть ли не хлопая в ладоши. Мужчина поморщился, но это было почти незаметно. Майк увидел это выражение на его лице лишь потому, что был художником и от природы подмечал малейшие изменения в лицах и вещах. Ему и самому было неприятно то, как жена реагировала на все это. – Вот этот парень. Я уверена, что он именно то, что нам нужно. Майк подошел ближе и увидел фото молодого человека. Улыбка смущенная и вызывающая одновременно, взгляд темных глаз смотрел в самую твою душу, колечко в нижней губе было столь притягательным, что хотелось прикусить его зубами и чуть потянуть, чтобы добиться хоть какой-то реакции от этого красавчика. - Честер Бэнингтон. Он на острове не так давно, наверное, около полугода. Встречаться предпочитает на своей территории, так ему удобнее. - Ага, выставлять визитеров после, – усмехнулся Майк и получил свирепый взгляд от жены. - Я хочу его, – тыкая наманикюренным пальчиком в фото. – Его и точка. Мужчина вежливо и как-то уж больно ядовито улыбнулся и посмотрел на Майка. - Я поговорю с ним. Мне нужно ваше фото и уточнить оба ли вы хотите провести с ним время или кто-то один? – кидая взгляд на Анну. - Только мой муж. Я хочу посмотреть на это, – ответила девушка. – Уладьте это дело по скорее и не важно, сколько это будет стоить. Мы готовы заплатить ту цену, что он назначит. Визитер вернулся через три с половиной часа. Честер Бэнингтон дал свое согласие. Девушка просто верещала и щебетала без умолку, пока у Шиноды просто не разболелась голова. Нет, он любил и любит свою жену, но то, что та втемяшила себе в голову, просто не лезло нив какие ворота. Конечно же, у Майка были партнеры в колледже, но эти времена давно канули в Лету. И он давно думать забыл о ком-то другом, кроме как об Анне. Но вот той, видимо, не хватало острых ощущений за счет мужа. Честер был приветлив и очень мил. При встрече они обговорили детали того где и когда будет происходить их странная сексуальная афера и не против ли Бэнингтон того, что жена Майка будет смотреть. Чес только рассмеялся и сказал, что ему в сущности все равно, если партнер будет отличным. И глядя на Майка, он считал, что ему определенно повезло, что спать надо будет именно с ним, а не с его супругой. Честер любил мужчин и женщин, но, если бы ему поставили выбор за какой именно лагерь он бы предпочел играть постоянно, то Чес не задумываясь выбрал бы парней. Так что, сейчас, глядя на этого молодого, ухоженного и привлекательного парня, Честер радовался тому, что ему предстоит ночь в компании с этим симпатягой. Майк ему нравился своей улыбкой и обаянием. Было в этом парне что-то такое, что сразу заставило сердечко Бэнингтона болезненно сжаться в предвкушении. Вечер был теплым, даже скорее жарким. Майк нервничал, хотя ему и самому ужасно хотелось опробовать того парня, что ему выбрала Анна. Честер показался ему краше, чем на фото, а это безумное количество татуировок, что покрывали грудь, сипну, руки и ноги будущего любовника, просто наполняли рот слюной от желания прикоснуться к ним, рассмотреть поближе, облизать каждую и расцеловать цветастую спину. Бедра Честера так же притягивали взгляд Шиноды и отправляли в такой полет фантазии, что вставало лишь при воспоминании об идеально очерченных ягодицах, которые на ощупь просто обязаны были быть упругими, а сама попка подтянутая. Анна устроилась в кресле и с интересом смотрела на двух мужчин перед собой. Ей было весело и желание увидеть, как ее муж доминирует еще над кем-то в постели, не над ней, а над таким же самцом, как и он сам, просто распирало девушку с тех самых пор, как она узнала, что Майки не чурался подобных отношений во время учебы. Спустя полчаса, Бэнингтон метался по постели, он стонал, уткнувшись лицом в подушку, сжимая простыни в руках и просто крича в руках своего любовника. Майк, как ему и хотелось, вылизывал и выцеловывал татуировки на спине этого парня, пока его пальцы шуровали в заднем проходе Бэнингтона, растягивая его, готовя для себя. Оба парня на кровати совершенно не обращали внимания на девушку, что вцепилась в подлокотники и жадно смотрела на то, как ее муж предавался разврату с красивым мальчишкой. Честер уступал в размерах Майку и Анне нравилось такое сочетание - более хрупкого парня, под более мужественным, хотя особо то мужикастым Майка назвать было сложно. - О, Боги, – Бэнингтон выгнулся в спине, когда Майк трахал его уже тремя пальцами, – прошу тебя, – смотря из-за плеча маслянистыми, полными желаниями глазами. Шинода не верил тому, что кто-то может хотеть его так сильно. Даже любимая жена, что так страстно ночами отдавалась ему, ни когда не умоляла его лишь одними глазами, смутной улыбкой, что уже не держалась на лице, потому что до боли в мышцах хотелось лишь одного – прямо сейчас принадлежать тому, кто с тобой. Майк не стал заставлять этого чудесного парня просить дважды. Он просто смазал себя любрикантом и вогнал одним мощным толчком, почти не заботясь о том, что мог бы порвать партнера, да и покалечить себя. - Да, так, – закричал Чес и подался бедрами назад, просто насаживая себя, заставляя партнера ускорить темп, забыть обо всем, кроме наслаждения, струящегося по венам. - Это было просто нечто. Ты был таким горячим, – Анна водила кончиком своего коготка по груди мужа. Майк же лежал, положив руки под голову, и смотрел в потолок. Ему хотелось еще секса, но только не с любимой супругой, а с тем парнем, которому они заплатили денег. - Что делаем завтра? - Я хочу по магазинам. - Нет, нет, нет. Только не со мной, – запротестовал Шинода. - Я знала, что ты так скажешь. По этому, ты идешь на пляж, а я приду часам к двум. Как тебе моя идея? - Просто превосходна. Я говорил тебе, что люблю тебя? – Майк улыбнулся супруге. - Сегодня нет, но ты только что это исправил, – рассмеялась та, укладываясь удобнее, почти тут же проваливаясь в сон. Утром Шинода и правда направился на пляж. Ему хотелось отдохнуть от стрекотни дражайшей супруги и подумать о том, что жизнь то оказывается не так уж и прекрасна, как он считал до этого момента. - Привет, – знакомый, чуть хриплый голос. Шинода открыл глаза и взглянул на стоящего над ним Честера. - Привет, – улыбнулся он мягко в ответ. - А где жена?- присаживаясь рядом на песок, начиная ковырять его пальцами ног. - В магазине. Она, как и всегда, что-то решила прикупить из шмоток. - Ясно, – Бэнингтон вновь взглянул на недавнего любовника. – Не хочешь прогуляться немного или ты ждешь ее тут? - Жду, но она будет еще не скоро, – поднимаясь на ноги. - Хорошо, – Честер просто просиял от того, что ему не отказали. Они брели довольно таки долго, разговаривая обо всем на свете и в тоже время не делясь личными вещами, чувствами, воспоминаниями, просто поддерживали беседу, которая не могла привести ни к чему в будущем. Просто дружеское общение людей, что только познакомились и еще не могу доверять друг другу в полной мере, ни более того. Оказавшись на диком пляже, Бэнингтон предложил поплавать. Все закончилось сексом в воде и громкими стонами обоих любовников. Шинода просто не смог устоять, его тянуло к этому молодому, красивому парню. Честер под ним был именно тем, что Майку не хватало, именно таких чувственных стонов, жарких взглядов, крышесносных поцелуев умопомрачительных сладких губ. Когда Майк вернулся на обычный пляж, там его уже ждала хмурая Анна, которая искала его битых сорок минут. - И где ты был? - Просто, стало скучно и я прогулялся. До конца своего отъезда, Майк больше Честера не видел. Он попытался встретиться с ним еще раз, но ему сообщили, что мистер Бэнингтон продал свой небольшой домик и переехал в другую часть острова, но куда именно, никто не мог Майку ответить. По возвращению домой отношения меж Анной и Майком значительно ухудшились. Нет, не было скандалов и криков, не было измен. Просто пыл остыл и поездка, в которой они должны были разжечь пламя любви еще сильнее, привела к тому, что они просто залили огонь чувств той самой водой с дикого пляжа, на котором Честер отдавался самозабвенной и так откровенно, что не хотелось выпускать того из своих объятий. Майк водил кистью по холсту. Он бездумно палился в пустоту, совершенно не обращая внимание на то, что происходит вокруг. Развод был оформлен пару недель назад и они с Анной разошлись остаточно полюбовно, только вот Шиноде было на это наплевать. В его голове, в его грезах присутствовал только одни челок и Шинода по нему скучал. Японец пытался разыскать Честера, но тот исчез, пропал, растворился в толпе и Майк иногда казалось, что сам Бэнингтон лишь плод его фантазии, мечта, что посещает каждого в этом мире, тот самый идеальный человечек, которого хочется рядом и на всю жизнь. Студия встретила Майка непривычной тишиной. Но сейчас было за полночь и все уже давно разбрелись по домам, а вот самому Шиноде не спалось. Не спалось уже не первую неделю. Он долго думал о том, что случилось с его жизнью, счастливым браком, отличной работой и приятными друзьями. Ответ был только один – он влюбился в Честера и только сейчас это понял. Шинода уселся около здорового окна, что вело на улицу и принялся смотреть в него. Ночная жизнь этой части города была не так уж чтобы бурная, но и не совсем глухая, как в спальных районах. Вот прошла парочка, целуясь на каждом углу, явно встречаются не так давно, вот прошел не трезвый парень и, судя по всему, пьет не первый день. Вот машина заорала, когда подросток попытался вскрыть ее и всякие такие мелочи. Наверное, прошло часа три, но на проверку оказалось, что всего лишь полчаса. Майк вздохнул и пошел в сторону скрытого в нише бара. Надо было надраться в свое удовольствие в окружении прекрасных картин, некоторым из которых Майк жизнь и дал. Вот улыбающийся молодой человек на диком пляже, вот опять он же, только стоит на пристани и смотрит в синеву моря и неба, что расстилались до самого горизонта. - Честер, – Майк провел кончиками пальцев по одной из картин, держа в другой руке пузатый бокал. – Я так скучаю и сам не понимаю, как так получилось. - Мистер Шинода? – телефонный звонок вырвал Майка из состояния полной депрессии и апатии. - Он самый, – нехотя ответил тот, уже почти поднеся виски ко рту. - Вы не могли бы подъехать в 76 участок на опознание. - Опознание? – отставляя стакан. – Вы шутите? - Нет, это серьезно. Человек, которого мы задержали, утверждает, что он ищет именно вас. Ваша жена дала нам ваш номер телефона. - Бывшая жена, – поправил Майк и записал адрес участка. Тот оказался всего лишь в паре кварталов от студии художника. Когда тот вошел внутрь и направился к стойке, дежурный офицер внимательно окинул его взглядом, проверил документы и кивнул на скамейку. Сказав при этом, чтобы Майк подождал. Майка пригласили в один из кабинетов, где тот увидел заросшего, помятого и явно очень сильно не трезвого молодого парня, но японец просто не мог не узнать в нем Честера. - Какого черта? – начал было Майк, но его прервали: - Просим прощения, что побеспокоили вас, сэр. Этот пьяница утверждает, что знает вас. - Да, это Честер Бэнингтон. Мы знакомы. - Тогда, готовы ли вы заплатить за него штраф? - А что он натворил? - Напился и пугал прохожих, – усмехнулся полицейский. - Только это? - Думаю, что остальное ваш друг расскажет вам, когда придет в более или менее нормальное состояние, – усмехнулся он в ответ и протянул Шиноде бумаги на подпись. - Спасибо, сэр, – выволакивая Честера, таща его словно на буксире. - Привет, – промямлил Чес, когда Майк вволок его в свою квартиру и полез целоваться. - Фу, чувак, – отмахнулся хозяин дома, – когда ты последний раз мылся и чистил зубы? Японец долго думал, что делать, но потом сам отволок Честера в ванную и поставил того под ледяные струи душевой, при этом намочив и себя. Бэнингтон фыркал и пытался вырваться, но у него не получалось. Выпитое не давало ему достаточно сил, чтобы вырваться из захвата Шиноды. - И откуда ты свалился на мою голову? – сокрушался Майк, вытаскивая все еще пьяного, но уже более или менее пришедшего в себя. - Привет, красавчик, – Чес улыбнулся, его потряхивало от холода, но он почти мог мыслить связно. - Привет, – Шинода стер пару капель с его щеки и улыбнулся. – Давай, ты сейчас снимешь это тряпье и залезешь под теплую воду, а я приготовлю горячий кофе и что-нибудь перекусить. - Хорошо, – кивнул тот, стаскивая с себя мокрые тряпки. Художник вышел из ванной и прошел в спальню. Найдя более или менее подходящие по размеру вещи для Честера и сменив свою промокшую одежду, Шинода тихонько вернулся и положил сухое на полку, чтобы Честер мог сразу заметить эти вещи. Он еще раз взглянул на тряпье, что валялось мокрой, жалкой кучей на полу и понял, что это вещи именно того пьянчужки, что проходил мимо окна студии, когда Шинода сидел и жалел себя. - Идиот, – улыбнулся Майк, – какой же я идиот. Кофе пили молча. Просто сидели друг на против друга и жадно разглядывали, стараясь разглядеть, что изменилось за это время. - Я развелся, – нарушил тишину Шинода. - Понятно, – Честер отвел взгляд, рассматривая кухню, стараясь не улыбаться так широко, чтобы не выглядеть большим дураком, чем он уже себя выставил. - Что с тобой произошло и почему ты тут, в LA? - Да ни чего толком. Я просто продал свой дом и уехал сюда. А пару дней назад напился, как свинья и потерял все документы с кошельком. Так что побирался, потому что ни как не мог протрезветь. Все время натыкался на каких-то панков и те меня опять поили. Начал дебоширить и разбил пару стекол в машинах, приставал к прохожим и меня загребли в полицию. Предъявят обвинения, сто процентов, – хмыкнул Бэнингтон. - Ты сумасшедший, – рассмеялся Майк. – Я скучал по тебе. - Ты думал обо мне? - Каждый чертов день. Вот развелся даже. - Майк, – Честер поднялся и обошел стол, чтобы встать напротив своего нежданного спасителя и, возможно, любовь всей жизни, – мне тогда хотелось столько всего тебе сказать, но, показалось, что для тебя это игра. Твоя жена, что была тогда в комнате, да и потом ты вновь ушел к ней. Стало паршиво от того, что я продаю себя за деньги, хотя и тем, кто нравится мне, что всегда могу отказаться. Мной многие пользовались, да и я ими тоже, что уж тут скрывать. - К чему ты мне это говоришь? – нахмурился Майк, смотря снизу вверх. - К тому, что, – Честер снял футболку через голову и откинул ее в сторону, потом стянул с бедер спортивные штаны Майка, что тот одолжил ему и тоже ногой оттолкнул их. – Этим телом пользовались многие, но только тебя оно желает в будущем. Понимаю, – усаживаясь Шиноде на колени, обнимая за шею, – что наше знакомство началось не правильно, не так, как в сопливых романах, но, может быть, ты будешь не против попробовать все начать с чистого листа? - С чистого листа? – жадно оглаживая обнаженное тело, что сейчас было в его руках, на его коленях, так близко, что художник ощущал запах самого Честера, его неповторимый аромат, которой не смог перебить даже яблочный гель для душа. – С листа, – облизывая ключицу, целуя чуть ниже, обхватывая губами сосок. – С удовольствием, – чуть потянув за нежную плоть зубами. – Все, что захочешь, если будешь рядом. В этот раз, этой ночью, все было не так, как в первый и не так, как на том диком пляже. Они заново узнавали друг друга, даря себя, отдавая без остатка, наслаждаясь каждым движением и каждым стоном, каждым оброненным словом и всхлипом, если наслаждение зашкаливало за пределы разумного, ревностно относясь к тому, что кто-то может услышать или увидеть, отобрать и не вернуть. - По-моему, я в тебя влюбился еще тогда, когда Анна была с нами. - Мне тоже показалось, что это так, – хихикнул Честер. – Ты слишком быстро согласился трахнуть меня во второй раз. - Ты сволочь, Чес, – улыбнулся Шинода. Двигаться категорически не хотелось, хотя понимание того, что спать на влажных, липких простынях совсем не в кайф, но ни кто из парней даже не шевельнулся. - Я останусь у тебя на ночь? - При условии, что завтра ты отсюда свалишь и вернешься со своими вещами. - А если нет? – Бэнингтон лукаво прищурился и даже приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на любовника. - А если нет, то я доберусь до отделения, где тебя недавно держали, и одолжу у них пару наручников. - Ммм, – Чес перекатился на Майка, – а ты затейник, – прикусывая пухлые губы. - Ты меня еще не знаешь, – лапая за задницу, сжимая ягодицы своими ладонями. - Но я еще узнаю, – улыбнулся Честер, – еще узнаю.

Admin: Название: раб Пэйринг: беннода Статутс: завершен Жанр: ПВП Рейтинг: что-то близкое к НЦе - Все в порядке? - Да. В полном, – Честер помог Шиноде снять пиджак и повесил его на спинку стула. - Точно? – развязывая галстук и отправляя его в полет, куда-то в сторону окна, начиная расстегивать рубашку. – Выглядишь не очень. - А ты бы как выглядел на моем месте? – огрызнулся тот. - Я был на твоем месте и не один раз. - Тоже мне, – фыркнул Майк и отпихнул от себя Бэнингтона, который уже во всю хозяйничал в его штанах. - Майки, – Чес упал на кровать и развел полы халата, в котором он встречал своего мужчину. – Ты же не оставишь меня в таком положении? – указывая на свое возбуждение, зная, что Шинода ни когда не мог перед этим устоять. - Ты – мой раб, Честер, ты помнишь об этом? – усмехнулся японец. - Помню, – недовольно протянул Чес, разводя ноги шире, сгибая их в коленях, выставляя на показ всего себя. Быть рабом оказалось не так уж и плохо, как раньше казалось Честеру. Он вообще считал, что любое ограничение его возможностей, его прав, все это – просто неприемлемо. Вот и все. Так что сейчас, вот так вот нагло выставляя себя, словно на продажу, Честер млел от ощущения полного подчинения. - Я в душ. До этого момента, чтобы не прикасался к тебе. - Можно с тобой? - Нет, – усмехнулся Шинода. – И, если позвонит моя жена, пожалуйста, – прозвучало угрожающе, – не бери трубку, чтобы тебе потом не было больно. Как в прошлый раз, – уточнил японец. Бэнингтон застонал при воспоминании о том, что сделал с ним Майк, когда в прошлый раз Чес не аккуратно поговорил с его миссис. - Я постараюсь удержаться. Хотя это слишком большое искушения. - Скоро вернусь, – хмыкнул Майк и скрылся за дверью душевой. Честер поднялся с постели и запахнул халат. Хотелось секса, но еще и курить. Он открыл окно и взглянул в ночь. Все было, как и всегда – Майк вернулся домой, если так можно назвать это место, сейчас он принимает душ, а потом они займутся жарким, жестким сексом. Честер простонал и слегка сжал член сквозь ткань. Он помнил, что нельзя, но так хотелось. Прикурив и выдохнув серебристый дым в окно, Чес вновь зажмурился. Он бы и дальше стоял бы с закрытыми глазами, но неприятно запиликал телефон и Бэнингтон знал точно, кто был этот звонивший. Попытавшись справится с собой, Честер все же выкинул сигарету и подошел к пиджаку Шиноды, доставая из внутреннего кармана мобильник. Долбанная Анна, миссис мать ее Шинода. - Слушаю, – сарказм, словно яд и приторная улыбка на красивых губах. - Чес, а Майк далеко? - Он в душе, дорогая. Что-то передать? - Нет, – слишком резко, Честер услышал этот скрыв. – Я с ним потом поговорю. - Удачи, – довольно смотря на трубку в руках и тут же встречаясь взглядом с полыхающими глазами Шиноды. - Ты поиграл? - Да, – сглотнув ком в горле, просипел Честер. За ослушание шло наказание, а наказание Майка было весьма болезненным. В последствии. - Во внутреннем кармане, в другом, – смотря на тот как Честер пытается найти что-то еще в том самом кармане, где лежал телефон, – небольшой подарок. Одень его. - Ты…я думал, что потерял его. - Нет, не потерял, – усмехнулся Майк, вытирая голову полотенцем. – А теперь одевай его и марш в постель. Бэнингтон усмехнулся, но застегнул у себя на шее ошейник. - Тот самый, – рассмеялся Шинода, притягивая своего парня за бедра к себе. – Помнишь, как ты впервые его одел? - Помню, – улыбнулся любовник и покраснел. Тогда действительно было что-то странное. В животе у Чеса трепыхались бабочки и было чертовски страшно. Впервые он отдал себя кому-то в полное подчинение, полностью отдавая свое тело и свою душу кому-то одному. Сильному, властному, жесткому, но такому потрясающе милому, что это просто не могло уживаться в единственном человеке. Честер помнил, как Майк застегивал этот ошейник впервые, словно пытался показать всем, что Чес принадлежит ему. Что этот молодой парень его собственность, личная его шлюшка. И, Честер был чертовски рад такому повороту событий. Пальцы внутри двигались резко и ритмично. Честер мог только стонать в голос, стараясь не двигаться, чтобы не причинить себе еще больше боли. - Ты же знал, я просил тебя, – целуя, кусая кожу на груди. – Ты делаешь это специально, чтобы вывести меня из себя, да? – мягкая улыбка и лед в темных, карих глазах. - Прости, – хватая Шиноду за запястье, останавливая того, потому что больно, терпеть нет сил. - Я могу порвать тебя лишь движением руки. Ты понимаешь это? - Да, – кивок, страх и боль в голосе. - И мне ни чего за это не будет, потому что ты принадлежишь мне, это ты тоже понимаешь? - Да, Майки, понимаю, – снова кивок и уже мольба во взгляде. Вновь зазвонил телефон. - Тебе повезло. Можешь передохнуть, – Шинода поднялся и вытер о простынь руку, что была в смазке. Майк любил причинять боль, но считал, что портить то, что принадлежит тебе, по меньше мере, не разумно. - Слушаю, – холодный голос и тут же улыбка на пухлых по мальчишески губах. – Привет, Брэ. Да, он со мной. Передать что? – Шинода громко рассмеялся. – Я подумаю над тем, что ты сказал. Нет, я считаю, что у нас все в порядке, – отключаясь и возвращаясь на постель к Честеру. - Что он хотел? - Спросил, помню ли я о том, что рабовладельческий строй был отменен много лет назад. - А ты помнишь? Звонкая пощечина дала ответ Чесу намного быстрее, чем голос Майка. - Прости, – целуя в подбородок, – ты опять вынудил меня, ты же понимаешь? - Конечно, – тихий всхлип в ответ. - Раздвинь ноги, – не сильный удар по бедру. – Хочу тебя. Бэнингтон кивнул, закусив нижнюю губу, он вновь откинулся на подушки и развел ноги в стороны, позволяя Майку удобнее устроиться меж ними. - Готов? - Нет, – честно ответил Чес и увидел тот самый блеск в глазах своего парня, что и свел его с ума. Ту самую власть и желание обладать им в любое время и в любом месте. – Но тебя это не остановит, ведь так? – обхватывая за шею, целуя безжалостную улыбку на любимом лице. - Ни когда, – направляя себя одной рукой, другой обхватывая за затылок, своим ртом вбирая в себя крик, что разорвал тишину, как только член Шиноды проник внутрь, раздвигая не слишком подготовленный вход. - Майки, – Чес уткнулся тому в плечо, жалобно поскуливая, сжимая Шиноду внутри, слушая жаркое дыхание японца, его шепот. - Я двигаюсь. Медленно, но сильно, хорошо? Бэнингтон лишь смог кивнуть. Глаза все также зажмурены, слезы градом, но ему хорошо. Не то, чтобы Чес любил боль, просто…это же Майк. Его Майк и он принадлежит Майку и потом все равно будет хорошо. Просто Шиноде нужно доказать самому себе, что он состоялся, что он может быть сильным и доминирующим. И Честер даст ему это в любом виде, как в любом виде Майк принесет ему удовольствие. Движения, как и обещал японец, были резкими и медленными. Медленно и резко в конце, Шинода словно вбивал себя в зад своего любовника и от этого ощущения полной власти, полного подчинения Бэнингтона. Майка, в конце концов, срывало окончательно и он начинал трахать размашисто, рвано и очень жестко. Почти вырывая из груди своего парня крики и всхлипы, даря тому удовольствие сквозь боль и Чес был ему за это благодарен. - Еще, прошу тебя, еще, – царапая плечи Шиноды, выгибаясь под ним, подаваясь навстречу, не смея прикоснуться к себе, потому что Майк этого не любит. Честер ни когда, ни разу в жизни за все время этих отношений не кончал с Шинодой хоть раз прикоснувшись к себе. Японец брал все на себя. Он давал именно то и в тех количествах, что было необходимо привести любовника не только к примитивной физической разрядке, но и к полному слиянию их душ. - Давай же, хороший мой, – шипел Майк, вколачиваясь все резче. – Кончи для меня. Если бы несколько лет назад, кто-нибудь, сказал Честеру Бэнингтону, что он будет кончать под мужиком, выкрикивая такие непристойности, что уши могли свернуться у самых лучших сапожников, то он, Честер, наверное бы посмеялся. В лучшем случае. В худшем - двинул бы по морде. И сейчас, только лишь от этого шипения, этой тихой мольбы в голосе любовника, у него сносило крышу, от удовольствия поджимались пальцы на ногах и удовольствие выкручивало все тело. Майк привык кончать после Честера. Каким бы ублюдком он ни был, но сначала удовольствие партнера, а потом его собственное. Честеру об этом знать было необязательно. - Так что на самом деле хотел Бред? – пожалуй, это был нейтральный вопрос. Майк не любил серьезные разговоры в постели, Честер хорошо это усвоил. - Завтра репетиция или что-то в этом роде. - Что-то в этом роде? – фыркнул Чес. - Я толком не понял, – рассмеялся японец. – Надо это снять, – потянувшись к ошейнику. - Нет, – оглаживая кончиками пальцев взмокший кусок кожи на своей шее. – Пусть останется еще немного. - Я могу попросить тебя его вообще не снимать, – хмыкнул Шинода, но ему польстило, что Чес хочет оставить знак своей принадлежности на своем теле. - Это было бы глупо, ты же знаешь. - Ты бы не подчинился? – глаза сверкнули от гнева, Майк перекатился на обнаженное тело любовника, распластав того под собой. - Подчинился бы, – выдохнул Честер, стараясь немного улучшить свое положение под не хилой тушкой своего любовника. – Мне тяжело дышать. - Да? – усмехнулся японец. – А так? – расстегивая ошейник, но сдавливая его сильнее, чем Чес мог бы выдержать. – Так тебе легко дышать? Бэнингтон расслабился и позволил Шиноде закончить свое издевательство, довести его до той ступени, до которой Майку было бы угодно. - Черт, – Майк вскочил достаточно резко, откидывая в сторону чертов ошейник. – Почему ты позволяешь мне все это, зачем тебе это надо? – запуская руки в отросшие волосы. – Твою мать, это когда-нибудь плохо кончится, и я проведу остаток своей жизни в полной изоляции. - Ты боишься за себя или за меня? – Честер поднялся с постели и подошел к любовнику со спины. Стоять было тяжело, да и больно, что уж скрывать. Возможно, что в этот раз Майк действительно его порвал. - За тебя. Только за тебя, – сграбастывая в свои объятия. - Я проиграл себя, помнишь? – гладя по спине. – Это был честный спор. - Да уж. Проиграть себя, что может быть честнее? – хохотнул Шинода, вдыхая родной запах тела любовника, смешанный с ненавистным парфюмом и запахом секса. - Зато вспомни глаза Феникса и Джо, когда они услышали твое желание. - Ага, и лицо Бреда, когда ты согласился. Любовники рассмеялись, но получилось тихо и как-то по домашнему. - Ты замерз, пошли в постель, – беря Честера за руку и потянув за собой. – Прости меня еще раз, – гладя по шее уродский красный след, что остался от вспышки ярости Майка. - Все в порядке. Раб создан для того, чтобы всегда ублажать своего хозяина. А ты мой хозяин, Майки. Мой.

Admin: Название:нет пэйр:беннода статус:завершен предупреждение:ау и так далее.мальчики не мои Честер брел по коридорам университета. Скоро закончатся лекции у Майка, и они смогут отправится домой. Наверное, перед этим они зайдут куда-нибудь пообедать, но потом обязательно домой. В постель. Трахатся. Бэнингтона просто сводило с ума от желания, если они не занимались любовью больше суток. И сейчас была именно такая ситуации. У Шиноды скоро должна была быть выставка, из-за чего он пропадал вечерами в студии. Все свободное время отдавая подготовке и это очень бесило Честера, хоть он и понимал, что это для блага Майка. - Привет, любимый, – Чес не заметил, как японец подошел к нему и обнял со спины. – Меня ждешь? - Да. Хочу домой, в постельку. - Обедаем до или после? – скользя ладонью по животу, задирая майку и поглаживая нежную кожу. - После, – выдохнул Честер и развернулся в объятиях своего парня. - Опять? – о, Чес ненавидел этот писклявый, поганый голосок. Он его просто выводил из себя. - Иди своей дорогой, Анна. Да и сучек своих забери. - Честер, – Шинода укоризненно посмотрел на любовника. – Нельзя так разговаривать с женщинами. - Я не вижу тут женщин, Майки, вижу только сучек и шлюх, – фыркнул Бэнингтон, все так же стоя в объятиях своего парня. Анна поморщилась, это же повторили и другие девушки, ее прихвостни – Саманта и Таллинда. Вообще-то, Сэм была довольно не глупой барышней и Честер искреннее удивлялся тому, почему она дружит с этой богатой стервой, которая пытается наложить свои ручки на его Майка. - Пошли домой, мм? – Майк лизнул Чеса в кончик носа, сбивая того с мысли, заставляя вновь думать только о сексе. - Угу, – отскакивая от Шиноды, хватая за запястья и уволакивая в сторону выхода. История их любви началась сравнительно недавно. Всего два года с половиной года назад. Майк уже тогда был с именем и известностью, не говоря уже о том, что его отец считался одним из самых богатых людей в Штатах. Честер же просто приехал из захудалого городишки, чтобы поступить и подзаработать. Его художественные работы - эскизы, наброски и картины - произвели впечатление на приемную комиссию, так что парень поступил. Был принят в университет, но не в ту общину, что окружала Майка, а в нижние слои студенческого общества. Он был среди тех людей, которые не могли позволить себе приезжать на учебу в Порше и ходить по модным заведениям, только для того, чтобы утолить свой гламурный и пафосный голод. Майк подошел к Честеру сам. Он представился и улыбнулся. Бэнингтону показалось, что над ним издеваются, потому что не мог парень номер один подойти просто так и пригласить его на… - Может, сходим куда-нибудь вечером? - Зачем? – насторожился Чес. - Ну, – Майк потер шею и вновь улыбнулся. – Вроде как, я приглашаю тебя на свидание. Молодой человек заозирался по сторонам, ища друзей Шиноды, удостовериться, что все это глупая шутка. Но, в коридоре ни кого не было, и за спиной японца не возникли богатые ублюдки, которые только и делали, что издевались над такими, как Честер. - Я…мне надо подумать, – замялся Честер, все еще пытаясь уловить подвох. - Конечно, – Майк улыбнулся. – Когда ты сможешь дать мне ответ? - Это же шутка, да? – пошел в наступление Бэнингтон. Этот великолепный художник перед ним, точно издевался. - Нет, – удивление в карих глазах, – с чего бы мне шутить? - Не знаю, – обмяк Чес, – правда, не знаю. Ты такой весь, – он сделал витиеватый взмах рукой в воздухе, – такой. И приглашаешь меня? - Да, – Майк сделал шаг вперед и встал почти вплотную к Бэнингтону. – Потому что ты невъебенно красив, – быстро целуя опешившего парня. – После лекций я тебя найду, и буду уже требовать ответа. Когда Шинода скрылся из виду, Чес осел на пол, просто сползая по стене на корточки и тупо смотря в пустоту. Губы пылали, и хотелось еще и еще, чтобы целовали дальше. И естественно Бэнингтон согласился. Правда, когда он шел на встречу с этим невозможным парнем, ему все еще казалось, что это глупая шутка. Только вот вечер прошел охренительно. За ним был еще и еще, пока не пролетело полгода. И все это время, Шинода не предпринимал ни каких попыток трахнуть своего нового друга. Лишь когда Чес сам пригласил Майка к себе в комнату, японец наконец-то взял парня, за которым ухаживал все это время. Самая богатая девушка их университета, а, следовательно, самая красивая, всегда считала, что Майк должен быть с ней, что их родителям бы понравился такой брак. Но художник решил все сам, не прибегая к помощи своих богатых родственников. И выбрал себе в партнеры какого-то мелкого, бедного крысеныша. Девушка злилась, всячески пытаясь поддеть влюбленную парочку, но ни Честер, ни Майк не обращали на нее ни какого внимание. Самым же большим ударом для Анны стало то, что Майк купил квартирку не далеко от универа и позвал Бэнингтона жить к себе. Так что сейчас, спустя хренову тучу времени, молодые люди были счастливы в своем собственном гнездышке. - Мне придется уехать на три дня. - Куда? – Чес смотрел на Майка взглядом побитой собаки. - Ну, перестань, – Шинода улыбнулся. – По делам выставки. Ни чего серьезного. Я только узнал об этом, конечно же, я бы сообщил тебе гораздо раньше. - Я понимаю, – Бэнингтон отложил вилку и нож в стороны, глядя в стол. - Прости, малыш. - Не называй меня малышом, – против воли улыбнулся Честер. - Тебя всегда это бесило, я знаю, – рассмеялся Майк и стало как-то теплее и светлее вокруг. - А что мне делать, пока тебя не будет? Я уже не умею без тебя. Кажется, что все перестает иметь смысл. - У Дэвида будет вечеринка. Сходи и развейся. А то мы все время дома, а я знаю, как ты любишь веселиться. - Без тебя меня туда не пустят, – криво усмехнулся Бэнингтон, вновь утыкаясь взглядом в стол. - Пустят, – доставая приглашение на две персоны и кладя его перед Чесом. – Все давно привыкли к тому, что ты теперь мой, а я твой. Что мы вместе, – улыбнулся Шинода. – Сходи. Просто развейся. - Хорошо, раз ты так настаиваешь, – с сарказмом в глоссе. - Какая же ты язва, Чес, – громко расхохотался японец. – Последнее слово всегда за тобой, да? - Всегда, – гордо задирая подбородок. Майк уехал, и Честер остался в одиночестве. Идея о вечеринке плотно засела в голове, но без Шиноды веселиться не хотелось. С ним было куда проще и не так страшно. Честер бы врал сам себе, если бы не боялся всех этих богатых уродов. Ему до сих пор казалось, что он попал в какую-то сказку, раз Майк с ним. Что это не просто прихоть богатого мальчика, а стабильные, настоящие отношения. И чистая, ни чем не запятнанная любовь. Бэнингтон улыбнулся, вспоминая, как загорелись глаза Шиноды, когда тот увидел его татуированное тело. Как художник выцеловывал на нем узоры, гладил кончиками пальцев цветные картинки на коже, как рисовал для него, чтобы дополнить, чтобы заклеймить окончательно. - Ммм, – голос предательски сорвался, а в штанах стало тесно и влажно. – Майк, – сжимая себя рукой, закрывая глаза и выгибаясь дугой. Второй рукой Бэнингтон нашарил рядом с собой брошенную утром майку своего парня, накрывая ею свое лицо, вдыхая знакомый и такой родной аромат тела возлюбленного. Окончательно проваливаясь в наслаждение, уже резче двигая кулаком, подкидывая бедра, воскрешая в памяти лицо любовника. - Майк! – и тело обмякло, вязкой жидкостью расплылось удовольствие по руке. Отерев себя все той же самой футбокой, Чес поднялся и подошел к зеркалу. Да уж, зрелище, которое он из себя сейчас представлял, точно бы завело его парня. Пылавшие щеки, припухшая нижняя губа, глаза просто горят огнем удовольствия. – Майки, – выдохнул Бэнингтон и направился в душ. Сходить на вечеринку было не такой уж и плохой идеей. Наверное. Первый человек, которого Бэнингтон увидел, была Анна. - О, и ты, шлюшка, тут, – усмехнулась она. - Иди на хуй, – огрызнулся Честер, стараясь пройти мимо, чтобы не ударить эту дуру. - Ну уж, нет, сладкий, туда ходить любишь ты. - Всегда знал, что ты фригидная сучка. Девушка не нашлась, что быстро ответить, так что Честер просто проскользнул мимо нее и направился сразу к бару. - Надеюсь, у нас все готово? – зашипела брюнетка, смотря вслед уходящему парню - Ага, – рассмеялся Тэлл, пожирая парня взглядом. Ей нравился Честер, она бы с ним хотела встречаться, но этот гаденыш оказался геем, да еще чертов выскочка Шинода наложил на него свои руки. Спустя минут тридцать, Чес довольный вытанцовывал в гостиной, что оборудовали под площадку. Музыка была не так уж и хороша, Бэнингтон привык к другой, он и сам писал кое-что, но слышал это только Шинода. В голове было пусто, ноги были слегка ватные и до одурения хотелось секса. Что-то было не так. Чес замер на месте и стал оглядываться по сторонам. Мир вокруг был словно смазан, краски плыли, а перед глазами мелькали до одурения цветные точки. - Привет? Ты в порядке? – хозяин дома и устроитель вечеринке - Дэвид Фаррелл - подошел к парню со спины, кладя свои руки тому на плечи. - Да, – заикаясь, – думаю, что да, – чувствуя дрожь от прикосновения больших, мужских ладоней даже через футболку и рубашку, что была надета сверху. - Может, тебе стоит прилечь, отдохнуть? – чуть поворачивая голову и подмигивая довольной Анне. - Спасибо, – мило улыбнулся Бэнингтон, позволяя увести себя на второй этаж, где музыка орала не так громко и почти ни кого не было. - Вот так, ложись. Давай я помогу тебе раздеться. Тебе, наверное, жарко? – стягивая с Честера футболку, проводя ладонями по обнаженной груди. Анна с подругами стояла в проеме дверей и снимала все на видео-камеру. Шоу было просто отличным. Бэнингтон выгибался под ласками мужчины, плохо соображая, что происходит и кто с ним рядом. Просто хотелось тепла, хотелось ласки, хотелось секса до звона в яйцах, до боли в паху. - Хороший мальчик, – расстегивая джинсы, прошептал Дэйв, языком проводя дорожку от одного соска вниз, к лобку. – Страстный, – поворачиваясь к камере, – понимаю Шиноду. Этот парнишка просто находка. - Я тоже так думаю, – холодный, скорее даже ледяной голос из-за спины девушек, заставил всех вздрогнуть. – А теперь, – отодвигая в сторону Саманту, проходя в комнату, – если ты не против, Феникс, я бы попросил тебя убрать руки от моего парня. - Зачем же? – хищно улыбнулся рыжий. – Ему все равно сейчас кто с ним. Ты только посмотри, как он хочет меня, – сжимая член Бэнингтона через ткань джинс. - Майк, – простонал тот и Шинода победно улыбнулся. - Я не буду повторять дважды, ребята, – подходя к постели, присаживаясь и начиная гладить Чеса по груди, кидая злые взгляды на стоящую четверку однокурсников. – Вам лучше самим перевестись куда-нибудь из этого заведения. Потому что я сделаю все, чтобы вас отчислили, если через пару дней увижу хоть одну из ваших рож. - Да, чтобы он здох, этот твой Честер, – выплюнула Анна, разъяренной фурией вылетая вон. Ее родители явно не будут в восторге от того, что девушка уходит из этого престижного университета. А всему виной озабоченная шлюха, что сейчас стонала под руками такого желанного Анной мужчины. Остальные последовали за ней. Все, кроме Саманты. - Только объясни мне, что ты тут делаешь? - Я не мог быть вызван в ту галерею. Выставка в ней была отменена неделю назад, так как ее дата совпадала с днем рождения Честера. - Занятно, – улыбнулась та. – Но почему ты не остался? - Я сразу понял, что кому-то понадобилось мое отсутствие. Дальше сложил два и два. - Красивый, богатый, умный, успешный, – рассмеялась девушка. – Ну, удачи тебе. И еще, парень, займись уже своим мальчиком, а то он сгорит от неудовлетворенного желания, – и уже почти закрыв за собой дверь. – Запереться не забудьте! - Сэм, – окликнул девушку Майк. Та обернулась, мягко улыбаясь. – Почему ты с ними? Они птицы не твоего уровня. - В каком смысле? – напряглась та. - Не твоего уровня развития. Дети в сущности, которые привыкли играть чужими судьбами, как куклами. Разбил - купил новую, сломал - заменил другой. Та долго смотрела в глаза Майка, по сути, этот человек парой минут раньше, дал понять, что ей придется уйти из этого заведения. А сейчас спрашивает, интересуется. - Я учусь на психфаке, Шинода. Моя курсовая основана, как раз на таких идиотах, как твой круг общения. Я всегда думала, что ты такой, – Бэнинтон громко застонал, шаря руками по своему почти обнаженному телу, стараясь унять жар и зуд, что свербел где-то под кожей своими силами. Не надолго прерывая собеседников. – Мой эксперимент удался. Это все, что я могу сказать тебе, Майк. - Надеюсь, что ты закончишь с отличием. - Ты позволишь мне остаться? - Ты не хотела ему зла, ведь так? Ты бы остановила их? - В какой-то момент да, после. Но начало было слишком горячим. Не буду врать - меня это чертовски завело, – наконец-то выходя и закрывая за собой дверь. - Сучка, – улыбнулся Шинода, возвращая все свое внимание любовнику. Пусть Честер его сейчас не узнает, но он подсознательно желает именно Майка. Утром следующего дня, Чес проснулся с жуткой головной болью. - Думаю, что в следующий раз, мы пойдем на вечеринку вместе, – раздался рядом голос Майка. - Что случилось? – Чес потянулся и потер воспаленные глаза. Состояние было такое, словно он не спал несколько суток. - Ни чего, с чем мы бы не справились. Как думаешь, куда бы нам с тобой поехать летом? Есть какие-нибудь идеи? Бэнингтон застонал и рухнул обратно на подушки. Его парень был невыносим. Думать в такой момент уж точно было не самым важным для Честера. Но, зная Шиноду, отвечать все же придется. Да уж, это последняя вечеринка на которую Честер ходил в одиночестве. Хорошо еще, что все так закончилось и Майк оказался рядом. - Кстати, – Честер обернулся к любовнику, – почему ты здесь? - Долгая история, – улыбнулся художник. – И потом, не мог же я бросить своего парня на растерзание стервятникам? Ты слишком лакомый кусочек.

Admin: Название: Последний раз Пэйринг: беннода Рейтинг: не знаю, не НЦа,но что-то около того Статус: закончено Предупреждение: больная фантазия 2001 год. Шинода почти не слышал любовника. Он целовал его грудь, живот, спускаясь ниже. От аромата тела Честера, от вкуса его кожи, Майк просто сходил с ума. Засасывая, покусывая, вылизывая. Стягивая джинсы с бедер, обнажая томившейся под жесткой тканью член рокера. - Шинода, – простонал тот, – ты меня слушаешь? - Конечно, – стягивая свою футболку и отшвыривая ее в сторону, аккурат к штанам Честера. - Я серьезно. Надо это прекратить. Это не правильно, – раздвигая ноги, как только обнаженный Майк накрыл его своим телом. Устраиваясь удобнее, потираясь своим членом о член любовника. На спине у Майка вновь восемь красных полос от ногтей Честера, что крашены черным лаком. А за стенами опять не спят остальные участники группы. Шинода трахает размашисто, сильно, яростно. Он не любит разговоров о том, чтобы прекратить то, чего МС добивался почти два года. Честер его и он, Майк, будет доказывать это любыми способами. Член внутри узкого прохода, сколько не трахаяй - а Бэнингтон все также узок, попадает головкой прямо в простату. Заставляет выгибаться рокера в спине, кусать плечо своего любовника и стонать так громко и так страстно, что только от этих звуков, Шинода готов кончить. Кончить внутри. А после заталкивать пальцами свою сперму обратно. Потому что именно там ее место и именно тут, в постеле Майка, место Чеса. Отношения меж двумя вокалистами всегда были слишком громкими, страстными, наполненные стонами и воплями. Утром Джо и Бред будут комментировать все то, что услышали ночью, ржать и пошло ухмыляться. Роб и Феникс отводить взгляд от сияющих глаз Шиноды и потухшего Честера. Потому что Бэнингтон твердо решил, что больше ни когда и ни при каких обстоятельствах не подпустит Майка к себе. Это был последний раз и на этот раз точно. Вокалист был уверен. 2005 год. - Нет, не надо, – упираясь спиной в стену, царапая обои, просто скребя по ним, подставляя рот под жаркие поцелуи, шею под скользящий влажный язык. – Нет, Майк. Нет. - Последний раз, последний,– выдавливает из себя репер, понимая, что безбожно врет. - Обещаешь? - Угу, – оставляя след от зубов, руками под майку, прижимаясь еще сильнее, сходя с ума от власти над этим сильным, красивым парнем. – Мой, – шепчет Майк и опускается на колени перед рокером. Член Честера вкуснее всех леденцов и от этого - удовольствие, что получает Майк от минета больше, чем удовольствие получаемое самим Бэнингтоном. Специфический вкус, что оседает на языке Шиноды, распаляет его сексуальный голод еще больше. И быстро облизнув свои пальцы, Майк проталкивает их в задних проход Честера, раздвигая судорожно сжатое колечко мускулов, трахая, растягивая, подготавливая для себя. - Внутри, Майки, – отталкивая Шиноду от себя, поворачиваясь спиной так резво, будто штаны на щиколотках совершенно не мешают, прогибаясь в спине и выставляя аппетитный зад сумасшедшему взгляду МС. - Внутри, да, конечно, – шепчет репер, словно молитву, продолжая трахать пальцами, облизываясь и тяжело дыша. Он не любил когда Честеру больно. Хотя, такое тоже бывало. Член внутри и это чертовски приятно обоим. Честер стонет и, чтобы не кричать слишком сильно, кусает одно из своих пылающих запястий. Майк просто кусает его за шею. Плевать, что потом останутся следы. Сейчас им плевать на все. - Ты уверен? – шепчет МС на ухо любовнику, втрахивая его в стену. - Да. На этот раз точно, – подаваясь навстречу толчкам, охуевая от того желания, что разливается в нем от одного только горящего взгляда Шиноды. Честер не хочет думать о том, что будет после того, как Майк кончит внутри него, как покинет его тело. Он подумает обо всем позже. Сейчас главное, что они вместе. Пусть только на эту ночь. 2009 год. - В последний, да? Честер кивает, но что-то в его взгляде настораживает японца. Слишком поздно он вспоминает, что озорные искорки в глазах любовника не ведут ни к чему хорошему - руки уже накрепко привязаны к спинке кровати, а сам Честер восседает на Шиноде, словно там ему самое место. - Ты слишком быстро согласился в этот раз, – усмехается Чес и проводит ладонями по груди японца. - Просто с тобой проще согласится. - Я что, по-твоему, баба? – кривя лицо в презрительной гримаске. Шинода на это лишь пошленько улыбнулся. – Вот ты ж сука, – зарычал Чес, впиваясь в пухлые губы любовника. - Я кабель, Чести, а сучка у нас ты. - Ублюдок, – выцеловывая на груди репера какие-то непонятные картинки или знаки, что-то вроде того. Словно клеймя Майка собой. МС подался бедрами вверх, как только Бэнингтон принялся тереться своей задницей о его мощный стояк. Головка его члена скользнула по ложбинке меж ягодиц, упираясь в желанный вход. Но Бэнингтон положил ладони Майку на грудь и злобно ухмыльнулся. - Не так быстро, мачо, – рассмеялся он. – Сегодня только так, как хочу я. - Даже так? – Майк расслаблено откинулся на постель. – Ну, давай, – милостиво разрешил он. - Сволочь, – рассмеялся Чес и резко насадил себя на член Шиноды, садясь на его бедра, затыкая рот поцелуем, перехватывая у любовника дыхание. Честер двигался быстро и резко. Член Майка то покидал его задницу, то вновь заполнял ее. Бэнингтон вел и МС позволял ему это. Не в первый раз конечно, и надеялся, что не в последний. - Что будем делать? – Майк смотрел в потолок бездумным и пустым взглядом. - У нас есть варианты? – Честер удивленно взглянул на Шиноду. - Ну, у тебя их два. Первый - встать сейчас, одеться и свалить к чертям из моего номера в свой. Принять душ, лечь спать. Потому что утром опять будут пересуды и перетолки из-за того, что мы ночевали вместе. - А второй? – с любопытством смотря на своего парня. - А второй заключается в том, – Майк резко перекатился на Чеса, распластав того под собой, – чтобы дать мне еще раз и уснуть в моих объятиях, затраханным и переполненным моей спермой. И наконец-то забыть о том, что нам надо разойтись. А то, честное слово, уже просто звучит по идиотски то, что ты постоянно пытаешься от меня уйти. - Просто, – нагло ухмыляясь в глаза японцу, – когда тебе говоришь, что это последний раз, то ты становишься таким горячим. - Это с самого начала было приколом? - Нет, в самом начале я действительно хотел прекратить эту порочащую нас связь. - Что остановило? – вылизывая кожу на шее. - Заебался трахать себя пальцами и подручными предметами. Твой член, – запуская руку меж их телами и сжимая обсуждаемую часть тела Майка, – намного приятней в моей заднице чем что-то другое. МС издал звук, напоминающий что-то среднее между рычанием и стоном, когда представил себе Бэнингтон трахающего себя. И при этом тот думал о нем, о Шиноде. - Ты просто обязан мне это показать как-нибудь. - Обещаю, – рассмеялся Честер, прежде чем его рот вновь заткнули поцелуем. Плевать, что завтра губы будут словно их накачали ботексом, плевать, что раздражение от щетины Майка (что громко зовется бородой) будет по всему телу, плевать, что останутся следы и на ближайшем концерте снять майку и рубашку будет невозможно и он будет мокрым, потным и ему будет жарко. На все плевать. Это того стоило. Шинода был такого же мнения.

Admin: Название:скорее всего не будет Статус:завершен Пэйринг:беннода Рейтинга:как такового нет Предупреждение: АУ и ошибки. Майк Шинода сидел за столом в ресторане. Напротив него сидел ни чем не примечательный, на первый взгляд, молодой человек. В отличие от самого японца, парень был одет в джинсы и рубашку. Хотя, такие же дорогие, как и у сидящего напротив него мужчины. Дверной колокольчик возвестил о том, что в помещение ресторана вошел посетитель. Парень повернулся и окинул того пустым, ни чего не значащим взглядом своих темных глаз. И повернувшись обратно к Майку, лишь в вопросительном жесте приподнял брови. Шинода так же равнодушно, как и его спутник, скользнул взглядом по незнакомцу в дверях и пожал плечами. Визитер не успел достать свой ствол. Он захрипел и упал на пол, на колени, хватаясь за горло и заваливаясь на бок, сотрясаясь в последних, предсмертных конвульсиях. Из его глотки торчал обеденный нож молодого парня. - Честер, позвони и вызови, чтобы тут прибрали. Парень кивнул и достал из заднего кармана мобильный телефон. - Не волнуйтесь, – уже обращаясь к хозяину заведения, – наши уборщики все приведут в порядок, а мои доверенные люди возместят вам ущерб. Мужчина лишь кивнул в ответ. Говорить он просто не мог из-за сковавшего его страха. Этот человек слишком давно знал Шиноду и его спутника, все те слухи, что ходили вокруг да около них. И не верить в то, что рассказывали окружающие, почему-то не было ни какого желания. Особенно после этого убийства, свидетелем которого он стал. Майку Шиноде было 32 года, и последние десять лет своей жизни он плотно занимался тем, чтобы закрепить свой авторитет в криминальных кругах страны. Он появился словно из ниоткуда, но хорошо зарекомендовал себя у одного из хозяев города. Далее Майк снова пропал, оставив после себя кучу мертвых тел и такого же мертвого хозяина. Следующей его жертвой стал другой богач, обдирающий людей и делающий деньги на их несчастьях. Нет, Майк не был Робин Гудом своего времени, просто он считал, что с богачей можно содрать куда больше. Чем он и занимался: похищения, выкупы, заложники, грабеж и многое другое осуществлялось с его ведома и под его чутким руководством. Так, спустя почти десять лет, молодой японец стал владельцем всего громадного мегаполиса и прилегающих к нему территорий. Про Честера (полное имя которого Честер Бэнингтон) слухи ходили страшнее некуда. Говорили, что этот молодой парень, всего-то двадцати лет, был профессиональным убийцей. Он работал только на Майка и ни кто и ни когда не видел этих двоих отдельно друг от друга. Если верить слухам, то Шинода нашел этого парня еще мальчишкой в одном из притонов. Того пытались посадить на «систему», чтобы в конце концов, став чуть старше, тот смог бы работать шлюхой всего лишь за дозу. А когда бы помер, ни кто бы ни стал горевать. Майку такой подход не понравился и он забрал мальчишку к себе. Еще в свои 12 лет, Честера прозвали зверенышем Шиноды. Этот сопляк мог стрелять без промаху столько, сколько было нужно. Он не подпускал к себе ни кого и ни кого не ставил выше себя. Ни кого, кроме Майка. Того он буквально боготворил. В конце концов, по словам очевидца, Шинода и стал его персональным Богом. - Как думаешь, кто мог его послать? – Майк сидел на заднем сидении своего авто, водитель уже давно привык быть только зрячим. Потому что становится глухим на самом деле ему ни как не хотелось. - Я не знаю, – равнодушный голос, темные глаза пусты, словно в них ни когда не было и намека на искру жизни. - Смени модуль, – улыбнулся Майк и положил ладонь поверх колена Бэнингтона. Парень заметно расслабился и губы его выдали подобие улыбки. – Опять болит? Честер лишь кивнул и положил голову Майку на плечо. - Все будет хорошо. Я знал, что так будет. - Прости, – Шинода слегка повернулся и поцеловал своего звереныша в макушку. – Скоро будем дома. - Я не люблю убивать. Эта часть меня не любит. - Я знаю, – Майк успокаивающе погладил его бедро. – Я помню. - Только ради тебя. - А я – ради тебя. Бэнингтон улыбнулся и закрыл глаза. Он был дома, рядом с Майком, остальное не казалось таким важным по сравнению с этими двумя факторами. Пожалуй, даже Майк был на первом месте, а потом уже и место обитания. Приехав в загородный дом, Шинода отпустил водителя и прошел вслед за Чесом внутрь здания. Не большая, но уютно обставленная гостиная встретила обоих мужчин запахом свежих цветов и полного молчания. - Я всегда любил полевые цветы, – Честер сел в кресло и вытянул ноги. - Да. Я помню, – Майк позволил себе улыбнуться, подходя ближе к Бэнингтону, присаживаясь на корточки и принимаясь расшнуровывать ботинки того. – Как ты в них ходишь? – стягивая первый. – Это же полная смерть для ног. - Так я не волнуюсь о том, что могу заляпать хорошую обувь не очень хорошей кровью – ухмыльнулся Честер и застонал от облегчения, когда Шинода стащил с него второй гавнодав. – Спасибо. - Я приготовлю ванну. Не засиживайся. - Хорошо, босс, – озорно улыбнулся тот и подмигнул. Модуль «любимый парень» работал уже на полную, что не могло ни радовать старшего мужчину. Шинода поднялся наверх и зашел в отделанную белым кафелем ванную комнату. Все было на своих местах. Так, как и всегда, но при этом не уловимо изменилось. Майк всегда чувствовал перемены и не только в перестановке некоторых предметов. Нет, сейчас речь шла о жизни его и Честера. Бэнингтона давно надо было отпустить, дать тому свободу делать то, что ему вздумается. Но Майк просто не мог. Этот парень физически проник к нему под кожу, просочился в каждую вену, в каждый маленький капилляр, наполнил собой кислород, которым так необходимо дышать любому человеку. Открыв кран и подставив под воду руку, чтобы отрегулировать нужную температуру, Шинода принялся раздеваться. Его порядком утомляли все эти строгие костюмы, но он должен был, нет, просто обязан был выглядеть под стать своему положению. В какой-то степени, Честер был свободнее самого Шиноды. Майк хорошо помнил оголодавшего, напугано мальчишку. Тот, сжавшись, лежал в углу на каком-то матрасе. Его трясло и знобило, а вонь стояла такая, что щипало глаза. Не обращая внимания на крики своего охранника, японец подошел к жалкому существу и сел рядом с ним. Честер дернулся, пытаясь вжаться в стену еще больше, а потом с диким ревом кинулся на Майка. Мальчишка уже не ощущал разницы меж теми, кто его сюда посадил и тем, кто хотел ему помочь. Просто протянув руку, открытой ладонью вверх, Майк остановил нападавшего на него звереныша. Честер замер на секунду, потом другую, вот он уже смотрит своими невозможными, огромными глазами на высохшем лице, на Майка и тянется к этой самой ладони. Ища поддержки и защиты. И он ее получил. Майк поднялся тогда, снял свое дорогущее пальто и укрыл им мальчика. Он сам донес того до авто и увез к себе. Дальше время превратилось в нескончаемые мучения для обоих обитателей лофта Шиноды. Бэнингтон сидел на наркотиках, хоть и не крепко. Хотя, судить о том, что крепко, а что нет, достаточно сложно. Его ломало и крутило и все это время японец был с ним. Новое лекарство и еще какая-то дрянь, все это помогло Честеру не сойти с ума и пережить свою «болезнь». Но он заработал себе сильные мигрени и иногда, в такие дни, как сегодня, его череп словно раскалывали на части, потом собирали и опять по кругу. После лечения, Шинода сам учил Честера держать оружие. Он нанял тому лучших учителей по профильным предметам и преподавателей боевых искусств. Жажда мести и ярость так поглотила неокрепший ум, что Чес освоил все в рекордные сроки. И уже в его 16 лет почти ни кто не мог сравниться с этим мальчишкой во владении боевой техники и почти всеми видами оружия. Хрупкость лишь умиляла противника, но не пугала. А зря. Чтобы остановить агрессию, что перла из его воспитанника, Майк впервые пошел против своих принципов – он сделал мальчишку своим любовником. Пустил бОльшую часть ярости в наслаждение и страсть, в похоть и удовольствие тела, в жажду ласки и яростного секса. С той ночи прошло много времени, много таких же пылких ночей и дней, вечеров и утр. Честер был благодарен Майку за это. Потому что тот захотел не только его тело, которое он приручал каждый раз заново, он захотел и его душу с сердцем. Бэнингтон с радостью расстался со всем этим мусором, коим он воспринимал ранее свой внутренний мир и душевное состояние, и полностью посвятил себя Майку. Когда он принял это решение, в его сознании возникло два человека. Словно сама его сущность разделилась надвое. Первая частичка была любима, дарящая тепло и ласку, а вторая - безжалостная к противнику и ко всему миру, кроме Майка. Шинода любил обе половины, поэтому конфликтов в сознании Честера ни когда не наступало. Он жил гармонично внутри их с Майком мира. Японец опустился в воду и закрыл глаза от удовольствия. Горячая вода приятно обволакивала уставшее за день тело, расслабляя мышцы и мысли. Смывая грязь прожитого дня, и неприятные воспоминания прошедшей жизни. - Не дождался? – мягкий, мурлыкающий голос на задворках сознания, Майк был сонным и вялым, но улыбнуться смог. – Я так и знал, – словно водяная змея, Чес плавно скользнул к любовнику в ванну, устраиваясь меж его разведенных ног. Прижимаясь спиной к груди, кладя голову Шиноде на плечо. - Люблю тебя, – резко выдохнул Майк и прижал дорогое существо к себе ближе. Честер замер в его руках, напрягаясь и собираясь, словно для прыжка или удара. – Просто не говори ни чего. Я хочу, чтобы ты знал это и помнил об этом всегда. - Ты собираешься оставить меня? – модуль переключился, и Майк шумно вздохнул. - Я просто подумал, что тебе, возможно, хочется свободы. Где-то бывать, что-то делать, общаться с людьми. - У меня есть ты, – твердо ответил убийца. - Я знаю, и я очень это ценю, – целуя в макушку. – Но, может, ты хочешь… Бэнингтон был быстр и неумолим. Шершавые, горячие губы впились в рот Шиноды. Майк даже не уловил тот момент, когда Чес перевернулся, оказываясь с ним лицом к лицу. - Не смей, просто не надо, хорошо? - Прости. Я должен был это сказать, – мягко улыбнулся Майк и привлек Чеса к себе. – Ты же понимаешь это? – серьезно смотря в глаза любовника. - Да, – твердо, но уже не на столько. Модуль вновь замер где-то на границы доброго и злого Честера. Шинода улыбнулся своим мыслям. Мыслям о том, что тот Честер - жесткий, упертый, нахрапистый и беспощадный - вполне мог бы доказать свою правоту убив самого Майка. Лежа в постели, Честер сильно прижимался к своему мужчине. Он боялся отпустить руку того, потерять тепло тела и остаться вновь в темноте. В одиночестве. Ясность того, что они оба занимаются не самым безопасным делом, была кристальная. Но это не пугало, а скорее подстегивало, разгоняя адреналин по крови. - Знаешь, если то, что я чувствую к тебе зовется любовью, то да, я тоже люблю тебя, – вдруг выпалил Честер. Майк лишь сильнее сжал ладонь, что покоилась на его плече и Бэнингтон мог бы поклясться что любовник улыбается. - Это - чертовски приятно слышать, Честер, чертовски приятно. Впервые в жизни Честер Бэнингтон засыпал уверенным на сто процентов в завтрашнем дне. Он точно знал, что ни когда не расстанется с Майком, а тот в свою очередь всегда пойдет за ним. Чтобы не случилось.

Admin: Название: Эти глаза напротив Пэйринг: беннода Статус: завершен Предупреждение: АУ. в общем опять моя больная фантазия.получилось немного не то,что я хотел,но в общем вот.кое-где есть жуткие ошибки,но вы и так об этом знаете.где-то повествование уж совсем тупорылое и может скакать,но я больше не могу.если буду писать дальше,то выйдет уж совсем громадная эпопея,а мне нужно заниматься. Предисловие. Вся стая столпилась у вековых деревьев, не решаясь подойти ближе к поляне, где сейчас два громадных оборотня бились на смерть за право возглавить стаю. Нынешний Вожак и пришлый Зверь сцепились не на шутку. Они валяли друг друга по жухлой траве и наносили мощные удары в челюсти своими не хилыми лапами, разрывая шкуры в кровь, до рваных лоскутов. Пришлый Зверь был сильнее. В конце концов, он повалил вожака на спину и уперся лапищами ему в грудь, блокируя полностью движения того. Вожак оскалился, пытаясь вырваться из захвата. Он видел, как все ближе и ближе к нему приближается оскаленная челюсть Зверя, как кровавая слюна капает ему на морду. Страха не было, было только желание поскорее со всем этим покончить. Раны были болезненными, пусть и не смертельными. Все тело ныло, а обращение сейчас в человека полностью убило бы его, истощив метаморфозой. Вожак вел эту стаю уже не первую сотню лет и только этот пришлый посмел кинуть ему вызов. И Вожак проиграл. Зверь заурчал, зубы клацнули у самого уха Вожака, коснувшись его лишь дыханием. - Мой? – спросил Зверь. – Будешь моим? - Есть ли у меня выбор? – Вожак не собирался сдавать позиции так быстро, пусть он и был уже повержен физически. - Выбор есть у всех, – прорычал Зверь и отошел в сторону

Admin: 3. Саманты все еще не было, и Честер бездумно шатался по дому. Ему просто необходимо было увидеть сейчас жену, посмотреть в ее глаза, знать, что она его не обвиняет. Нет, Бэнингтон не думал рассказывать Сэм о том, как он провел время. Хотя это самое препровождение отдавалось сейчас болью в задней проходе при любом движении. - Чтоб тебя, – клял себя Бэнингтон, все так же слоняясь по дому. Он даже не заметил того, что не включил свет. По прошествии, наверное, получаса, за окном раздался вой. Вой не волчий, но зовущий. Честер вздрогнул и поежился. Только сейчас он обратил внимание, что сидит в темноте и бездумно смотрит в окно. На двор за домом из тени шагнул Зверь. Казалось, что это животное стало еще более исполинских размеров. При его появлении маленький волчонок вылетел из кустов, что отгораживали территорию Майка от Бэнингтонов, и рванул к более старшему собрату. Бэнингтон наблюдал, как Зверь присел и поймал на лету серый комок, прижал к груди и что-то заурчал тому на ушко. Судя по тому, как подрагивал и визжал от удовольствия волчонок, происходящее ему нравилось. - Уходи, я прошу тебя, – Честер вновь стоял посреди, но теперь уже своего, двора. Зверь странно посмотрел на него, а потом фыркнул. Он не знал, как попал во двор. Его будто тянуло силком в этому неволку. - Зачем же ему уходить, Чес? – голос Сэм вывел Бэнингтона из какой-то странной задумчивости. – Ты, наконец-то, привел его ко мне, а теперь просишь его уйти? Так не пойдет, – девушка наставила ружье на Зверя. - Саманта? Где ты была, я тебя так долго ждал. - Я видела, как ты меня ждал, – кивая в сторону дома Майка. – Я все видела, Честер, – почти выплевывая имя мужа. – А теперь, отойди с моей дороги, не мешай мне. - Да что тут происходит? – заорал Бэнингтон, когда понял, что со всех сторон на заднюю площадку его дома выходят жители города, становясь кругом. Зверь сделал шаг вперед и теперь тоже стоял в центре, в нескольких метрах от Бэнингтонов. - Карен, забери сына, – прорычал Зверь. Ему не улыбалось, чтобы эта сумасшедшая охотница задела его ребенка. Жена Джо Хана, владельца магазина, вышла из толпы, за ней двинулась и Линси. Они подхватили малыша на руки и спрятались за спинами своих мужей. - Сына? – удивилась Саманта, но ружья не опустила. – И вы тоже все, как он? – указывая на Зверя. - Честер, – Зверь вновь шагнул вперед, перебивая миссис Бэнингтон, но парень дернулся и ушел за спину жены. - Что происходит? – недоумевающее смотря на всех вокруг, но люди молчали, ожидая, когда заговорит Зверь. - Что тебе тут надо? – обратился тот к Саманте. – Мы ни кого не трогаем и не просим вас, людей, приходить на нашу землю. - На вас не плохо можно заработать. Только вот я не понимаю одного, почему мой дед не убил вас всех, когда у него была возможность, зачем он тогда приезжал к вам в город? Он долго и часто рассказывал мне о том, что вы делаете с людьми, как вы их убиваете и, что нужно делать с вами. - Твой дед был глупым человеком. Он приезжал сюда не для того, что убить нас, а для того, чтобы стать одним из нас. Все те бредни, что он рассказывал тебе лишь вымысел. Нас нельзя убить серебром, я могу обращаться в Зверя когда сам того пожелаю, я бессмертен. - Но мой дед сказал мне и еще кое-что, – голос девушки дрожал. – Он сказал, что если убить вожака, то вся стая становится смертной. И тогда ее можно будет отстрелять, как простых волков. - Возможно это и так, но ты не сможешь этого проверить. - Отчего же, – Сэм ухмыльнулась и нажала на курок. Пуля прошла точно меж глаз Зверя, и тот тяжелой тушей рухнул на землю. Тишина, что воцарилась на поляне давила со всех сторон. Толпа ждала, что же будет дальше. Ни кто не боялся того, что Зверь мертв, все знали правду. Но ожидание было утомительным. Саманта обвела присутствующих победным взглядом, но тут же побледнела, когда услышала тихое, больное рычание. Зверь поднялся на четыре лапы. Дикий вопль оглушил окрестности и стаи птиц сорвались с веток где-то в лесу. - Сэм, почему ты не расскажешь Честеру правду о вымышленном ребенке? Тебя не учили в детстве, что врать не хорошо? – сплевывая на землю кровавую слюну, все еще не имея возможности встать во весь свой рост. – А еще, почему бы тебе, Честер, не взять и не вспомнить кто ты на самом деле. Зверь набирал силы, для последнего, финального броска. Он убьет эту сучку, по приказу которой была убита его волчица. - Где мать твоего выкормыша? – резко спросила Саманта. Она понимала, что их с Честером уже ни что не спасет в этом городе оборотней. И как она сразу не догадалась, что все тут прихвостни этой злобной, не умирающей твари? От них, от каждого из них, несло псиной за километр. А ведь ее дед постоянно говорил ей о том, что она не должна расслабляться. Не знаешь, кто и когда окажется злобной тварью. - Ее убили. Бедная Анна, – прорычал Зверь. - Анна мертва? – Честер неверяще смотрел на Зверя. – Так это сын Анны и…твой? Сэм развернулась к мужу и замерла на месте, глаза того полыхали красным пламенем. - Я убил людей и спрятал их в лесу. Ни кто не будет их искать тут. Ни кто не знает, что они приходили сюда, я все проверил, Честер. - Это твой сын, – делая шаг в сторону Хана и Феникса. – Покажите мне его. Карен протянула руки и Чес взял щенка их них. - И, правда, твой. Почему я сразу этого не увидел? Ты не говорил мне… - Прости, – Зверь сделал шаг в его сторону, но был остановлен еще одним выстрелом. На этот раз Сэм стреляла по ноге. - Я ненавижу всю вашу породу, – орала она. – Я не понимаю, что здесь происходит, – падая на колени и начиная рыдать. Ее муж оказался таким же, как и все вокруг, а она верила, что у них счастливая семья, пусть и построенная слегка на лжи. Но в ее представлении она бы убила вожака и ни кто бы больше стал им мешать при попытке уехать из Бэдвульфа. Все бы просто их боялись. - Что тут происходит? – Честер присел рядом с женой и положил руку ей на плечо. – А происходит то, что твой дед растрепал о нас на каждом углу. Мы спрятались в лесу, все мы, – обводя рукой толпу, – кто откуда. Все их разных мест и стран. Гонимые, истребляемые веками. Но вам этого стало мало. Вы пришли просить нас дать вам бессмертие, хотя только-только научились ходить на двух ногах, позабыв, что такое бегать на четвереньках. Мы отказали твоему деду, и он поклялся убить нас всех. Вскоре мы узнали о тебе, и была лишь одна возможность остановить тебя – привезти тебя сюда. И убить. - Я думала, что вожак он, – указывая на Зверя. - Вожаком становится более сильный самец, убивающий в схватке предыдущего. Майк не смог меня убить. Он влюбил меня в себя. Я стал его самкой. Фактически вожак я, но только номинально, словно на бумаге. - У меня была сотня возможность избавить этот мир от вас раз и навсегда, а вместо этого я вернула тебя домой? - Да, – Честер поднялся и пошел в сторону Зверя. Он не хотел превращаться перед человеческой женой. Форма Майка была намного мощнее, и Чесу не хотелось теряться на фоне Зверя. Бэнингтон махнул рукой, и одна из волчиц перекусила Саманте горло. - Ты простишь меня? - За что? – Майк стоял в своем привычном человеческом обличье, держа на руках сына. Щенок тоже перевернулся и стал человеческим ребенком. - Давно он так? - Сегодня впервые, – с гордостью проговорил Шинода и поцеловал ребенка в пухлую щеку. - Я забыл тебя. Эта героиновая отрава совсем сделал меня человеком. Сначала, было больно, вдали от тебя, от всего того, что я привык видеть, ощущать. Запахи другие и этот вечный шум. Слишком много людей и их злобы. Я понимал, что сойду с ума и буду рвать на части любое существо, но так и не доберусь до той, что нам была нужна. - Ты мог бы не уезжать, мы придумали бы другой способ. - Мы не могли рисковать, ты же знаешь. И так придется срывать весь город и передвигаться в глубь лесов, дальше на запад. Я стал человеком, Майк. - Но тебя все равно тянуло ко мне. Если бы ты знал… – Шинода сделал шаг вперед, но карапуз на его руках недовольно скуксился и уже готов был зареветь. - Почему Анна? – Честер грустно посмотрел на малыша. - Мне было пора, а тебя не было. Да и не сможешь ты мне выносить ребенка, даже в волчьей шкуре, Честер. Анна от меня ни чего не хотела, ей просто нужен был сильный малыш. Я выбрал ее, потому что ей было на меня наплевать. Ты же знаешь, что она ни когда не лебезила передо мной или пред тобой, – Честер кивнул и спросил только: - Как? - Волком. - Ты забыл меня? - Я не мог думать о тебе будучи человеком, слишком много эмоций. И я принял единственное решение – лишь обращаясь отпускать тоску на волю. Выть в лесах. Зверь знал, что ты в городе. Так что и я сразу узнал. Как только тебя увидел. - Надо собираться. - У нас есть пара-тройка недель. Нам надо наверстать упущенное. - У нас не может быть столько времени, неужели ты не понимаешь? – Честер почему-то взбесился. Он обернулся и вот перед Шинодой уже стоял Вожак. Он не был огромен, как Зверь, но силы было не занимать. - Глупый, – Майк вновь отдал ребенка волчицам и отправил всех по домам. Зверь рыл лапами землю, готовясь отражать атаку, и если надо, то крови. Честер не заставил себя долго ждать. Мощный удар в челюсть и Майк покатился по влажной ночной земле. - Не смей разговаривать со мной, словно я щенок, – прорычал Вожак, вновь нападая на партнера. - Я пытаюсь объяснить тебе, но ты всегда меня не слушал, – Зверь с легкостью отбил этот бросок и теперь уже Вожак полетел на землю, загребая лапами, пытаясь остановиться. - Объяснить? Ты изменил мне, Зверь. И теперь ты пытаешься мне объяснить? – удар в челюсть снова сбил громадного Зверя с ног. - Так вот в чем дело, – желтые глаза того полыхнули, встречаясь с безумием ревности в налившихся кровью глазах Честера. - Да, именно в этом, – Честер остановился. – Ты не обсудил со мной. Ты выбрал волчицу сам. Меня же ты только поставил перед фактом. Чего еще я не знаю? - Мы построили новый город и почти все перевезли туда. Мы ждали нашего Вожака, – Зверь поднялся на ноги и тяжело дыша, смотрел на любовника исподлобья. – Хочешь, убей меня сейчас и все будет закончено. Ты восстановишь свое доброе имя и вновь станешь Вожаком, коим был до меня. Только прошу тебя, не убивай сына. Я надеялся, что он будет частью нашей с тобой семьи. Вожак переминался с ноги на ноги. Все четыре лапы были напряжены. Он был готов ударить. Снова и снова. Бить, пока Майк не захлебнется своей кровью. Но он просто не мог. Он любил Зверя все эти столетия и не мог просто так разорвать их узы. - Лебединая песня, блядь, какая-то, – Честер сидел на траве. Руки гудели от метаморфозы, но это тоже было полезно. Пара раз обернуться и от героинового дерьма в крови ни чего не останется. - Я знал, что ты все еще меня любишь, – присаживаясь за спиной Бэнингтона, притягивая к себе и целуя в шею. – Потому что я тебя люблю еще больше. - Ты такой мудак, Шинода. - По-моему, я это слышал в нашу первую брачную ночь. - Ты попытался меня трахнуть будучи в зверином обличье. По-твоему, это нормально? - Прости. Я слишком долго хотел тебя и набирался сил и смелости, чтобы вызвать тебя на бой. - Придурок, – Чес развернулся в объятиях мужа и повалил того на землю. – Щенок. - Пусть младше, но муж в семье я, – рассмеялся Майк. А Честер смотрел на него и не мог понять, как он два года прожил в мире людей? Вдали от природы: лесов, гор, рек, полей? Вдали от своей стаи, что была ему поддержкой? Вдали от того, кто честно сражался с его телом и сердцем, одержав победу в обоих раундах, но при этом проиграв и сам? - И как? - Отис, – ответил Майк, прижимая Честера к себе ближе. – И, по-моему, он в тебя уже влюблен. - Я в него тоже, – Чес уткнулся в шею партнеру и жадно втянул носом запах того. – И в тебя. До сих пор. Они занимались любовью на этой поляне последний раз. Лицом к лицу. Честер на коленях у Майка, отдаваясь ему полностью. Последний раз в этом месте, где они прожили не один десяток лет. Движения были плавными, торопиться было некуда, да им и не хотелось. Пусть и два года, какие-то паршивые два года порознь, но именно это время для них скорее и было вечностью, нежели те века, что они провели вместе и еще проведут. Честер прогнулся в спине, чувствуя поддержку рук Майка на своей пояснице. Тугими струями выплескиваясь меж их сплетенными телами, но продолжая движения, насаживаясь на член супруга, растягивая свой оргазм и вырывая оргазм из тела Майка. - Люблю тебя, – почти в унисон. Смотреть в ночное небо, наслаждаться ветром, что остужает разгоряченные дракой и сексом тела, наслаждаться друг другом. Просто вот так вот рядом. Вдыхать аромат друг друга. Быть вместе. Неразделимо. - Лебединая песня, говоришь? – улыбнулся Майк. Честер лишь кивнул. Он внимательно взглянул в глаза супруга. Наверное, именно этот взгляд и заставил тогда Вожака принять предложение Зверя. Эти чертовы глаза напротив его собственных, были полны любви и безумной нежности. То море чувств, что обещал Майк только Честеру, было соблазнительным и нескончаемым. Чес придвинулся ближе, кладя голову любовнику на плечо, закидывая на того свою ногу и блаженно закрывая глаза. Он был дома. Через неделю ни что не говорило о том, что на этом месте находился город. Оборотни умели убирать за собой и заметать свои следы. Но многими километрами западнее появился город. Словно выросший из-под земли. Бэдвульф продолжал свою размеренную жизнь. Им еще придется не раз переехать, но главное, что оба вожака вместе. Пусть и ругаются, как обычные люди. end



полная версия страницы